Чтение онлайн

Оставив детей на новоприобретенных помощников, я отправился выяснять можно ли нанять целую карету. Пересчитав детей, попытался прикинуть, уместимся ли мы все внутрь. Так, четыре места – около кучера – там могут поехать парни… или оставить хотя бы одного в салоне? А то как я справлюсь-то с дитенками, особенно днем, когда Альбин будет дрыхнуть? Ох, столько хлопот, что голова кругом!

Хозяин гостиницы, около которой стояла карета нужной мне раскраски, сказал, что два места в салоне уже заняты, и я почапал к другой гостинице – там, к своему счастью, обнаружил еще одну карету. К сожалению, с этой почтовкой тоже случилась заминка – что-то произошло с охранником: то ли занедужил, то ли и вовсе умер, суть в том, что нового почтовое ведомство пока не прислало. Его ожидали завтрашним днем, часам к трем. Тогда и будет решено насчет отправления. Скорее всего – через час, а то и так задержка с доставкой вышла. Вздыхая, я оплатил два перегона – как раз достигнем нужного нам города.

Интересно, как мы доставим Альбина? Ох, ох, та еще проблемка!

Остаток ночи прошел в обсуждениях, уточнении деталей. С детьми и так непростое путешествие начало казаться мне малореальным. Нужны были пеленки для двух младенцев, сменная одежда для трех детей постарше и еда для всех.

Подумав, я зарылся в сундуки и шкафы, ранее принадлежащие хозяйке фермы, а теперь перешедшие по наследству нам. Даму Альбин тихонько придушил и невозмутимо сообщил мне, что это получилось совершенно нечаянно. Я ни на маковое зерно ему не поверил, но возмущаться не стал. В конце концов, так даже лучше. Иначе я бы сам ее зарезал. И потом наверняка мучился бы скверными снами – все-таки дама, хоть и душегубка.

Отыскав нижние рубахи, отдал их Тимми, с наказом изготовить из них пеленки и подрубить, чтобы не замахрились. Ткань поплоше изорвал на тряпки. Уильям прошелся рядом с работающим Тимми, отпустив несколько весьма оскорбительных замечаний. Как будто бы намекал на что-то, нам с Альбином неизвестное, но стыдное. Я рассердился и посадил обормота помогать Тимми. Нечего гадости про товарищей говорить!

Я еще помнил, какими непоседливыми и крикливыми были сыновья в пору младенчества, потому настроен был перед поездкой весьма мрачно. Однако, к моему удивлению, дети были очень спокойны. Вероятно, измученные голодом и холодом, они не имели пока сил на капризы и беготню. Малыши просыпались только для того, чтобы поесть. Насосавшись коровьим молоком, они снова засыпали. Те, которые постарше, тоже почти все время спали или грызли закупленные мною в огромном количестве сухарики. Мои собственные хулиганы, кажется, тоже решили сделать перерыв в своих проделках. Они все время прижимались к моему боку головами и играли с пребывающей в мышином теле Гретой. Я строго следил, чтобы они ей не навредили. Сначала вообще не хотел ее им давать, но крыска хитро прищурилась и ловко спрыгнула с моего плеча прямо в руки сыновей.

Альбин «спал» сидя. Я попросил Тимми придерживать его, чтобы он не упал от тряски. Парням объяснил, что Альбин упился маковой воды и теперь будет весь день пребывать в мире грез.

Несмотря на отличное поведение детишек, я был очень рад, что выбрал именно скоростную почтовую карету, благодаря чему наша поездка заняла минимум времени – лошадей меняли очень быстро, за какие-то несколько минут, благодаря рожку охранника встречные кареты пропускали нас, прижимаясь к обочине, а платный проезд мы миновали с ветерком – все тот же рожок подал привратнику сигнал и тот торопливо распахнул ворота перед нашей каретой. И все же к тому моменту, как мы добрались до места назначения, я был совершенно измучен. Дети тоже истомились бездельем, начали ерзать. Но, наконец, мы приехали. Я отсчитал чаевые, которые было принято давать кучеру и охраннику – все же именно благодаря мастерству кучера мы проехали столь быстро. А без охранника, его рожка и мушкетона путешествие могло бы стать не только медленнее, но и опаснее. Спящий Альбин ничем не помог бы нам днем, так что я был очень благодарен обоим за отлично выполненную работу.

Теперь наш путь лежал на корабль. И снова встал вопрос о деньгах, но тут нас выручил Альбин – он наведался вечером к местному врачу и продал ему несколько бутылочек с «эликсиром ото всех болезней». Конечно, цена была гораздо ниже, чем та, по которой вампиры поставляли аналогичный эликсир к царскому двору, но нам это было не существенно – монет все равно хватило для покупки билета на большой корабль, направляющийся в сторону островов.

Я немного волновался – не захандрят ли наши юные помощники, ведь они отправлялись в неизвестное, возможно, навсегда покидая родные края, но парни были весьма воодушевлены. Они воспринимали происходящие, как восхитительное приключение.

Нам повезло – две небольшие каюты по вполне умеренной цене располагались рядышком, так что я мог в любую минуту зайти к детям и проверить, чем они там занимаются и присмотрены ли. К моему удовольствию, парни оказались не из тех, кто злоупотребляет пивом, так что дети содержались вполне сносно. Во всяком случае, на мой не искушенный взгляд.

Мы с Альбином расположились в одной каюте, остальные же ютились в другой. Я не хотел, чтобы парни вертелись возле спящего вампира, только иногда позволял собственным сыновьям посидеть с нами. Во время путешествия я все искал благоприятного момента, дабы открыться Альбину касательно сущности Греты и ее со мной взаимоотношений. Но так и не успел начать разговора – все решил случай.

Наше путешествие было неблизким, корабль должен был зайти в сторонний порт, прежде чем лечь на курс. В порт прибыли днем, мы с детьми воспользовались случаем, чтобы сойти на берег. Твердая земля под ногами – это чудесно! Хоть пару часов отдохнем от этой качки. Я запер каюту и легкомысленно оставил Альбина одного. Отчего-то каюта корабля мнилась мне вполне безопасным местом, но, как оказалось, я был неправ. Через иллюминатор проник некий человек – личность его осталась в тайне – и попытался умертвить совершенно беззащитного Альбина, используя для этого особую саблю. Если бы не Грета, отважно вступившаяся за вампира, ему, без сомнения, пришел бы конец. И всему виной моя безответственность!

Когда мы вернулись, то обнаружили сильно пораненную Грету. Она была без сознания и не могла превратиться в крысу. Кроме нее и Альбина, в каюте никого не было. Мои помощники в ужасе застыли в дверях, не зная, как реагировать на это зрелище, первым пришел в себя, как ни странно, Тимми. Он вытолкал всех за дверь и спросил у меня не нужно ли кого-то позвать.

– Нет, Тим. Это никого не касается, кроме нас. Проследи, пожалуйста, чтобы все это поняли.

– А как же неизвестная леди?

– Это известная леди. Грета, Грета, очнись! – я осторожно потряс Королеву за плечи.

– Наверное, нужно немного распустить на ней корсет, - неуверенно предложил Тимми, отчаянно краснея и стараясь не пялиться на выглядывающие из-под юбки ноги.

– Нам Грета голову снимет, если попортим ей платье, а сами мы вряд ли разберемся в этих женских хитрых шнурках и крючках. Не думаю, что здесь дело в удушье, скорее в ранах, - я указал на длинные порезы на руках бедной Греты.

Видимо, человек нападал на нее, а она прикрывалась руками.

– Лучше принеси-ка чистой воды, попробую промыть раны. Надо ее перевязать, - обратился я к Тимми.

Парень кивнул и убежал выполнять распоряжение. Всего через пару минут заглянул мрачный Уил, поинтересовался с каких это пор Тимми за главного. Я, уязвленный собственной ошибкой, переживающий за Грету и выбитый из колеи всем произошедшим, ответил весьма резко. Уил даже немного испугался этой вспышки дурного нрава и поспешил скрыться с моих глаз.

Принесенная Тимми вода очень помогла, как и он сам. Парень, молча и не задавая лишних вопросов, подносил мне чистые тряпки, вытирал лужи, помогал перенести Грету на койку, словом повел себя весьма разумно – я был так зол на себя, что мог вспылить из-за любого пустяка. Едва я омыл раны, смывая кровь, как Грета зашевелилась и открыла глаза.

– Серебро, - только и произнесла она.

Я сообразил, что серебро, видимо, может быть смертельным не только для вампиров, но и для существ, подобных Грете.

– Что случилось? – спросил я, продолжая тщательно стирать малейшие следы серебра с кожи Греты, промывая раны, чтобы не осталось и следа от страшного материала.

Грета рассказала, как в каюту проник человек, и она еле успела превратиться, а потом он, оставив на теле Греты раны, стремительно покинул каюту так же, как зашел, не продолжая противостояние.