Чтение онлайн

Впереди вдруг выросла каменная стена. Ария слепо ткнулась влево, нащупала руками какой-то узкий проход, и втиснулась туда, обдирая руки об выступы. Страшно ругаясь, Тюльпан упорно полез следом, ориентируясь на звуки ее шагов. Это было похоже на гонку двух загнанных зверей, когда один хочет съесть другого, а другой хочет спастись, чтобы еще немного пожить. И каждый из них знает, что чем дальше, тем опаснее, но ни один не остановится, пока не добьется своего.

Споткнувшись об камень, сирена упала на колени. Эфиоп навалился сверху, пытаясь нащупать ее горло. Зашипев, Ария врезала ему локтем в лицо, целясь в низко опущенный капюшон, вырвалась и поползла дальше. Проход уменьшился до крысиной норы, продвигаться было все труднее и труднее. Тюльпан безуспешно пытался ухватить ее за ноги, но при этом так стонал, и бормотал такие страшные проклятия, что еще больше подгонял Арию. Она уже ничего не соображала, куда ползла, все вокруг утратило значение, кровь сочилась из порезов, последние силы покидали ее. Глаза закрывались, разум затягивало в глубокий омут. Еще пара метров, и тупик, и тогда она вонзит зубы в горло эфиопу, и умрет здесь, несломленная и непокорная…

И внезапно впереди блеснул лучик света.

Сначала Арии показалось, что глаза ее обманывают, что она видит свет в конце тоннеля, или что там сирены видят, когда умирают. Закашлявшись, она смахнула с лица пещерную пыль. Но свет никуда не делся, более того, кожа начала ощущать дуновение ветра. Есть, там выход! Она нашла его, она спасется!

— Неужели такое существо может помышлять о смерти ради спасения? — бормотал Тюльпан. — Твои сородичи столетиями поедали моряков, заманивая их своими сладкозвучными голосами, ты создана самим Дьяволом, так почему же ты так упорно хочешь доказать великой богине, что ты рождена ради чего-то лучшего?

— Достал уже, — Ария снова заработала локтями, и с удивлением ощутила, как ее хрипота уменьшилась. Ее голос, ее оружие, потихоньку возвращался к ней. — Я не имею никакого отношения к своим сородичам, я родилась на суше. А твоя богиня насиловала мужчин и жарила на костре младенцев, чтобы потом их съесть. Короче, отвали.

************

Помимо фуникулерной станции у подножия горы Чили, откуда вверх поднимались маленькие вагончики, на вершину горы также шла пешеходная дорожка, огражденная поручнем — настолько узкая, и с такими крутыми поворотами, что автомобиль вроде "Плимута" мог с трудом по ней протиснуться. Однако встроенный в двигатель артефакт Луизы и здесь не подвел, хотя нагрузка на двигатель, а особенно на коробку передач и подвеску, пришлась немалая. К тому времени, как машина выбралась на ровную площадку, и остановилась, солнце уже перевалило далеко за полдень, было около пяти часов вечера.

"Если я столько времени потратил, добираясь сюда, то обратно придется ехать еще дольше" — с сожалением посмотрев на поднимающуюся из-под капота горячую струйку пара, Дима расстелил на коленях карту. "Тот патрульный сказал, что вход в катакомбы находится возле туристической базы, а для этого надо подниматься еще выше. Может, пройтись пешком?"

Выйдя из машины, он осторожно подошел к поручню, заглядывая вниз. Отсюда открывался просто фантастический вид на проходящую внизу дорогу, по которой ползали машины размером с муравьев, а слева в тумане выступали очертания города. Страшно было до жути.

"Придется ехать. Хотя бы посмотрю, что там и как"

Он уже хотел было вернуться к машине, как вдруг до его уха донесся странный звук, а потом сверху прямо на крышу "Плимута" посыпались камешки. Дима запрокинул голову, прищурился, и к своему ужасу увидел две покрытые пылью руки, высовывающиеся из расщелины над его головой — как раз там, где выше уровнем проходила дорожка…

Выход был залеплен глиной, чтобы отвадить случайных посетителей. Пробивая ее ногтями и ударяя кулаком, Ария расширила проход, и вывалилась на каменную дорогу, не веря своему счастью. Она ощущала свежий воздух, солнце, слышала пение птиц и шум машин — и все это казалось ей райским наслаждением. Надо было пережить действительно адские муки, чтобы так относиться к простым мелочам.

— Не уйдешь, — прохрипел Тюльпан, тоже выбираясь наружу. — Я тебя поймал, дева, поймал, теперь тебе никуда не деться…

— Отстань, — сирена попыталась достать его ногой, и внезапно услышала рев автомобиля за своей спиной. Рефлексы сработали мгновенно, оттолкнувшись руками, Ария прижалась к скале, а вот Тюльпан остался стоять на месте, за что и поплатился. Мчавшийся по дороге "Плимут" резко затормозил, заскользил покрышками, и ударил эфиопа передним бампером точно в бок. Тюльпана снесло, он перевалился через поручень, и, размахивая руками, полетел вниз, растаяв в воздухе за секунду до того, как разбиться об камни.

— Нихрена себе! — Дима заглушил мотор, и выскочил их машины. — Ария! Какого…

— Берегись!

Появившись сзади, Тюльпан тяжело рухнул на второкурсника, сбивая его с ног, а сам поднялся, сделал шаг к сирене, и протянул к ней руки. Это было его последним осознанным движением, потому что в следующий миг "Клык Василиска" пронзил его спину, пройдя насквозь через сердце, и выйдя из груди. Страшно крича, эфиоп рухнул на колени… и рассыпался горой пепла, оставив после себя горелый дымок. Ария кое-как поднялась, опираясь руками об капот.

— Ты убил его!

— Вижу, — краем глаза Дима заметил, как сирена начала падать, и подхватил ее на руки. Она доверчиво положила голову ему на плечо. — Ария! Что случилось? Где ты была? Ты в порядке?

— Вроде да, — теперь, когда все закончилось, сопротивляться страшной усталости не было смысла. Сирена и не пыталась. — Я сейчас, только вздремну немного, а потом сразу все тебе расскажу… — с каждым словом ее голос становился все тише, а потом замолчал, сменившись сонным сопением.

Некоторое время Дима смотрел в ее лицо, потом тяжело вздохнул, подобрал "Клык", и понес Арию к машине. Развернуться на узкой дорожке было невозможно, и придется подниматься дальше, до самой вершины горы. Это займет много времени, а значит, что гному и близнецам ничего не останется, кроме как начинать спецоперацию без него.

***************

Если бы староста знал, что происходит в городе в его отсутствие, он бы не так сильно переживал.

Дело в том, что открытие автосалона действительно было запланировано на восемь вечера. Однако, получив звонок от управляющего с сообщением о том, что машинами интересовалась полиция, Психичный Кекс страшно взбесился, сразу сообразив, что это проделки слепого умника.

— Ничего-ничего, — бормотал он, торопливо переодеваясь в смокинг, пока бронированная колонна мчалась по улицам. — Я их всех перехитрю! Откроем автосалон на два часа раньше, продадим все машины, а потом махнем за город, в безопасное место. И пусть этот калека сидит там, и локти кусает. А я буду наслаждаться богатством, плавать в бассейне, есть деликатесы, и творить, творить, творить бессмертные шедевры краской по металлу!

— Готовьтесь к открытию, — приказал управляющий автосалоном обслуживающему персоналу, а сам засел за телефон, вызванивая потенциальных покупателей, чей список уже показывал хозяину днем. За прошедшие четыре часа он пополнился еще двумя людьми, и одним из них был нефтяной магнат Пуэрто Рикос из дальнего зарубежья.

— Кажется, они решили открыться раньше, — доложил наблюдатель Винсента, засевший с биноклем у окна расположенного неподалеку здания.

— Что-то они забегали, — заметил мужчина, сидевший за рулем вишневого джипа, припаркованного за углом. — Не пора ли и нам начинать, господин?

— Чё это за фигня там происходит? — пробормотал Гвеллин, прикладывая широкую ладонь козырьком ко лбу.

— Глянь! — Ваня толкнул его в бок, показывая на бронированную колонну, подкатившую к дверям салона. Из фургона выбрался Психичный Кекс, и направился к входу в сопровождении охраны. — Кажется, они уже начали!

— Так еще только шесть вечера, — заметил Валера, бросая взгляд на часы.

— Возможно, господин Кекс решил перенести время, — ответил Гор. — Наверняка у него появился покупатель, готовый хоть сейчас скупить всю партию оптом. Так зачем ждать?