Чтение онлайн

Я нащупала телефон на прикроватной тумбочке, забыв проверить номер вызывающего абонента.

— Ммм… ало?

— …слышу…

Для разнообразия я даже узнала хриплый голос.

— Марк! Где ты, чёрт возьми?

— …не…могу… остановить…падение…

— Ты ранен? У тебя неприятности?

— …неприятности… грёбаная… смерть…

— Боже мой! — вскрикнула я, мгновенно проснувшись. Я взглянула на часы у кровати: половина пятого пополудни. Малыш Джон храпел в своей переносной кроватке. — У тебя проблемы! Ты можешь подключиться к компьютеру? Ты можешь отправить мне электронное письмо? Почему ты не отвечаешь на мои электронные письма? Скажи мне, где ты, и я приеду за тобой! — с ребёнком на руках, забыла добавить.

— …не…могу…волноваться…из-за-неприятностей…

— Где-ты? — закричала я.

— …наступают …сумерки …темнота …наступает…

— Я приеду, я приеду! Где ты?

— …вижу …звёзды…

— Марк?

— …волноваться…

— Марк?! — закричала я в телефонную трубку.

Вот и всё. Вот и всё. Я откинула покрывало со своей одинокой кровати, стараясь не замечать, что всё становится чертовски странным (и терпит неудачу), и оделась с поразительной скоростью.

Я вытащила сонного, мокрого, зевающего Малыша Джона из кроватки, переодела его с вампирской скоростью (он казался удивлённым и в то же время забавляющимся), схватила пакет с подгузниками и немного смеси и направилась к двери спальни, чтобы отправиться в онкологическое отделение общего профиля в Миннеаполисе. Я нарушала правило номер два, и мне было на это наплевать. Я, королева вампиров, не придерживалась правил обычного человека. Конечно, нет! Я была…

Мой компьютер подал звуковой сигнал. Вернее, компьютер Синклера подал звуковой сигнал (зачем мне компьютер в спальне? У нас было девять кабинетов). Эта штука уже несколько дней не издавала ни звука, так что долгое время я только и делала, что пялилась на неё. Она снова запищала, и я бросилась к ней, не обращая внимания на вопль Малыша Джона, и увидела, как на экране высветился значок «ВАМ пришло письмо».

Я нажала на него (Синклер настроил эту штуку так, чтобы я могла пользоваться ею, когда захочу), надеясь. Он знал, что звонок был в нашей спальне, он знал, что я услышу его, где бы я ни была в доме, следовательно, он должен был быть от…

Моей сестры, Лаура.

Ворча себе под нос, я прочитала электронное письмо.

Бетси,

Мне ужасно жаль, что я не смогла присутствовать на похоронах твоего отца и моей матери. Как ты знаешь, я была занята приготовлениями на поминках и похоронах, а также помогаю твоей матери с ребёнком, но глубоко сожалею о моём неизбежном отсутствии. Я надеюсь, что мы сможем встретиться в ближайшее время. Пожалуйста, позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится или если у тебя возникнут проблемы.

Да благословит господь,

Твоя любящая сестра,

Лаура

«И знающие имя Твое будут уповать на Тебя, ибо ты, Господи, не оставил ищущих Тебя» (Псалом 9:10).

— Да, да, да, — сказала я вслух. — Очень полезно, — на я была вся в болтовне. По крайней мере, кто-то не забыл меня, не уехал из страны, не исчез. Или не заболел раком.

Или если у тебя возникнут проблемы? Что это значило? Она как будто знала, что с каждой секундой ситуация становится всё более странной. Чего, конечно, она не могла себе представить. Мы даже не разговаривали до дня перед похоронами, и это всё из-за Ант, а не из-за Джессики, Марка, Синклера, Антонии и Гаррета.

Я выбросила эту мысль из головы. Из всех людей, о которых мне стоило беспокоиться, Лаура не была одной из них. Даже если, согласно Книге мёртвых, ей суждено было захватить власть над миром. Она была хорошим ребёнком (когда не убивала вампиров без особых усилий), с твёрдой головой и добрым сердцем (когда не убивала серийных убийц), и она была настоящей хорошей девочкой (даже если она была порождением дьявола).

Вот так. Проклятье.

Я произнесла это вслух, просто чтобы закрепить идею в своей голове.

— Вот так. Чёрт возьми!

— Блаа, — согласился Малыш Джон, упираясь своими пижамными ножками в мои бёдра.

— Готов к путешествию, братишка?

— Угу!

— Верно. Вперёд, и на этом точка.

Глава 12

Я так привыкла изливать Джессике свои проблемы — я делала это с седьмого класса, — что была просто потрясена, увидев толпу врачей и медсестёр, столпившихся у её кровати. Я не могла даже увидеть её, не говоря уже о том, чтобы поговорить с ней.

Не говоря уже о том, что обычно там была только одна медсестра, и то только в том случае, если приходило время для новой порции смерти.

Ник стоял в стороне и наблюдал за происходящим, стиснув зубы так сильно, что я могла видеть, как двигаются мышцы на его щеке.

Он увидел меня и глухо сказал:

— Они проводят очередной курс химиотерапии. Она просто какое-то девятидневное чудо. Пригласили всех.

— Но… — потрясённая, я переложила Малыша Джона на другое плечо, в кои-то веки молясь, чтобы он не проснулся. — Но она только что прошла её!

— Этот вид рака трудно вылечить.

— Но… но… я должна рассказать ей… эм, кое-что. — «Осторожно», — сказала я себе.

Бедным мозгам Ника не нужны были дополнительные подсказки о том, что в Доме вампиров не всё в порядке.

— Я имею в виду, я пришла поговорить с ней.

— Ну, не получится, — явно растерявшись, он провёл рукой по своим густым светлым волосам. Несмотря на то, что его чёрный костюм был помят, а на тёмно-синей рубашке виднелось пятно от кетчупа, он выглядел на миллион долларов: телосложение пловца, длинные ноги, острые норвежские черты лица — скулы, которыми можно бриться! — и льдисто-голубые глаза. До того, как я умерла, он был для меня чем-то вроде парня, который был у меня в течение многих лет. И, честно говоря, мы не были особенно близки. Дружелюбны, но не друзья.

Видите ли, Демоны напали на меня возле Монгольского барбекю Кана (название ресторана — прим. пер.) (это было задолго до того, как я узнала, что такое Демон). И, как добропорядочная гражданка, я сообщила о нападении в полицию. Ник помог мне просмотреть фотографии, и мы вместе разделили Милки Вэй. Вот и всё. Большой роман. Только после того, как я восстала из мёртвых (после того, как меня раздавил «Понтиак Ацтек» (марка автомобиля типа кроссовер — прим. пер.)), я сложила два и два вместе.

Не то чтобы Ник знал что-то из этого, и не то чтобы у меня были какие-то планы просветить доброго детектива.

— Они никому не разрешают с ней разговаривать, — сказал он, рывком возвращая меня к действительности. — Но я хочу поговорить с тобой.

Моё сердце сразу же потянулось к нему. Конечно, я любила Джессику так же сильно, как Синклера и Маноло Бланик. Но за последние несколько месяцев они с Ником стали очень близки. Ему тоже было нелегко.

— Конечно, Ники, милый, — я взяла его за локоть и вывела в коридор. — Что ты задумал?

— Сюда, — сказал он, указывая на другую комнату. Я вошла вслед за ним и увидела, что это пустая палата для пациентов. — Положи ребёнка на кровать.