Чтение онлайн

— Это он заплатил вам, чтобы вы передали герцогу послание?

— Да, я должна была передать, что это от того, кого он ждет.

— В ресторане «Сфинкс»?

— Именно так, мэм.

В этот момент вмешались телохранители и оттеснили журналистов. Лайора Торневаль проследовала внутрь здания полицейского управления.

— Кстати, что все же было на карточке? — спросил Ивор Маскариля.

— Номер апартаментов на двадцатом этаже башни «Сфинкс». Я заподозрил неладное когда поднимался на лифте. Такое предложение не могло исходить от молоденькой лейтенанта королевского флота. Она дворянка, а мы, дворяне ведем игру немного иначе. Если бы она захотела уединиться, сказала бы мне об этом прямо за ужином. Но ужин бы пропускать не стала. Я сообразил лишь в лифте. Решил разобраться, но комм не отвечал. Тогда я спустился в лобби, где меня и арестовали.

Коалиция распалась до приведения правительства к присяге. Объединенные Демократы вышли из неё громко хлопнув дверью. Председатель партии заявил, что с изменниками республики им не по пути. Позже представители Объединенных Демократов заявили, что из-за наглого вмешательства генерала Марбаса пересмотрели позицию относительно Протектората. Теперь о его принятии не может быть и речи. И если ранее они выступали против союза с королевством, то теперь готовы возобновить деловые отношения, хотя и не в военной области. Они предложили Народной партии создать новую коалицию, если придут к компромиссам по некоторым другим вопросам.

— Что на счет задержанных политиков, мистер Родмарс?

— Решать будет суд. Но судя по общественным настроениям, вряд ли негодяи отделаются минимальным наказанием. Мы все глубоко возмущены происшедшим.

— Надеюсь их отправят на Барти, — со зловещим удовлетворением прокомментировала новость виконтесса.

— Маркиз будет доволен… — добавил Маскариль. — Что ж. Не о чтобы мы победили, но интригу генерала нейтрализовали. Правда о военном союзе можно забыть. Они опасаются иметь дела с нами после всего, что произошло.

— Я не хотел помешать вам, — повинился Ивор.

— Вы сделали, что посчитали нужным, — пожал плечами Маскариль.

В «Харизме» играли джаз. Причем играли живую музыку на классических акустических инструментах без электронных приспособлений, сопровождения или усиления. На подиуме стояло пианино и ударная установка, музыканты выходили с саксофоном, трубой и контрабасом, их состав постоянно менялся.

Играли разное от знакомых Ивору классических композиций, до собственных импровизаций, среди которых попадались вполне годные. На самом деле ресторан больше напоминал клуб, чем заведение для приема пищи, даже клиенты рассаживались за столиками так, чтобы все могли видеть сцену. Впрочем и пищу здесь подавали весьма изысканную. По меркам Крайтона, конечно. Но все же люди приходили сюда не поесть, а послушать. Долина всегда отличалась высоким уровнем культуры.

Стены были расписаны силуэтами джазовых групп, инструментов, портретами классиков прошлого. Среди них доминировали темнокожие мужчины. Встречались и женщины, в основном вокалистки, встречались и белые апологеты, но всё же основная масса тех, кого называли легендами джаза, имели афроамериканские корни.

Возле их столика появился официант, чтобы принять заказ. Они оба начали с капрезе, а в качестве основного блюда выбрали рибай с печеными корнеплодами и острым соусом. К стейкам Ивор заказал бутылку местного мерло (так ему посоветовал Маскариль, который успел изучить местную кухню).

Марта не относилась к любителям джаза. Обычно она слушала нечто вроде осоверемененной реконструкции старой музыки викингов, кельтов и прочих северных варваров Земли. Подобные вкусы прививали с детства в аристократических семьях Барти. В результате Ивор, который обычно уступал Марте в культурном образовании, смог проявить эрудицию. Его к джазу приохотила еще графиня Демир. И вот теперь он по крайней мере не чувствовал себя полным профаном.

— Парень вон на том рисунке скорее всего Дюк Эллингтон. У него улыбка, как у комика немого кино. Трудно спутать.

— Он был герцогом? — удивилась Марта.

— Это прозвище. Джазовые музыканты происходили чаще из беднейших слоев населения. И даже сделав карьеру не попадали в высшее общество.

— Они были вроде тебя, ты это хочешь сказать? — улыбнулась Марта.

Посидели славно. Важно, что музыка не звучала слишком громко и не мешала разговору. Марта нисколько не удивилась, когда разговор зашел о войне. Видимо уже привыкла к неумению Ивора отвлекаться от службы. А он после всех душных перипетий политики Крайтона, после омерзительной провокации против Маскариля, рвался в космос, точно молодой кенгуру в степь. Ему хотелось совершать гиперпрыжки, чувствовать каждой клеткой запредельные ускорения, лететь на врага, посылая торпеды и снаряды… тем более, что Юджин подкинул неплохую идею для ограниченной, но важной операции.

— Я жажду вакуума, как глоток свежего воздуха, — произнес Ивор в ожидании десерта.

— Метафора хромает на обе ноги, — заметила Марта. — Над стилем ещё надо поработать.

— На обе ноги хромают у нас союзники, — пробурчал Ивор. — Они ни за что не позволят мне залезть в Гамильтон. А время уходит.

Срок аукциона приближался, а Ивор не мог придумать способ убедить союзников в необходимости проведения операции. Наверное так чувствует себя голодный хищник, от которого убегает добыча.

На десерт Марте принесли тирамису, а Ивору чизкейк с кленовым сиропом.

— Какао и кофе здесь не растут, — подумала вслух Марта, пробуя кусочек воздушного десерта.

— Долина поддерживает торговлю со многими мирами. Местные всегда ставили себя особняком от прочего населения планеты.

— Что ж, мы попили и поели, послушали хорошую музыку…

— Вызвать такси?

— Я бы прогулялась.

— Отлично, баронесса. Как раз хотел предложить.

Естественного спутника Крайтон не имел. Но Долина располагала крупной станцией на геостационарной орбите. И одна из функций станции заключалась в ночной подсветке территории. Причем зеркало стометрового диаметра разворачивали не всякий раз, но придерживалось земного графика смены лунных фаз. Помимо небольшого повышения температуры такая подсветка позволяла создать идеальные условия для местной экосистемы, состоящей из обычных земных видов, не подвергшихся генетической модификации. Не исключено, что создатели станции рассматривали и романтический аспект. Во всяком случае серебристый свет придавал ландшафту сказочный вид.

— Красиво, — сказала Марта, беря Ивора под руку.

В Долине всем видам улиц предпочитали бульвары, аллеи и широкие набережные. Особый климат региона позволял высаживать многие виды деревьев: от жакаранды, пальм и цитрусовых до гигантских сосен, пихт и кипарисов. Но жилую зону чаще засаживали декоративными ярко цветущими растениями вроде сирени, каштанов, сакуры.

Внезапно Марта дернула спутника в сторону под тень нависающего над тротуаром дерева. Ивор сперва решил, что её внезапно охватил порыв страсти, как бывало, когда они оставались наедине. Он раскрыл было объятия, но Марта мягко отстранила его руку.

— Не так быстро, моряк, — сказала она. — Лучше обрати внимание на ту дальнюю скамейку.

Ивор перевел взгляд и всмотрелся в лунный сумрак. Серебристый свет скрадывал цвета, но лица без труда распознавались даже с полусотни шагов. На скамейке сидел бывший оператор мостика «Нибелунга» Бласко, что ушел с повышением на «Зефир». А перед боцманом, активно жестикулируя руками стоял незнакомый Ивору человек.

— Это вербовщик, — пояснила Марта. — Я узнала его по описанию.

Ориентировку на вербовщика составил Ларкин, опросив дюжину специалистов эскадры, которых неизвестные люди пытались перевербовать. Когда началась история с Маскарилем, а затем выборы, данная проблема отошла на второй план. Но, как оказалось, враге не дремал и понемногу продолжил свое подлое дело.