Чтение онлайн

— Вы нездоровы, Амелія, очень нездоровы, сказала постительница, протягивая свою руку, чтобъ пожать руку Амеліи. Что съ вами? Я не могу быть спокойной, не узнавъ напереду какъ вы себя чувствуете.

Амелія отступила еще на одинъ шагъ и отдернула свою руку. Первый разъ въ своей жизни, отъ младенчества до цвтущей юности, она отказывалась врить искренности дружескаго участія, которое хотли принять въ ней. И такъ она отняла свою руку, и судорожный трепетъ пробжалъ по всему ея тлу.

— Зачлъ вы здсь, Ребекка? сказала она, продолжая смотрть на нее съ какою-то торжественностью своими большими глазами.

Эти взоры привели въ смущеніе Ребекку. «Должно быть, она видла, какъ онъ отдавалъ мн записку на вчерашнемъ бал«, подумала соперница.

— Что вы такъ взволнованы, милая Амелія, сказала она, опуская глаза въ землю, я — пришла только навстать васъ, и освдомиться, здоровы ли вы.

— Здоровы ли вы сами? сказала Амелія. Совершенно здоровы, нечего и спрашивать объ этомъ. Вы не любите своего мужа. Вы бы не были здсь, еслибъ любили. Скажите, Ребекка, что я вамъ сдлала?

Мистриссъ Кроли стояла молча съ потупленными глазами.

— Что я вамъ сдлала, Ребекка? Не всегда ли я была къ вамъ ласкова и добра?

— Всегда, Амелія, всегда, отвчала мистриссъ Кроли, все еще не смя приподнятъ свою голову.

— Не я ли первая утшала и ласкала васъ, когда вы были совершенно бдны? Не была ли я для васъ сестрою? Вы видли наши счастливые дни, прежде чмъ я вышла замужъ. Тогда я была единственнымъ сокровищемъ для своего жениха, иначе, какъ бы онъ отказался отъ своего богатства, отъ всхъ своихъ родственниковъ, чтобы только осчастливить меня? Зачмъ же вы; Ребекка, вздумали стать между нимъ и моею любовью? Кто внушилъ вамъ мысль раздлить сердца, соединенныя самимъ Богомъ? За что хотите вы отторгнуть отъ меня моего супруга? Неужели вамъ кажется, что вы способны любить его, такъ же какъ я? Его любовь была для меня всмъ на свт. Вы знали это, и хотли отнять у меня это единственное сокровище моей жизни. Стыдитесь, Ребекка! Вы дурная женщина, фальшивый другъ и фальшивая супруга. Вы неспособны любить, Ребекка.

— Клянусь вамъ Богомъ, Амелія, что я невинна передъ своимъ мужемъ, сказала Ребекка, отворотивъ отъ нея свой глаза. Я поступала съ нимъ благородно и честно.

— Но такъ ли поступили вы со мной, Ребекка? Вы не успли, вамъ не удалось, но ваши умыслы были слишкомъ явны. Спросите объ этомъ свою собственную совсть.

«Она ничего не знаетъ», подумала Ребекка.

— Онъ воротился ко мн. Иначе и быть не могло, я знала это. Я была уврена, что никакое притворство, никакая лесть, никакой обманъ не всостояніи отдалить его отъ меня, по крайней мр на долгое время. Я знала, что онъ будетъ мой. Я молилась, чтобы онъ былъ моимъ.

Несчастная произносила вс эти слова скороговоркой и съ такимъ одушевленіемъ, какого Ребекка никогда въ ней не замчала. Мистриссъ Кроли продолжала стоять молча, съ потупленнымъ взоромъ.

— За что жь вы хотли отнять у меня моего мужа? продолжала Амелія плачевнымъ тономъ. Что я вамъ сдлала, Ребекка? Онъ былъ моимъ только шесть недль. Не совстно ли вамъ было возмущать спокойствіе молодыхъ супруговъ? Вы ршились преслдовать меня съ перваго дня, нашей свадьбы; неужели мое счастье растревожило ваше завистливое сердце? И теперь, когда нтъ его со мной, неужели пршили вы любоваться, какъ я несчастна безъ него? Много, слишкомъ много зла натерплась я отъ васъ въ прошедшія дв недли: хотите ли вы и теперь увеличить своимъ присутствіемъ моіо душевную пытку?

— Я… я пришла сюда вовсе не съ такою цлью… проговорила мистриссъ Кроли.

— Зачмъ же иначе вы могли прійдти? Вамъ хотлось вырвать его изъ моихъ объятій, перебила Амелія дико-взволнованнымъ тономъ. Вы опоздали, Ребекка, его нтъ со мной. Мы простились съ нимъ, Ребекка. Вотъ, сегодня поутру, онъ здсь сидлъ, на этой соф. Не прикасайтесь къ ней, Ребекка. Мы сидли и разговаривали вмст. Я была у него на колняхъ, мой руки обвивались вокругъ его шеи, и мы вмст произносили съ нимъ одну и ту же молитву. Да, онъ былъ здсь, Ребекка. Его взяли, его вырвали изъ моихъ объятій; но онъ далъ мн общаніе возвратиться назадъ.

— И онъ воротится, мой другъ, будьте уврены, проговорила Ребекка, чувствуя невольное состраданіе къ несчастной.

— Посмотрите сюда, Ребекка, это вдь его шарфъ… шарфъ моего Джорджа… какъ онъ вамъ нравится? Прекрасный цвтъ… неправда ли?

И она принялась цаловать шолковыя нити малиновой ткани. Этотъ шарфъ перепоясывалъ ея талію съ самаго утра. Она забыла теперь свой гнвъ, свою ревность, самое присутствіе соперницы. Еще минута, и несчастная женщина, съ улыбной на устахъ, молча подошла къ постели и начала разглаживать подушку своего Джорджа.

Ребекка вышла изъ ея комнаты.

— Ну, что, какъ Амелія? спросилъ Джой, неизмнно сохранившій въ креслахъ свою позу.

— Кто-нибудь долженъ быть съ ней, сказала Ребекка; она очень нездорова.

И мистриссъ Кроли съ лицомъ задумчивымъ и печальнымъ пошла домой. Напрасно мистеръ Седли упрашивалъ ее остаться и принять участіе въ раннемъ обд, который онъ нарочно заказалъ для нея: мистриссъ Кроли ушла, не обративъ ни малйшаго вниманія на просьбу Джоза.

Ребекка была отъ природы совсмъ не зла, и справедливость требуетъ замтить, что она питала нкоторую привязанность къ мистриссъ Эмми. Само-собою разумется, что теперь ей не за что было сердиться на свою подругу. Упреки Амеліи, при всей своей жестокости, были однакожь для нея очень лестны, потому-что мистриссъ Кроли видла въ нихъ безсильную жалобу соперницы, оплакивающей свое пораженіе и горе. Желая помочь ей чемъ-нибудь, Ребекка отправилась въ городской паркъ и встртила тамъ мистриссъ майоршу Одаудъ, которая уже гуляла нсколько часовъ посл безполезнаго чтенія эстетически-умозрительныхъ сочиненій достопочтеннаго Декана, не доставившаго ей на этотъ разъ ни малйшей пользы. Ребекка подошла къ ней и раскланялась очень учтиво, къ великому изумленію майорши, не привыкшей къ этимъ обнаруженіямъ вжливости и вниманія со стороны мистриссъ Родонъ Кроли.

— Знаете ли вы что-нибудь о пріятельниц вашей, мистриссъ Осборнъ! сказала Ребекка.

— А что? Нтъ, ничего не знаю, отвъчала майорша.

— Она совсмъ убита посл разлуки съ мужемъ и, кажется, сойдетъ съ ума.

— Неужъ-то?!

— Вы бы очень хорошо сдлали, мистриссъ Одаудъ, если бы потрудились навстить ее.

— У меня, признаться, и у самой голова идетъ кругомъ, и я думала, что бдная Амелія не нуждается сегодня въ дружескихъ визитахъ, сказала съ важностью мистриссъ Одаудъ, но если она точно въ безотрадномъ положеніи, какъ вы говорите, и если вы сами, несмотря на давнишнюю дружбу, не можете быть полезны для нея; то безъ всякихъ вашихъ хлопотъ, мистриссъ Кроли, я пойду къ ней. Желаю вамъ счастливо оставаться, сударыня.

Съ этими словами, мистриссъ Одаудъ, забросивъ голову, поспшила оставить госпожу Ребекку Родонъ Кроли, такъ-какъ она никогда не добивалась чести быть коротко знакомой съ этой леди.

Ребекка съ улыбкой наблюдала отступленіе майорши, такъ-какъ вообще въ природномъ ея характер было много юмора. Веселость ея возстановилась соверошенйшимъ образомъ, когда майорша, сдлавъ нсколько шаговъ, оглянулась черезъ плечо и проговорила что-то сквозь зубы. Мы, однакожь, знаемъ, что она проговорила:

— Смйтесь на здоровье, свтская красотка: я очень рада, что вамъ весело. Нтъ, мать моя, ты врно не будешь кручиниться вмст съ нами — не таковская!

И быстро продолжая свой путь, мистриссъ Пегги была уже черезъ нсколько минутъ въ квартир мистриссъ Осборнъ.

Амелія все еще стояла у постели, гд оставила ее Ребекка, и глаза ея выражали отчаянную грусть. Надленная отъ природы необыкновенною крпостію духа, майорша всми зависящими отъ нея средствами старалась доставить утшеніе своему юному другу.

— Вамъ никакъ не слдуетъ убивать себя, мой другъ, говорила сердобольная Пегги. На что это будеть похоже, если вы захвораете, когда онъ пришлетъ за вами посл побды? Будьте разсудительны и хладнокровны, Амелія. Вы не единственная женщина, вручившая на этотъ день свою судьбу Господу Богу.