Чтение онлайн

— Она благодарит за совет, — сказала я.

— Только подумайте, сколько благотворительных пожертвований ты могла бы сделать на эти деньги, — мягко упрекнула меня Лаура, — и при этом провести прекрасную церемонию. (Я уже упоминала, что «дочь дьявола» воспитывалась священниками?)

— Так вот, торт, — продолжила я.

— Что, торт размером с «Ламборджини»? — спросила Кэти.

— Платье, платья подружек невесты, приём, еду…

— Ты же не можешь есть! — застонал Марк.

— Расходы на медовый месяц, выпивку для открытого бара, услуги официантов

— Церковь, которую можно купить у католиков.

Остальные уже привыкли к моим односторонним разговорам с Кэти, но Марк всё ещё качал головой в стиле «бабы — дуры», который все мужчины усваивают к трём годам.

— Ничего из этого не подходит, — сказала я сопровождающим. Я тоже не имела в виду платья. — И моя подруга устала. Думаю, нам стоит попробовать в другой раз.

— Я в порядке, — прохрипела Джессика.

— Заткнись, — сказал Марк.

— Ты не очень хорошо выглядишь, — забеспокоилась Лаура. — Разве тебе не нужно скоро возвращаться в больницу?

— Заткнись, белая девочка.

— Если я когда-нибудь скажу «заткнись, чёрная девочка», ты обрушишься на меня, как гнев самого дьявола, — сделала паузу Лаура. — И я должна знать.

— Не лезь в моё дерьмо, белая девочка.

— Если ты больна, тебе следует лечь в больницу.

— Рак не заразен, белая девочка.

— Это очень эгоистично с твоей стороны — давать Бетси ещё одну причину для беспокойства прямо сейчас.

— Кто с тобой разговаривает, белая девочка? Только не она. Не я. Разве у вас нет бесплатной столовой, где ты могла бы трудиться? Или планеты, которую ты могла бы захватить?

Лаура ахнула. Я застонала. Джессика была в отвратительном настроении, но это не повод поднимать тему, о которой мы не говорили, а именно о том, что дочери дьявола суждено захватить власть над миром.

Прежде чем спор разгорелся ещё больше, вмешалась ассистентка.

— Но до вашей свадьбы осталось всего несколько месяцев. Так что остаётся не так уж много…

— Захлопнись, — огрызнулась я, заметив серую бледность под обычно сияющей кожей Джессики. — Лаура, ты права. Мы уходим отсюда.

Глава 3

Но вся эта история в свадебном салоне произошла несколько месяцев назад, и я думала о своих друзьях только потому, что была совсем одна. Хуже того: я была совсем одна на двойных похоронах.

Мой отец и его жена были мертвы.

Я понятия не имела, как к этому относиться. Мне никогда не нравилась Ант — моя мачеха, — наглая, неуклюжая женщина, которая лгала, и чувствовала себя при этом как рыба в воде, женщина, которая расторгла брак моей матери и разрушила моё представление о том, что в тринадцать лет мы живём долго и счастливо.

А мой отец понятия не имел, что со мной делать. Зажатый между ежедневными войнами, которые велись между Ант и мной, моей мамой и Ант, а также Ант и им самим («Прогони её, дорогой, и сделай это прямо сейчас»), он вообще держался в стороне. Он любил меня, но был слабым. Он всегда был слабым. И моё возвращение из мёртвых привело его в ужас.

А она никогда не любила меня, и я ей даже не нравилась.

Но это было нормально, потому что она мне тоже никогда не нравилась. Моё возвращение из мёртвых ничуть не улучшило наши отношения. На самом деле, единственное, что помогло мне, — это рождение моего сводного брата Малыша Джона, который, к счастью, на похоронах не присутствовал.

Все присутствующие отсутствовали. Джессика находилась в больнице на химиотерапии, а её парень, детектив Ник Берри, отходил от неё только для того, чтобы поесть и время от времени арестовать плохого парня.

По ужасающему совпадению, похороны проходили там, где проходили мои собственные. Проходили бы, если бы я не восстала из мёртвых и не убралась оттуда к чёртовой матери. Я тоже была не в восторге от того, что вернулась.

Когда я умерла, больше года назад, мне удалось заглянуть в комнату бальзамирования, но я не стала задерживаться, чтобы осмотреть достопримечательности. Таким образом, я — мы — сидели в комнате, которую я никогда не видела. Строгие тёмные стены, множество мягких складных стульев, фотографии моего отца и Ант, увеличенные до размеров плаката, висели в передней части комнаты. Гробов, конечно, не было. Ничего, что могло бы открыться. Тела были сожжены до неузнаваемости.

— …столпы общества, мистер и миссис… Тейлор принимали активное участие в нескольких благотворительных акциях…

Да, конечно. Ант (сокращение от Антония) была примерно такой же милосердной, как тот маленький чокнутый парень, возглавлявший Северную Корею. Она тратила деньги моего отца на разные цели, чтобы устраивать вечеринки по сбору средств и снова притворяться королевой выпускного бала. Одна из тех женщин, которые достигли пика в старшей школе. Меня всегда поражало, что мой отец этого не замечал.

Я оглядела комнату, в которой сидели в основном незнакомые люди (и их было немного, несмотря на то что эти двое были «столпами общества»), и с трудом сглотнула. По обе стороны от меня никто не сидел. Как они могли? Я была здесь одна.

Тина, домоправительница Синклера, отправилась в дипломатическую поездку по Европе, чтобы убедиться, что там все по-прежнему планируют вести себя хорошо со всеми остальными. Европейская группировка вампиров наконец-то приехала с визитом несколько месяцев назад, начались убийства и погром, а затем они убрались к чёртовой матери из города. Я? Я подумала, что это нормально. С глаз долой, из сердца вон… это был практически девиз семьи Тейлор. Синклер такой беспокойный? Не очень.

Поскольку мы с Синклером заканчивали приготовления к свадьбе, Тина согласилась поехать. Поскольку Тина всегда была рядом с Синклером, одиночная поездка для неё была чем-то неслыханным. Но её последними словами, когда она покидала дом, были, «Что может пойти не так за две недели?»

Знаменитые чёртовы последние слова.

Глава 4

Я уставилась на фотографию Антонии Тейлор, Ант, размером с плакат, которая улыбалась мне. Прямо мне. Клянусь, её глаза следили за мной, когда бы я ни двигалась. Она стояла на мольберте рядом с фотографией моего отца.

Я узнала фотографию моего отца — она была сделана Торговой палатой Миннеаполиса, когда они с Ант выиграли какую-то бесполезную премию, которую он ей купил. Фотография Ант была из журнала «Гламурные снимки». Вы знаете таких: с дымчатыми глазами, длинными ногтями и начёсанными волосами.

— …по-настоящему обрели счастье в свои последние годы…

Меня сейчас стошнит. Я не знала, закатить ли мне глаза или рассмеяться. Учитывая обстоятельства, я не сделала ни того, ни другого.

Синклер исчез на следующий день после того, как Тина уехала из страны. Я предположила, что он всё ещё дуется из-за наших постоянных ссор и решил избегать Невестзиллы. И, по правде говоря, я и сама была немного рада передышке. Я хотела любить этого бездельника, а не фантазировать о том, как проткну его колом. И я скучала по нашим занятиям любовью. По нашему… всему. Мне было и жаль, что он ушёл, и легче.