Чтение онлайн

— Может быть, только на сегодня. Уверена, найти отель в Рождество будет сущим адом.

Я киваю, бросаю взгляд через плечо и выезжаю обратно на дорогу.

— Договорились. Оставайся на столько, на сколько захочешь.

15

?

Кейтлин

Я стою в душе слишком долго, снова и снова оттирая лицо и руки, намыливая волосы, пытаясь смыть воспоминания.

Единственное, что работает, — это мысли о том, как Морис без колебаний бросился защищать меня. Как он буквально подставлял свое тело, чтобы уберечь меня.

И не раз.

Я выключаю воду и выхожу из душа. Со скрипом проведя рукой по запотевшему зеркалу, я разглядываю бледное лицо женщины, которую вижу перед собой. Темные круги под голубыми глазами, высокие скулы, брови, требующие коррекции.

Ничего особенного.

Неужели это всего лишь связь пары? Фишка вервольфов? Или он видит во мне что-то, чего не вижу я сама?

Я только что открыла дверь ванной, обернувшись одним полотенцем и укутав волосы другим, когда прозвенел дверной звонок. Я замешкалась. Гостевая комната находится прямо рядом с гостиной. Это маленькая квартира. Морис уже идет открывать дверь. Если я сейчас выйду в коридор, кто бы там ни был, увидит меня.

Глупая мысль, на самом деле. Я больше не прячусь. Мне не от кого скрываться, но почти десятилетие бегства — это привычка, которую трудно сломать.

Отступая обратно в ванную, я прикрываю дверь, оставив лишь небольшую щель, и настороженно прислушиваюсь.

— Рис! Мы уже начали волноваться. Ты не отвечал на звонки несколько дней, — это женский голос с австралийским акцентом.

За ним следует низкий хриплый мужской голос.

— С Рождеством, брат. Нехорошо быть одному в это время года. Особенно не… ну… мы принесли пир к тебе.

Я располагаюсь так, чтобы видеть через щель в двери.

— София тоже уже в пути. Джарра и Мел хотели прийти, но у них семейные дела. О, Рис. Ты в порядке? Охота была тяжелой в этот раз?

Через щель в двери я вижу, как красивая брюнетка обнимает Мориса за шею и крепко прижимает к себе. Это меня бесит, пока она не отпускает его, и горгулья — обладатель низкого хриплого голоса — властно обнимает ее.

— Я знаю, ты возлагал надежды, что она твоя пара, но, может, ты ошибся?

Они говорят обо мне. Они беспокоятся о своем друге, потому что думают, что я разбила ему сердце. Черт. Что, если они правы?

— Э-э… — Морис все еще выглядит ошеломленным.

Что они вообще знают? Мысль поражает меня. Разве я не говорила ему то же самое только вчера? Только теперь все изменилось.

Больше нет никаких причин, почему бы мне не попробовать.

Я как раз раздумываю, когда выйти из ванной и как сделать вид, что я не стояла здесь все это время, подслушивая их разговор обо мне, когда из гостиной раздается гудок, сопровождаемый звуком Even Flow от Pearl Jam. Мой чертов телефон.

Кто мне звонит? Мне никто никогда не звонит.

— Не обращай на нас внимания, — пара проходит мимо Мориса на кухню. — Ты не собираешься отвечать?

— Это, эм… не мой, — Морис все еще стоит у двери.

Женщина повышает голос, чтобы перекричать мой рингтон.

— Тогда чей же это телефон?

Морис ничего не отвечает. Оттуда, где я подглядываю через дверь, мне не разобрать его выражение лица.

К черту все.

— Мой, — я широко распахиваю дверь и шагаю по коридору, игнорируя тот факт, что на мне лишь два полотенца и нет ни грамма макияжа. Я забираю телефон с журнального столика в гостиной, только чтобы нахмуриться при виде неизвестного номера на экране. Смахиваю, чтобы отклонить вызов, и выпрямляюсь.

Горгулья, брюнетка и Морис — все пялятся на меня с раскрытыми ртами.

Брюнетка смотрит то на меня, то на Мориса, то снова на меня.

— Рис, она… ты…

Он умоляюще смотрит на меня. Его губы беззвучно формируют слова:

— Прости.

Я смотрю прямо на симпатичную брюнетку.

— Да. И да.

К его чести, Морису удается придать лицу выражение, отличное от чистого изумления, которое он мне сначала продемонстрировал, к тому времени как его друзья снова смотрят на него.

Резко кивнув головой, чтобы показать, что он должен последовать за мной в гостевую спальню, я направляюсь в ту сторону.

— О, черт, — говорит женщина-человек, — Мы помешали?

Морис кашляет.

— Нет. То есть, оставайтесь. Просто… дайте нам минутку.

Он следует за мной. Я закрываю дверь, немедленно сбрасываю полотенца и натягиваю через голову свое эластичное черное платье. Затем поворачиваюсь к нему лицом.

Морис все еще стоит у двери, выглядит так, будто в любой момент может заблокировать мне выход.

— Ты правда? Тебе не обязательно. Тебе не нужно ничего делать.

— Знаю. Я хочу. Прости, что не сказала раньше. Просто мне потребовалось время. Со всем этим.

Он пересекает комнату двумя длинными шагами и заключает меня в объятия, приподнимая меня над полом, пока я отбиваюсь и протестую.

— Эй!

Он снова ставит меня на ноги.

— Прости. Спасибо. Ты не пожалеешь. Обещаю. Я позабочусь об этом.

Я останавливаю его, положив руку ему на плечо.

— Эй. Я просто надеюсь, что ты не пожалеешь. Я не самая простая в общении личность. Я привыкла быть одна.

— Знаю, — он ухмыляется своей широкой волчьей ухмылкой, и я не могу сдержать смеха.

— Придурок.

— Видишь, — он кладет руку на грудь, словно его ранили. — Такая злая. Но я открою тебе маленький секрет. Мне это нравится.

Прежде чем я успеваю его остановить, он стремительно заключает меня в очередные объятия, и это приятно. Он хорошо пахнет. Его сильные, длинные руки, обнимающие меня, ощущаются правильно.

Мой телефон снова начинает звонить. Я делаю отмахивающий жест.

— Иди поговори с друзьями. Я выйду через минуту.

Морис выходит из комнаты, закрывая за собой дверь.

Я отвечаю на звонок.

— Алло?

— Кейтлин? — голос женский. Кажется знакомым, но я не могу сообразить, чей он.

— Да?

— О, это Джози. Не знаю, помнишь ли ты меня. Я звоню, потому что мы почувствовали, что кто-то открыл гримуар твоей матери. Весь клан объединился, чтобы наложить запечатывающее заклятье, и мы это почувствовали. Мы просто надеялись, что это была ты.