Чтение онлайн

– Да, это было эпично, – признала Лиза. – Ты был как ниндзя! Ху! Ча! Я такого никогда не видела. Где ты так научился?

– Не помню, – признался я. – Навыки помню, а где и от кого их получил – уже как-то смутно. Помню, что это было морское побережье. Там было очень красиво – повсюду мрамор, олеандры цвели, девушки в шелках и золоте ходили. Думаю, это было в другом мире.

– Опять ты со своей… – начала было Лиза, приготовившись закатить глаза, как она всегда делала, когда я начинал говорить о магии, но вдруг смолкла.

Я повернул к ней голову и с любопытством стал смотреть на ее реакцию. Кажется, подруга смутилась и вроде бы даже покраснела, но среди ночи это было плохо видно. А вот что я точно увидел, так это слабое свечение ее амулета, который во время падения с крыши выпростался из-под рубашки.

– Арголит немного светится, – сказал я, ткнув в камень пальцем, чтобы она поняла, о чем я.

– Арголит? – переспросила Лиза, поглядев на свое украшение.

– Ну, монахини его так называют, – пожал я плечами. – Вообще, камень похож на тот, из которого делают силомеры. Но либо он очень некачественный, потому что сработал не сразу, либо я ошибся, и это что-то другое. С местной артефакторикой я не знаком. Может, она тут просто отсталая, вот и работает через пень-колоду.

– Это артефакт? – с сомнением уточнила Лиза, разглядывая побрякушку. – А почему он начал светиться?

– Полагаю, потому что заработал, – хмыкнул я.

– Спасибо, капитан Очевидность, – язвительно ответила девушка. – А то я не заметила. Но я вообще-то говорила не об этом. Мне кажется, я все-таки не волшебница. Ну, не чувствую я в себе ничего особенного. А маг ведь должен чувствовать, что он маг, да?

Я пожал плечами. Мне смутно помнилось, что я в прошлом вроде бы тоже что-то такое умел. Но разнообразные артефакты вспоминались куда ярче: и как я их покупаю, и как пользуюсь, и как получаю люлей за то, что взял у дяди очередной артефакт без спроса.

– В общем, я думаю, это он открывает порталы, – пояснила свою мысль Лиза, указав на амулет. – Потому и светиться начал, что заработал. Что думаешь?

– Не знаю, – немного подумав, честно сказал я. – Кажется, я должен что-то знать, но не помню об этом. Надеюсь, потом вспомню. Вот, дядьку какого-то только что вспомнил – кажись, своего родственника.

– Родственника? – удивилась Лиза. – Так мы же приютские.

Она указала рукой куда-то в сторону монастыря. Я непроизвольно посмотрел в том направлении… и увидел громаду брошенного храма. Да так близко!

– Лиз, а Лиз, – сказал я, приподнимаясь на локтях.

– Что? – послушно спросила она.

– А мы в круге, – сказал я, чувствуя, как губы растягиваются в непроизвольной улыбке.

– В каком круге? – не поняла девушка, оглядываясь по сторонам, и вдруг вздрогнула: – Кир? А там что?

Я обернулся в ту сторону, куда она показывала, и ощутил посасывание под ложечкой: из темноты на нас смотрело несколько пар смутно посверкивающих красным глаз.

– Лиз, ты не хочешь еще один портал открыть? – спросил я как можно более обыденным тоном. – А то я, конечно, очень крутой воин. Но давай мы сначала поедим, поспим, дождемся рассвета, а потом уже посмотрим, что это такое.

– Согласна, – девушка сглотнула, глядя, как все ближе подходят к нам красные пятнышки глаз.

В следующее мгновение она, не задумываясь, открыла большой портал, и мы торопливо нырнули туда, вывалившись уже на родном картофельном поле.

– Кушайте, ребятки, кушайте, – негромко приговаривала Агафья, глядя, как мы сметаем холодный картофель, оставленный ею специально для нас. – Эко ж вы упахались, бедные.

Она протянула руку и погладила по голове сначала Лизу, а потом и меня.

Мы сидели на кухне при слабом освещении горящей лучины. Дети давно уже спали, как и Глафира с Феофанией, и только Агафья ждала нас все это время и переживала – хорошо ли доберемся. Это было неудивительно: именно она все время возилась с малышней, а значит, здесь каждый ребенок был ей как родной.

– А еще что-нибудь есть? – спросил я, поняв, что котелок как-то слишком быстро опустел, а я совершенно не наелся.

“Пилигрим” горел в каждой жилке, торопясь разнести питание по истощенному телу, и картофель, как мне казалось, бесследно растворялся в желудке, едва он только туда падал. Определенно, я сегодня здорово потратился. Но ни о чем не жалел!

– Ну… – Агафья замялась, и я ее хорошо понимал.

В приюте было правило: не клянчить. Все знали, что еды мало, и если монахини начнут давать добавки всем желающим, то до весны можно и не дотянуть. Но мне сейчас было очень, ОЧЕНЬ надо. Сегодня мое тело, и без того не слишком крепкое, знатно потратилось и нуждалось в восстановлении.

– Ну ладно. Вы ж у нас теперь добытчики, кормильцы, – наконец решилась женщина и достала из печи еще один котелок. – Вот, кашу на завтрак готовила.

– Спасибо! – искренне сказали мы и углубились в новый котелок, а Агафья только охала и головой качала, глядя, как мы оголодали.

Но ее ждал еще больший сюрприз, когда мы наконец наелись и удовлетворенно отодвинулись от котелка.

– Ох ты ж батюшки! – охнула женщина, обнаружив, что тот абсолютно пуст. – Все умяли! Да как в вас влезло-то?

Мы и сами не знали, как. Чугунок был большой, и каши, что в нем была, должно было хватить на всех обитателей приюта. Но каким-то чудом влезло в нас двоих. Правда, теперь нам было тяжело дышать, а глаза начали неумолимо смыкаться. Но глубочайшее чувство сытости и удовлетворения все компенсировало.

– Спасибо, Агафьюшка, – пробормотала уже засыпающая на ходу Лиза. – Это такое чудо, когда приходишь домой, а тут кто-то с ужином ждет.

– На здоровье, Лизонька, – сказала Агафья, озабоченно оглядывая совершенно пустой котелок. – Только ж теперь новую кашу варить придется. Печь опять подтапливать. А это поленья лишние и минус полдня по провианту.

– Ах да! – спохватилась Лиза и вытащила из-за пазухи помятые деньги. – Держи, Агафья. Давайте, закрывайте там свой долг поскорее, а дальше будем на еду зарабатывать. Уж до весны доживем как-нибудь.

Монахиня взяла деньги, но выглядела при этом смущенной.

– Эх, неправильно это, – сказала она, пряча глаза. – Ох, как неправильно…

И так, бормоча, она принялась раздувать угли в печи и заново отмерять крупу для каши. Мы же с Лизой кое-как оторвали себя от лавки и пошли спать, махнув рукой на мытье котелка. Пусть нас за все накажут завтра. А сейчас – спать…