Чтение онлайн

— Он же не идиот!

— Конечно не идиот! — Аня вздохнула. — Но я тоже не очень толковая, — она намекала на возможную наследственность, потому как сама не всегда вела себя разумно.

— Зато я — умный!

Она с сомнением оглядела Богдана и заметила:

— Умные не глотают всякую гадость.

— Припомнила! — с легким осуждением воскликнул Богдан, но тут же загадочно улыбнулся… — И скажи честно, ты даже обрадовалась тому, что у тебя появилась уважительная причина хотя бы на пару дней перебраться ко мне.

— А кто сказал, что я собираюсь провести эти дни у тебя? — хмыкнула Аня.

— Я сказал. И не смей возражать.

— Я? Возражать? — она удивленно подняла брови. — Что за глупости! Просто я ждала, когда ты сам предложишь.

— Кажется, я поняла, что ты имел в виду, когда спрашивал, чем обычно заканчиваются наши встречи, — задумчиво проговорила Аня, прислоняясь головой к мужскому плечу. — Мы лежим, ни о чем не думаем, представляем, что на всем свете самое главное — это мы, и не просто мы, а мы вместе, а остальное вроде как и не существует, — она сладко потянулась и вдруг подскочила. — О господи! Я и не вспомнила!

Богдан посмотрел вопросительно.

— Я должна принести документы в понедельник с утра, а я забыла их дома.

— Вот и забежишь перед работой.

— Думаешь, я вспомню опять! А если опоздаю? — и в смятении обратилась за советом: — Как ты считаешь — ничего, если я схожу за ними сейчас? Надеюсь, они не сидят целый день дома! — Аня встала, принялась собираться, но опять застыла, смущенная очередным вопросом. — Слушай! А что мне делать — так идти или сначала позвонить?

— Позвони, — Богдан следил за ее суетливыми движениями и улыбался. Она всегда так металась, бросая короткие фразы и с надеждой заглядывая в глаза.

Телефон сообщил бесстрастным голосом, что абонент временно недоступен, что можно оставить ему сообщение после сигнала.

Аня сбросила вызов, не дожидаясь, решила, что еще раз позвонит по дороге. Может, абонент к тому времени уже придет в себя и вспомнит о существовании остального мира.

— Я быстренько, — пообещала она виновато и умчалась, а уже заходя в подъезд собственного дома, позвонила опять.

Ничего не изменилось. Или Никита специально выключил телефон, или, как обычно, не заметил, что разрядился аккумулятор. И что теперь?

Аня стояла перед дверью квартиры, не решаясь позвонить. Раз пришла, не разворачиваться же и ни с чем идти назад.

Она опять позвонила, но теперь обошлась кнопкой дверного звонка, нажала несколько раз и немного подождала.

— Похоже, их нет, — Аня вздохнула облегченно и достала ключ.

И точно, в квартире было совершенно пусто. Она торопливо прошла в комнату, взяла с полки папку с документами, спрятала ее в сумку и устремилась к выходу. Аня уже протягивала руку к замку, когда он неожиданно щелкнул, дверь распахнулась, и незнакомая девушка едва не налетела на нее.

Несколько мгновений они все трое стояли молча, растерянно глядя друг на друга. Аня очнулась первой.

— Я уже ухожу, — пробормотала она. — Я забыла кое-что.

Она перевела взгляд с Никиты на его подругу и за одну секунду рассмотрела ее, успев заметить про себя, что девушка, пожалуй, постарше сына.

Но не это самое главное.

Непонятно, как уж так получилось, но первым, что бросилось в глаза, оказалось тускло блеснувшее обручальное кольцо на безымянном пальце ее правой руки.

Нет, теперь Аня не могла просто уйти. И по ее разом изменившемуся лицу сын догадался о случившемся, мрачно сдвинул брови в ожидании непременных маминых упреков.

— Никита, — постаралась проговорить она как можно спокойней. — Мне нужно сказать тебе пару слов.

Он не стал вопить: «Только не сейчас! Не надо! Не хочу!», он, тоже стараясь казаться беззаботным, послушно кивнул:

— Да, мам, — и обратился к девушке: — Ты проходи. Я сейчас.

Он опередил ее, Ане не удалось ничего ни сказать, ни спросить.

— Мам! В следующий раз. Ладно? — и сын твердо посмотрел ей в глаза.

Она все-таки не удержалась от одного вопроса, потому как знала, что сойдет с ума, теряясь в догадках и сомнениях.

— Она замужем?

Никита не ответил.

— Мам, пожалуйста! И не надо названивать каждый день. Я приеду в следующую пятницу, и ты мне все выскажешь. Хорошо?

— Значит, по-твоему, хорошо? — саркастично уточнила Аня. Сын прекрасно знал этот многообещающий тон.

— Мам, не надо, — тихо попросил Никита, но Ане уже трудно было остановиться.

— Именно поэтому ты выпер меня из квартиры?

Никита больше не пытался ничего говорить, да и Аня не знала, что еще сказать, не сорвавшись на возмущенный крик и не устроив скандала.

— Ну да бог с тобой! — внезапно заявила она, сглотнув комок в горле. — Дело твое. Но помнится, кто-то мне обещал, что позже я не пожалею о своем решении. А я жалею.

Сын угрюмо молчал.

— Все! Я пошла. До пятницы.

Аня вышла из дома и остановилась. Не хотелось никуда идти.

Ох, Богдан! Не иначе как в полной мере начала проявляться дурная наследственность. Что случилось с Никитой? Откуда в его возрасте подобные увлечения? Замужняя женщина старше его. Да чем же мог прельстить ее мальчишка? Подождала бы хоть, когда подрастет. Ему-то, конечно, интересно, влечет, тешит самолюбие. Как же — обратили внимание, невзирая на юность! Глупый еще. Дай бог, чтобы не слишком!

И что теперь делать? Спросить у Богдана? Он же специалист. Наверняка был таким же, если еще не хлестче. Уж он посоветует!

Может, надавать Никите подзатыльников и строго-настрого запретить встречаться с этой девицей? Само собой, Богдан заметит, что толку не будет ни от запретов, ни от воплей, ни от угроз. Просто мальчик станет менее доверчивым и наивным и перестанет посвящать мать в тайны своей личной жизни. Но молчать выше ее сил. Да и не следует тут молчать! Но как доходчиво объяснить сыну, что он ведет себя, мягко говоря, неразумно? На кой мальчишке замужняя женщина? Пусть молодая, да бог ее знает, какая еще. Но ведь все равно — замужняя. Стоит поделиться собственным опытом? Но это ей Аня могла бы рассказать, каково изменять мужу и что потом получаешь в качестве награды за незапланированную любовь. А с Никитой придется откровенничать Богдану (тому тоже оказалось не в радость их давнее приключение), но… не приведи господи! Как бы не вышло больше вреда, чем пользы, от их общения.

Все это, конечно, глупости! Никогда не попросит она Богдана наставлять Никиту на путь истинный. И вовсе не оттого, что сомневается в моральном содержании их беседы. Разве станет Никита слушать постороннего дядю? Только она всегда его слушает, всегда поддается очарованию колдовского голоса.

И вот — итог. Она сама во всем виновата. Не будь того безумного романа, может, и Алешка от нее бы не ушел, и теперь нашлось бы кому заниматься воспитанием сына. Боже мой! Да и сын был бы тогда совсем другим. И наверное, с Алешкиным мальчиком не возникло бы подобных проблем. Сын и отец жили бы душа в душу, откровенно беседовали на свои мужские темы. И все складывалось бы просто замечательно.