Чтение онлайн

С такой обработкой урожай будет просто отменный. Ну, или у нас взойдет рожь-нежить, которая по ночам будет кусать зазевавшихся ворон. Ха. Шутка.

— А что ты делаешь, да? — внезапно раздался над ухом голос.

Я вздрогнул и обернулся. Рядом стоял Тагор, с любопытством заглядывая мне через плечо.

— Матушку-землю изучаю, — спокойно ответил я, поднимаясь. — А ты что хотел?

— Я посмотрел запор и петли для ворот, да, — деловито сообщил парнишка. — Я могу помочь установить.

Я смерил его задумчивым взглядом. — А ты, я погляжу, хозяйственный парень.

Тагор гордо выпятил свою худую, мальчишескую грудь. — Мой отец был кузнецом на нашем стойбище, да. Я умею держать молот.

— Молот, значит, умеешь держать… — я усмехнулся. — Это я припомню. Ладно, пошли делать ворота.

Работа закипела. Сами створки старых ворот сохранились на удивление неплохо, нужно было лишь заменить сгнившие элементы, укрепить каркас и поставить новые железные петли и запорный брус. Мы с Тагором вооружились инструментами. Пацан действительно оказался толковым помощником: ловко подавал гвозди, держал тяжелые створки, пока я забивал скобы, и весьма сносно орудовал молотком, когда нужно было подогнать металл.

Когда ворота наконец-то заняли свое законное место на мощных столбах и перестали скрипеть при каждом движении, Тагор критически осмотрел нашу работу. — Надо покрасить, да, — изрек он.

Я озадаченно почесал в затылке. Доступной краски в этом средневековом мире я как-то не припомнил. Чем ее вообще тут заменяют?

— Слушай, — я вопросительно взглянул на парня. — А если мы их просто дегтем намажем? Я решил уточнить у сына кузнеца, насколько дикой является эта идея. Вдруг железо от этого сгниет еще быстрее.

Но Тагор уверенно кивнул:

— Да, можно. Если нет льняного масла, деготь хорошо защитит, да.

Идея была принята. Я мысленно кликнул парочку свободных мертвяков, и мы отправились к ближайшим березам за оградой. Процесс добычи дегтя занял у нас почти три часа возни с берестой, кострами и глиняными горшками, но результат того стоил.

Когда мы густо обмазали створки пахучей, черной субстанцией, ворота преобразились. Теперь они выглядели не просто крепкими, но и по-настоящему мрачными. Для фермы некроманта — более чем уместно.

Вскоре на ферму прибыли повозки с брусом и досками от барона Корфа. Пришлось спешно распихивать моих неживых батраков по сараям, пока наемные рабочие разгружали стройматериалы. Всё шло бы гладко, если бы не Пятачок. Боевой «плуг», согнанный от греха подальше в лес, вдруг не сдержался и издал из чащи радостно-утробный визг пополам с хрюканьем — видимо, снова углядел какого-то несчастного ежика.

Услышав этот жуткий потусторонний звук, рабочие нервно переглянулись, с озабоченностью покосились на темнеющий лес и удвоили усилия, забрасывая доски чуть ли не бегом. Управились они в рекордные сроки и умчались со двора, только пыль столбом встала.

Когда они уехали, я остался стоять посреди двора, задумчиво разглядывая гору отличного бруса. Я прикидывал, когда именно начну строить коровник и, главное, как приспособить к плотницкому делу мертвяков, чтобы они друг другу пальцы не поотрубали.

Но мои строительные размышления прервал сигнал некросканера. У самых ворот вспыхнули три яркие ауры. Всадники. Я мысленно отдал приказ батракам снова скрыться в сараях и сидеть тихо.

Тагор, тащивший в этот момент охапку сена, остановился и с усмешкой посмотрел на меня.

— Опять в прятки играем, да? — звонко поинтересовался пацан. Я лишь хмыкнул в ответ.

Между тем со стороны новеньких, свежесмазанных ворот раздался громкий, раздраженный ор. Кира, которая как раз копошилась неподалеку, проверяя посадки на грядках, удивленно выпрямилась и обернулась на этот шум.

Во двор въехали трое всадников. Одного я узнал сразу — капитан Роджер собственной персоной. А вот двое других были личностями явно неординарными. Судя по характерной потрепанности, шрамам и цепким взглядам, это были опытные авантюристы, или, как их еще называют, искатели сокровищ.

Один из них — здоровенный, раскачанный амбал в меховой жилетке прямо на голое тело — и был источником шума. По плотности его ауры я с первого взгляда определил сильного одаренного-физика. Здоровяк яростно матерился, брезгливо оттопырив перепачканную черным правую руку. — Вы каким дерьмом ворота намазали?! — заорал он, сверля меня бешеным взглядом.

— Дегтем, — невозмутимо отозвался я. — И вообще-то они были заперты.

Капитан Роджер, осадив коня, лишь усмехнулся:

— Просто там не было звонка, вот мы и решили войти. Надеюсь, вы не против, господин дворянин Артур.

Я перевел спокойный взгляд с амбала на капитана.

— Мы? — вопросительно изогнул бровь.

Роджер указал на своего третьего спутника, который ехал бок о бок с ним. Это был высокий, собранный мужчина в добротном зеленом камзоле. От него явственно веяло специфической природной энергией — некросканер безошибочно распознал в нем сильного мага-друида.

— Позвольте представить, — произнес Роджер. — Командир Рес. Глава нашей экспедиционной группы. А этот здоровяк… — капитан покосился на амбала, — Брон, тоже идёт с нами.

— Где я тут могу руку помыть?! — снова рявкнул здоровяк-физик, тряся липкими от дегтя пальцами.

Я молча кивнул в сторону: — Колодец там. Амбал с кряхтением спрыгнул с лошади и, тяжело топая, направился в указанную сторону.

Я же перевел взгляд на капитана и друида, сложил руки на груди и произнес:

— Как мило, что целых три члена нашей будущей экспедиции приехали лично со мной познакомиться.

Рес дружелюбно улыбнулся, показывая ровные белые зубы. — На самом деле, мы тут оказались проездом, — мягко произнес он, спрыгивая с коня. — Но вы правы, барон Дресс крайне заинтересован в том, чтобы вы присоединились к нашей скромной вылазке. Вы, каким-то неведомым образом, сумели оставить о себе весьма сильное впечатление у его сиятельства, господин дворянин Артур. Потому мы сочли за честь заехать лично…

Договорить он не успел. Со стороны колодца вдруг раздался сальный, гудящий голос Брона:

— Эй, дорогуша! А не составишь мне компанию вечерком? Тут водичка холодная, а ты такая горячая…

Я медленно перевел тяжелый взгляд на улыбающегося друида.

— Честь, говорите?

Улыбка сползла с лица Реса, и он пристыженно отвел глаза, кашлянув.

Я развернулся и молча пошел на голоса. У колодца разворачивалась классическая сцена: здоровенный Брон, отряхивая мокрые ручищи, с плотоядной ухмылкой надвигался на Киру. Девушка стояла, словно вросшая в землю, крепко сжимая в руках пустое ведро, и хмуро, исподлобья смотрела на амбала, не отступая ни на шаг. Но стоило ей увидеть меня, подходящего из-за спины наемника, как ее напряженные плечи тут же расслабились, а во взгляде появилось спокойствие.