Чтение онлайн

Я доел последний кусок яичницы, отодвинул тарелку. Подошедшая разносчица ловко забрала посуду, бросив на меня быстрый любопытный взгляд. Видимо, молодой дворянин в компании капитана, наемников, монахини и подозрительно седой мечницы казался ей началом интересной истории.

И, что самое забавное, она была права.

— Значит, — сказал я, сцепив пальцы на столе, — какой у нас план? Монастырь находится в Серой зоне, как я понимаю.

Рес кивнул.

— В Серой. Но не самой глубокой.

— Обожаю такие уточнения, — сказал я. — «Не самая глубокая Серая зона» звучит примерно как «не самый голодный волк» или «не самый ядовитый гриб». Уже легче.

Брон хмыкнул.

Роджер, напротив, остался серьезным.

— Мертвяки там не самая большая проблема, господин Горд.

— Правда? — я с интересом посмотрел на него. — А я уже начал скучать.

— Неподалеку от монастыря гнездо рептидов, — сказал капитан.

За столом стало тише.

Даже трактирный шум будто немного отодвинулся.

— Рептиды, — повторил я. — Прелесть какая. И далеко это гнездо от монастыря?

— Достаточно близко, чтобы они могли выйти на запах крови, — ответил Рес. — Или на шум боя.

— А если мы будем вести себя тихо?

— Тогда они могут выйти просто потому, что захотят жрать, — мрачно добавил Брон.

Вот за что я люблю практичных людей — за отсутствие иллюзий. Иллюзии хороши в театре, спальне и дипломатии. В Серой зоне от них обычно быстро умирают.

— Артефакт, который нужен заказчику, должен быть в монастыре, — продолжил Рес. — Примерно знает, где он находится, госпожа Грета.

Все посмотрели на старую монахиню.

Грета сложила сухие пальцы на столе.

— В нижнем хранилище. Под главным храмом. Если проход не обвалился.

— А если обвалился? — спросил Мирко, каменщик.

— Тогда вы нам и понадобитесь, — ответила она.

Мирко мрачно кивнул, будто именно такого ответа и ждал. Мужчина он был широкий, с грубыми руками и короткой бородой. На вид — человек, которого камни слушаются: потому что принимают его за своего.

— Почему артефакт до сих пор там? — спросил я. — Если он ценен, его должны были вынести при эвакуации.

Грета задержала на мне взгляд.

— Эвакуации не было.

Очень короткий ответ. Очень неприятный.

— Понятно, — сказал я.

И действительно понял. Монастырь не покинули. Его потеряли. Быстро, грязно и, скорее всего, с большим количеством криков.

— Там могут быть бывшие монахи? — уточнил я.

— Мертвые? — спросила Хима.

Я едва не улыбнулся.

С моей точки зрения это не всегда окончательное состояние.

— Да, — ответила Грета. — Там могут быть мертвые братья и сестры.

— Что именно произошло? — спросил я.

Она помолчала.

— Сначала пропала связь с северным дозором. Потом в лесу начали находить обглоданные кости. Настоятель решил, что это зверье Серой зоны. Усилил караулы. Через два дня ночью ударили рептиды. Много. Слишком много. Они не просто напали — они будто знали, где слабые места стен. А когда ворвались внутрь, из старых склепов поднялись мертвые.

— Одновременно? — уточнил Роджер.

— Да.

— Значит, случайностью не пахнет, — сказал я.

— В Серой зоне вообще редко пахнет случайностью, — буркнул Лён.

Голос у огневика оказался хриплым, прокуренным. Сам он был худой, с рыжими волосами и красноватыми прожилками в глазах. Такие люди обычно либо много пьют, либо много жгут. Иногда совмещают.

— Поэтому из-за рептидов мы взяли столько рукопашников, — сказал Рес. — Брон, госпожа Хима, вы, господин Горд. Плюс Мирко, если дело дойдет до стен и завалов. Лён держит дистанцию и чистит проходы огнем. Роджер отвечает за порядок группы и связь с патрулями. Госпожа Грета ведет нас внутри монастыря.

— А вы? — спросил я у Реса.

— Я отвечаю за то, чтобы заказ был выполнен.

— То есть за деньги.

— В том числе.

— Самая приятная часть экспедиции, — одобрил я.

Рес усмехнулся, но глаза у него оставались внимательными.

— Есть еще одно. Артефакт нельзя повредить. Нельзя залить кислотой, сжечь, разбить, расколоть или использовать как приманку.

Я даже обиделся.

— Вы сейчас на кого смотрели?

— На всех, — быстро сказал Рес.

Брон кашлянул в кулак. Хима отвела взгляд. Роджер слишком уж внимательно стал изучать кружку.

— Что за артефакт? — спросил я. — Форма, размер, свойства?

Рес помедлил.

Грета ответила за него:

— Сердечник. Так его называли в монастыре. Каменный стержень длиной с предплечье, оплетенный металлом. Старый, очень старый. Его держали в нижнем хранилище, в отдельной нише.

— Еще вопросы есть? — спросил Рес, оглядев нас по очереди.

Я пожал плечами.

— Только один. Когда будет оплата?

Рес будто ждал именно этого вопроса. Даже уголок губ дернулся.

— После выполнения задания. Слово нашего нанимателя, барона Дресса, думаю, сомнению никто подвергать не станет.

— Ну как же, — кивнул я. — Конечно, буду доверять своему соседу.

Рес поморщился, но спорить не стал.

Зато подала голос Хима. До этого она сидела молча, положив ладони на стол рядом с кружкой, и будто вообще не участвовала в разговоре. Но это было обманчивое впечатление. Такие, как она, не молчат. Они слушают.

— И все же получается странно, — произнесла Хима. — Задание очень опасное. Мы идем к монастырю рядом с гнездом рептидов. И получим всего по пятьдесят золотых? Почему бы нам не договориться насчет трофеев? В монастыре должно быть что-то еще, кроме артефакта.

Рес перевел взгляд на Грету.

Старая монахиня пожала плечами.

— У нас много что было. Книги, утварь, святыни, инструменты целителей, запасы зелий. Если они сохранились.

— Хорошо, — после короткой паузы сказал Рес. — Все, что найдем, кроме артефакта заказчика, поделим на группу.

— Отлично, — одобрил я. — Вот теперь разговор начинает напоминать деловой.

— Ну всё, тогда пошли, — поднялся Роджер. — Чем раньше выйдем, тем дальше пройдем до темноты.

Мы разом встали из-за стола. Трактирщик, кажется, испытал смешанные чувства: с одной стороны, из его заведения уходила вооруженная толпа, от которой пахло неприятностями; с другой — эта толпа платила живыми деньгами. Судя по грустному вздоху, жадность победила страх с небольшим перевесом.