Чтение онлайн

Я могла бы сказать ему: «Пойдём в спальню», и он бы пошёл. Он бы уложил меня на кровать и, судя по тому, как он целуется, подарил бы мне лучший секс в жизни.

А я, вероятно, оказалась бы для него худшей.

Как будто переспал со снежной королевой.

Пальцы подёргиваются от этой мысли, и я отстраняюсь от его губ, осыпая его подбородок медленными, успокаивающими поцелуями, позволяя губам задержаться у него на шее. В груди у него глухо вибрирует довольный звук, но он понимает намёк и немного ослабляет хватку. Я скольжу вниз, ставлю ноги на пол, встречаясь взглядом с его тёмными глазами, румяным лицом и голодным выражением.

Я кладу ладони ему на грудь, создавая между нами пару важных сантиметров.

— Это, наверное, не лучшая идея.

Он делает недовольное лицо, сдвигая брови и криво улыбаясь, явно не соглашаясь.

— Я... — опускаю взгляд на его грудь. — Мы... не...

— Что? Мы не что? — Его голос хриплый, глубокий.

— Я не... — Я тру нос, игнорируя тело, которое отчаянно хочет его, которое шепчет, что даже если я буду плоха в этом, ему всё равно. Он ведь сможет научить меня наслаждению, о котором я только читала.

Но что, если ему будет не всё равно?

Старая тревога сжимает сердце ледяной рукой, натягивая нервы до предела.

— Я не готова, — наконец говорю я. — Я ещё не готова.

Он наклоняет голову, словно пытаясь заглянуть за мою маску спокойствия.

— Мне... мне извиниться?

Я хмурюсь.

— Ты ничего плохого не сделал.

— Тогда почему ты выглядишь так, будто вот-вот сбежишь?

— Я... я не собираюсь. — Я тянусь к нему, но снова опускаю руки. — Это было... неожиданно.

Он наклоняет голову набок, его тёмный взгляд скользит по моему телу в пижаме, потом он берёт меня за запястье и мягко тянет на себя.

— Правда?

Я вспоминаю последние месяцы, все эти придуманные мной поцелуи. Смотря в его тёмные глаза, околдованная, шепчу:

— Не совсем.

Его рука скользит от запястья вверх по руке, пока костяшки пальцев не касаются моего подбородка, и легким движением он заставляет мою кожу дрожать от удовольствия. Он приподнимает мой подбородок.

— Не совсем. И я бы хотел сделать это ещё раз.

Я киваю, и его мягкие губы снова накрывают мои, медленно, мучительно. Он пахнет коричной жвачкой, которую всегда жует, и лёгким оттенком чёрного кофе — опьяняющая смесь, заставляющая меня искать большего.

Я снова встаю на цыпочки, чтобы быть ближе. Внутри меня разгорается пожар, расплавляя кровь в жидкое золото, горячее и ослепительное. Наши тела сами находят ритм, мои руки в его мягких волосах, его ладони широко раскинуты по моей спине.

Я отрываюсь от его губ, чтобы прикусить его челюсть и шею, и он сжимает мышцы на моей спине, потом опускает руки ниже. Его пальцы скользят под пояс моих шорт. На вкус его кожа солёная, тёплая, настоящая. Я нахожу его пульс и прикусываю, пока он шепчет мне в ухо слова одобрения.

Глухой рык звучит у него в груди, и он снова накрывает мои губы своими, на этот раз требовательнее, руки скользят по моему телу, осторожно обходя самые интимные места, но при этом не торопясь.

Он как будто оставляет свой след. Я чувствую это в его прикосновениях — без давления, но и без сомнений. Это разжигает все мои желания. Он захватывает меня, как пират на просторах океана, гонящийся за горизонтом.

Мы извиваемся, переплетённые, жаждущие, словно над нами сгущается шторм.

Моя кожа горит.

Я хочу его.

Я нуждаюсь в нём.

Мне нужно освобождение.

Его губы снова на моих. Моя нога обвивает его бедро. Его рука погружается в мои волосы. Моя ладонь опускается к поясу его скрабов, пальцы цепляются за резинку.

Он, тяжело дыша, опускает лоб мне на плечо.

— Мне нужно остановиться.

Нет, не останавливайся.

Сердце с силой бьётся о рёбра, я пытаюсь отдышаться. Неужели в этой комнате нет кислорода?

Он прижимает нос к моей шее.

— Если только ты не хочешь большего.

Лёд внутри меня.

Это как ведро холодной воды на моё пылающее тело. Этот страх не должен был быть здесь, но он снова нашёл меня, терзая мои неуверенности.

— Я...

— Ты не готова.

— Пока нет.

Лёгкое прикосновение его губ под ухом вновь будоражит мою нервную систему, мурашки бегут по коже.

— Я умею ждать, — шепчет он.

Я убираю пальцы с его пояса.

— Но не думай, что я не буду за тобой гоняться.

Отступая, я встречаю его взгляд, в котором пылает желание.

— Правда?

Его знаменитая полуулыбка оживает, и он смотрит на мои губы;

— Брось мне вызов и я приму его. — Его рука осторожно вынимает пальцы из моих волос, отводит их назад, чтобы рассмотреть мою шею. Большим пальцем он проводит по коже: — Ой.

Я поворачиваюсь к зеркалу на стене и вижу тёмное пятно на коже там, где были его губы. Прикрываю его рукой и снова смотрю на него, на его довольное лицо и удивлённые глаза.

Он оставил на мне метку. Как настоящий захватчик.

Моё.

Поднять флаг.

— Спасибо за моральную поддержку. — Он касается моих губ лёгким поцелуем и отступает. — Мне пора принять холодный душ.

Декабрь, Год 2

История с плацентой, пролежавшей внутри пациентки четыре дня, мгновенно становится легендой ординатуры. Позже на учебных занятиях Джулиан рассказывает этот случай, уже загнав свою боль куда-то глубоко внутрь. Но наедине он всё ещё не может прийти в себя.

Примерно через неделю после той ночи мы собираемся у меня дома, чтобы вместе готовиться к занятиям. С каждой минутой мы всё ближе придвигаемся друг к другу на диване.

Через час он сдаётся, притягивает меня на колени и целует в висок.

— Тебе уже легче после того случая? — Я кладу ладонь ему на грудь, прикусываю губу и внимательно вглядываюсь в его лицо, пытаясь разглядеть ту боль, которая, я знаю, всё ещё там.

Он пожимает плечами.

— Думаю, мне никогда не станет легче. Но когда-нибудь я справлюсь. — Его губы опускаются к моей шее, и у меня перехватывает дыхание. По телу разливается тепло, как свет и блеск, но он отстраняется и смотрит мне в глаза. В его взгляде всё написано — желание, открытое и голодное. Я быстро целую его в губы и соскальзываю с его колен.