Чтение онлайн

–  В твою?!

–  Послушай, ну в чем дело? Пошли!

В спальне он придвинул Тине кресло, налил ей рюмку коньяку и исчез в ванной с кипой чистой одежды. События в кафе явно укрепили его уверенность в себе.

Появившись через двадцать минут, снова был как огурчик.

–  Ну, так гораздо лучше, - сказала Тина.
– Хоть джином больше не несет. Прости, что я на тебя его вылила, думала, это вода.

–  Ты здорово держалась, - сказал Меркурио.

–  И ты тоже. Чуть не откусил ему ухо.

–  Ну ладно, все в порядке.

Они долго молча смотрели друг на друга.

–  Ты знала, что у меня есть такие способности?

–  Догадывалась.

–  Потому меня Бруно и усыновил. Искал Тагета.

–  Кого?

–  Тагета. Это один из этрусских богов. Этруски верили, что время от времени рождается дитя по имени Тагет, одаренное божественной силой.

–  И как его узнать?

–  Это должен быть ребенок, совершенный во всех отношениях - и телесно, и духовно.

Иметь идеальное телосложение и преуспевать во всех видах спорта. Но дело не только в теле, но и в уме. Мои способности проявились уже в раннем возрасте. С детства я блестяще считаю в уме. В семь лет демонстрировал свое умение в университете Перуджи - это университет Бруно - на кафедре математики. Перемножал в уме семизначные числа и извлекал корни из пятизначных.

–  Надо же!
– сказала Тина. События этого вечера и алкоголь вызвали у неё непреодолимое желание поспать, но Меркурио явно поймал второе дыхание.

–  Это ещё не все! Таких чудо-детей полно, и они быстро иссякают, но мои способности все росли. В девять лет я начал интересоваться топологией и комбинаторикой, в одиннадцать - статикой и динамикой, в двенадцать - дифференциальным исчислением.

–  И это тебе хоть как помогло? Это что-то дает - знать подобные вещи?

Меркурио встал, утратив несколько свою божественную спесь.

–  Я покажу тебе, зачем это нужно, - сказал он.
– Иди за мной.

По узкой лестнице они спустились в подвал, прошли длинный коридор и оказались перед массивными дубовыми дверьми, которые Меркурио открыл одним из своих ключей.

–  Господи!
– воскликнула Тина.
– Что это?

–  Гробница Бруно.

–  Тут его похоронят?

–  Он так задумал.

–  Со всеми этими горшками и статуэтками и всем остальным? Разве они не стоят бешеных денег?

–  Стоят, - равнодушно отмахнулся Меркурио.
– Но это все ерунда. Взгляни лучше сюда. Нет, чуть пониже, вот сюда. Постучи-ка.

–  Это не камень, а металл.

–  Это дверь сейфа. Сталь замаскированная под камень. Хитро, да?

–  Как она открывается?

–  Вот так.
– Меркурио достал из кармана нож, сунул лезвие в щель и квадратная плитка отошла, открыв циферблат.

–  Ты знаешь код?

–  Код не знает никто, кроме Бруно. По крайней мере, он так думает.

Тина вгляделась в цифры на диске. Теперь всякий сон с неё слетел. Покрутила пальцем стальной диск, пощелкивавший при каждом движении. Набрала несколько раз по восемь цифр в разном прядке.

–  А, черт, - вздохнула она.
– Это сколько же нужно пытаться, чтоб угадать? Если, конечно, не знать верную комбинацию.

–  Ну, ряд из восьми последовательных чисел - от 1 до 9, кроме нуля - дает сорок три миллиона сорок шесть тысяч восемьсот двадцать один вариант. И если даже по шесть секунд на попытку, и повторять их без остановки - это примерно восемь лет, пятьдесят восемь дней и девять часов.

–  Примерно?

–  Я не учитывал високосные годы.

–  Лучше я пробовать не буду, спасибо.

–  И не надо. Мне случайно удалось найти нужную комбинацию.

–  Как?

–  Ну, другому бы это было трудно, - скромно признал Меркурио.
– Отец, как ты видишь, пускает меня сюда, у меня есть ключ. Несколько раз он открывал сейф в моем присутствии. Старался при этом, чтобы я держался подальше и не видел, какой набирает код, но он не знал, что я запомнил, какие цифры стояли на циферблате и сколько раз он повернул диск по часовой стрелке и против. Тем самым я резко ограничил число сочетаний и из них определил ту самую комбинацию, которая нужна.

Говоря все это, Меркурио тонкими белыми пальцами поворачивал циферблат, и Тина нетерпеливо заглядывала ему через плечо. Она была настолько увлечена, что не заметила тень, упавшую из распахнутой двери, и не услышала тихих шагов у себя за спиной.

И тут произошли сразу три события.

Меркурио набрал последнюю цифру, ухватил рукоятку и дернул её. Дверь сейфа немного приоткрылась. И тут же через его плечо протянулась рука и захлопнула дверь.

–  Не думаю, что отец ваш будет в восторге, - сказал Даниило Ферри.

В тот вечер в 22. 50 в участке карабинеров на Виа дель Барди зазвонил телефон.

Трубку снял лейтенант Лупо, внимательно выслушал, сказал: - Мы этим займемся - и что-то пометил себе на листке. Потом повернулся к карабинеру Сципионе.

–  Звонит синьора Зеччи. Беспокоится за свою дочь, та ушла из дома в пять часов и ещё не вернулась.

–  Зеччи? Знакомая фамилия.

–  Это жена Мило Зеччи - точнее, его вдова.

–  Того, которого задавил англичанин?

–  Которого якобы задавил англичанин, - спокойно поправил его лейтенант.
– Не нужно опережать приговор суда.

–  Разумеется.

–  Зайдите к ней и постарайтесь успокоить. Скорее всего ничего не случилось. Дочь её молода и, насколько я помню, хороша собой. Наверняка ушла на свидание.

Так случилось, что великолепный «даймлер» Бронзини с сидевшим за рулем Артуро в безупречной униформе свернул на улочку Сдруччиоло Бенедетто с одного конца в тот самый момент, когда черная полицейская машина въехала на неё с другого. К двери Зеччи машины подъехали одновременно и стали там, как два могучих зверя, которые неожиданно встретились на узкой тропе в джунглях.

Аннунциата, открывшая дверь, на миг замерла, но тут же бросилась к Тине, которая вышла из «даймлера», и прижала её к груди.

–  Ну что ты, мама, - спрашивала её Тина.
– Я ведь часто возвращалась позднее, гораздо позднее. Еще нет и полуночи.

–  Я знаю, девочка моя.

–  А ты тут названиваешь в полицию, словно Бог весть, что случилось.

Аннунциата расплакалась. Выплакавшись, сказала, хлюпая носом:

–  Я за тебя боялась. Из-за того, что сказали те типы.

–  Какие типы?