Чтение онлайн

Раздавшийся стук позволил нам прервать тягостное для обоих обсуждение. За дверью обнаружились наши наемные работники в полном составе. Они потребовали объяснений, ибо вид окровавленной женщины, затем таинственно исчезнувшей, их изрядно напугал. Они наконец заволновались и попытались выяснить: чего еще им ждать от жизни.

– Кевин, мне кажется, пора поведать нашим помощникам некоторые подробности, о которых мы умолчали ранее, - многозначительно произнес Альбин, я махнул ему рукой, предоставляя разбираться с обеспокоенными парнями самому.

Я сел на койку и перестал обращать внимание на происходящее, задумавшись о вампирах и их нелегкой доле. А что, если бы Создатель поместил мою душу в тело вампира? Как бы я существовал? Смог бы я приспособиться к подобному? Мне весьма смутно представлялось, как происходит любовь между мужчинами, фантазия буксовала и, как я ни силился, единой картины не представало. Я как раз пытался представить себе, каково это - быть абсолютно лысым, когда мое внимание привлекли громкие возгласы: это Альбин дошел до того места, где сообщал, что Грета является по совместительству Королевой Крыс. Отчего-то известие о принадлежности Альбина к народу вампиров никого не ажитировало.

***

Плавание подходило к концу. Грета каким-то образом заживила раны – она сказала, что крысы, живущие на корабле, принесли ей некое растение, излечивающее раны. Дети потихоньку начали оживать и вскоре от их шалостей не стало житья – маленькие исследователи все время ухитрялись ускользнуть из-под присмотра и отправиться на обследование корабля. Стоило Уилу зазеваться, отвлечься на плачущих малышей, как карапузы постарше спешили проникнуть в коридор. Несколько раз мне в каюту стучались матросы и приводили перепуганных беглецов – перед рослыми, грозными моряками они немного робели, пугаясь их грубых голосов. Меня и парней поддерживала мысль о том, что вскоре покажется земля и там, наконец-то, можно будет выпустить непосед на лужок, чтобы они набегались, не рискуя раскроить себе лбы о какую-нибудь латунную снасть. Я все время этого боялся – что корабль качнет, малыш потеряет равновесие и хряпнется обо что-то твердое. Корабль - не место для догонялок. Все пространство занимали свернутые канаты, какие-то бочки – возможно, с припасами, хотя кто его знает? Изнуренный дорогой я даже осмелился обратиться к капитану с вопросом о нашем прибытии. Капитан нахмурился: мы с Альбином не производили впечатление респектабельных людей, людей, которые могли требовать от самого капитана ответов на подобные вопросы, но все-таки бросил мне одно слово:

– Завтра.

Ох, какое облегчение! Вечером, когда проснулся Альбин, я пристал к нему с расспросами:

– Мы уже долгое время едем, - начал я.

– Бесконечность! – простонал в ответ Альбин.
– Милый Кевин, прости, что перебиваю – мне твоя крыса… В смысле: прекрасная Грета строит мне глазки. Я в смятении! Что мне делать?

– Хм… ну, тут я тебе не советчик, дружище, - хмыкнул я, - она не человеческая женщина, однако, вдруг от вашей связи тоже появится потомство? Кто такое может предсказать?

– Эм… Кевин, я немного не этот аспект имел в виду. Это же твоя женщина или я ошибаюсь?

– Грета - совершенно особенное существо. Я это понял еще давно. С точки зрения общепринятой морали ее поведение можно охарактеризовать как недостойное, однако… - я долго пытался сформулировать ответ, так как мне даже самому себе было сложно объяснить, отчего во мне нет ни ревности, ни обиды, - в общем, это все не важно. Ей нравится разнообразие. Она любит кружить голову мужчинам, однако, именно меня она выбрала своим наперсником. (6) Мне радостно, оттого, что она рядом. Надеюсь, ты не станешь порицать нас за это?

– Нет. Нет, конечно, - Альбин ошарашенно помотал головой, мне показалось, что в его взгляде все же читалось некоторое осуждение, впрочем, возможно, я слишком мнителен.

– Все-таки я, пожалуй, воздержусь! – пробормотал вампир чуть слышно.

– Твое дело!
– пожал плечами я и вернул беседу в изначальное русло, - я хотел спросить тебя о месте, в которое мы едем.

– О. Конечно. Сейчас я расскажу. Сначала мы прибудем в порт…

Все было так, как и рассказал Альбин. Пристань примыкала к небольшому городку, словно выраставшему из доков. Склады, магазинчики, таверны и трактиры – все, чтобы уставшие за плавание моряки могли отдохнуть. Город жил в основном за счет торговли и обслуживания кораблей. По словам Альбина, здесь почти не было вампиров. Не слишком безопасное место, непомерно много пришлых. Тут селились лишь изгнанники и эксцентричные личности, любящие окружать себя людьми.

– Говорят, один наш собрат по ночам поет в кабаках, развлекая подвыпивших моряков. Мне сложно понять мотивы его действий, - рассказывал Альбин.

Из портового городка мы отправились в глубь страны. Нас ожидали несколько застав, пересечь которые можно было только ночью, так как туда – в сердце острова – допускались только вампиры. И их сопровождение. Альбина знали. Его встречали дружескими похлопываниями, на него наступали с расспросами, но он ни разу не забыл о нашем комфорте: прежде чем сесть со своими знакомцами за трапезу, он всегда прежде беспокоился о нашем ночлеге. Альбин приходил под утро – пьяный вдрызг. Своими гулкими шагами он будил меня, и я, недовольный, но и успокоенный его появлением, помогал ему пройти последние несколько шагов до кровати.

Один раз вампир, судя по добротной одежде, занимавший какое-то положение, остановил меня, когда я шел в сторону предназначенных нам комнат:

– Я видел, как Альбин обхаживает тебя, смертный. Кто же ты? Неужели отвратительный и недостойный человек сумел покорить сердце нашего человеконенавистника?

Не слишком вежливый вопрос, но я постарался унять раздражение и ответить пьяному вампиру с достоинством. Просто объяснил, что я – самый обычный фамильяр.

– Фамильяр? У Альбина? Нет, это невозможно! Я знаю этого невера с детства, после смерти отца он возненавидел всех людей… Не пойму, зачем он вообще поехал в этот ваш город?

– Может, для того, чтобы понять? Понять нас, людей? – предположил я. – А отчего умер его отец?

– Ха! Он не сказал? Его убил фамильяр.

– О! Ну, это многое объясняет! – пробормотал я и поспешил скрыться в своей комнате.

Не желал более тешить нездоровое любопытство сплетника. Хотя товарищ Альбина, по всей видимости, был готов поделиться со мной любыми сведениями об альбиносе, мне было неприятно, что посторонний столь беззастенчиво вглядывается в мое лицо, жадно ловя каждую эмоцию, дабы потом сделать какие-то свои выводы обо мне и Альбине.

То, что Альбин испытывает неприязнь к людям, я понял с первых минут. То, что эта ожесточенная злость появилась неспроста, я также догадался почти сразу. Жаль, что он пока не доверяет мне настолько, чтобы самому рассказать о постигшей его трагедии…

В ту ночь Альбин появился рано и был неожиданно почти трезв.

– Трибальд любит болтать, о чем не просят! – заявил он с порога.

– А? – я уже придремал, оттого никак не мог сообразить, о чем идет речь.

– Он сказал тебе, почему я отправился в твою страну?

– Ох, Альбин, лягушечка моя холодная… - я тягуче зевнул.
– Ну, откуда ему знать мотивы твоих действий? Слушай, я спать хочу. Уже которую ночь плохо сплю… так чего ты хотел сказать?

– А… Разве Трибальд не рассказал, что моего отца убил фамильяр и я, многие годы лелея свою ярость, отправился к людям, чтобы постичь их суть?

– Он просто сказал, что твоего отца убил фамильяр. Остальное и так понятно. Чего я хотел спросить-то: и как? Постиг? Суть-то нашу?