Чтение онлайн

Нет, не будет она жалеть о том, что когда-то случилось. И другой сын ей не нужен. Этот — лучше всех. Ну кто еще смог бы влюбиться в безумную девчонку Инку, страдающую от переизбытка фантазии, поверить ее россказням и ринуться разбираться с незнакомым мужчиной, годящимся в отцы?

Вот уж точно — свела судьба. Свела в который раз. Сколько бы ни расставались, а снова встречаются. Что ж, отдадимся на волю судьбе. Где он там, ее суровый рок?

Он ждал ее, и в уголках его губ пряталась улыбка.

— Как поход? Что-то вид у тебя не очень довольный.

— А у меня не только вид не очень довольный. И мне даже трудно определить, насколько мой поход удачен. Что для меня было бы лучше — знать или не знать? — и Аня поведала Богдану историю своего визита домой.

Он отнесся к рассказу довольно спокойно, не восприняв случившееся как нечто из разряда вон выходящее. Так Аня и знала: для него подобные приключения не в диковинку, он не разделит ее беспокойства. Не стоило ему рассказывать, разобралась бы как-нибудь сама и уж точно обошлась бы без слов. «Да не переживай ты так. Не настолько это и страшно».

— Ну конечно! Это естественно и неминуемо, — презрительно повторила Аня когда-то слышанные слова.

— Возможно, — негромко произнес Богдан.

— Куда уж естественней — она его старше лет на семь-восемь!

— Наверное, в этом и причина. Мальчишка привлек взрослую женщину. Для него это имеет важное значение.

— Не такая уж она и взрослая, — снисходительно заметила Аня. — Тоже еще глупая девочка.

— Это для нас с тобой, — возразил Богдан. — А по его меркам…

— Да пусть, пусть старше, — Аня соглашалась: это хоть и проблема, но не столь серьезная. — Но ведь она замужем! И что ей спокойно не живется! Ну было бы из-за чего, а то ведь — совсем юный мальчик. Толку-то от него?

Вроде бы и не имеет она права осуждать неверных жен, и в то же время кому как не ей знать проблему изнутри. Она же с ней справилась. Да и причина ее измены не очередное приключение. Тогда не стоило бы и размениваться. Жила бы с Алешкой спокойная и довольная, ни о чем не тужила, ни о чем не мечтала.

Так нет, опять показалась на горизонте ее мечта, вроде бы на мечту и не похожая, ее непреодолимая страсть, и не смогла она от нее отказаться, по крайней мере сначала. А было бы что другое, и головы бы не повернула, прошла бы мимо, не обратив внимания, ведь так хорошо жилось с Алешкой.

И этой Никитиной подружке чего там не хватило у мужа?

— Наоборот, радуйся, — не сдержал ехидной усмешки Богдан. — До женитьбы дело не дойдет.

Аня растерялась от его холодных слов, не поверила: она переживает, волнуется, а ему смешно.

— Ты, конечно, можешь иронизировать. А мне совсем не весело. Если для тебя это в порядке вещей, то я не хочу лишних проблем на голову моему ребенку. Но тебе, по-видимому, это не понять. Сыночек пошел по папиным стопам, и тебя это радует. Как же иначе? — Аня внезапно остановилась, заметив, как дрожит ее голос, и осознав, что разозлилась, перестала быть искренней и все последние слова произносила с единственной целью — обидеть и унизить. Она не думала так, как говорила, но, пожалуй, действительно выбрала неподходящего собеседника для подобного разговора. Она безнадежно махнула рукой. — Я, пожалуй, пойду.

Она развернулась и уже сделала несколько шагов к двери, но вдруг услышала за спиной тихое:

— Не уходи.

А может, и не услышала. Может, показалось? В шорохе и шелесте, едва уловимо, может, это прозвучало не вслух, а только в ее мыслях? Она замерла, пытаясь понять.

— Куда ты пойдешь? Не уходи. Можешь дуться. Но не уходи. Представь, что ты дома. Ты же никуда бы не ушла из дома, сердилась бы, не сходя с места. Вот и не уходи. А если захочешь, я уйду.

— Боже мой! — Аня глубоко вздохнула и прислонилась к стене. — Как в тебе уживаются цинизм и любовь, бесстрастность и нежность?

Богдан невозмутимо глянул и возразил:

— И не уживаются они вовсе. Все время ссорятся и дерутся. Ты же меня знаешь. Это не мои любовь и нежность. Это все твое. Не было бы тебя, и их бы не было.

Никита приехал, как обещал, но, само собой, без особого желания. Не хотел выслушивать маминых нотаций. Пожалуй, он ей так и скажет. И зачем ее принесло в самый неподходящий момент?

Но первой пришла не мама, первым появился ее знакомый, или друг, или как его там. Никита представлял, что происходит между ними, но никак не мог выбрать подходящего обозначения.

— Мама дома? — спросил тот.

— Нет, еще не пришла, — ответил Никита. Он уже давно не испытывал неприязни к Богдану.

— Странно, — произнес тот, и Никита изумленно отметил, как внезапно напрягся обычно мягкий голос. Но в ненароком пойманном взгляде не обнаружилось ни недовольства, ни разочарования. А что-то такое… такое…

Ну да. Ревность.

Надо же!

— А вы ей позвоните, — предложил Никита гостю снисходительно и сочувственно одновременно.

Тот отрицательно покачал головой.

— Я ее подожду?

— Как хотите.

Никита, быстро потеряв к собеседнику интерес, прошел в комнату, включил телевизор, уселся на диван. Ничего нет хуже ожидания неприятностей.

Гость устроился рядом, и Никита недовольно посмотрел на него.

— Тоже будете пытаться меня образумить?

— Непременно! — Богдан критически хмыкнул. — Во-первых, понятия не имею, как воспитывать детей. Никогда не приходилось. Во-вторых… ты думаешь, на тебе свет клином сошелся?

Никита, уверенный, что мама уже всех вокруг озадачила его исправлением, вовсе не ожидал подобных заявлений. Он готовился к длинным моралям, поэтому слегка опешил, позабыл принять независимый вид и признался честно:

— Для мамы, по-моему, да.

— Напрасно ты так думаешь, — убежденно заверил его Богдан. — У нее еще есть дочь. И я.

Опять — просто и искренне, хотя вроде бы по-прежнему иронично, но, наверное, именно такой и бывает откровенность. И Никита снова не стал возмущаться и выделываться, но все-таки не отказал себе и немного поехидничал.

— А с вами у нее тоже были проблемы?

— Случалось, — Богдан дернул углом рта. — Но вообще-то я стараюсь их не создавать. Я ее люблю.

Никита немного смутился: почему Богдан говорит ему об этом так легко и просто?

И Никита не насмехается в ответ. Потому что верит. И как давно хочется поговорить с кем-то нормально, по-человечески, не смеясь и не передергивая, зная, что услышишь в ответ не только упреки и изумленные возгласы. Даже с мамой так не получится. Она, конечно… ну… одно слово — мама. Она, возможно, и постарается изо всех сил понять, но ей не дано думать так, как думает он. Она — женщина, и, как бы там ни было, с ней нельзя говорить обо всем. Про Сашку вообще лучше помолчать, с друзьями тоже не получится как надо. А с этим вроде бы посторонним мужчиной разговор складывался ровно и искренне.