Чтение онлайн

— Я думала о тебе весь день, — шепчет она мне в губы.

— Да? — Мы находим общий ритм. — И о чём ты думала?

— О вот этом.

Я смотрю на её лицо.

— Грейс, ты... уже почти?

— Я была почти там ещё до того, как ты меня коснулся, Джулиан.

Внутри меня вспыхивает пожар. Она уже была на грани только от мыслей обо мне.

Едва заметное давление — и она почти там. Я бы разорвал эту ткань между нами, если бы это помогло ускорить её разрядку. Её выражение лица бесценно. Я хочу запомнить это навсегда. Доказательство того, что она хочет этого. Хочет меня.

Я ускоряюсь, и она глушит сдавленный вскрик, потом шёпотом произносит моё имя.

Мои губы снова находят её в жарком, сбивчивом поцелуе.

И тут за спиной раздаётся лязг двери и чей-то шокированный голос.

— Грейс... О боже!

Мы оба замираем и оборачиваемся к Алеше, которая судорожно ищет, куда бы посмотреть, чтобы не смотреть на нас. Её розовые волосы растрёпаны вокруг лица.

— О боже. — Она быстро прикрывает дверь, но сквозь неё всё равно доносится её приглушённый голос: — Перестань трахать мою подругу на работе, извращенцы.

Грейс мгновенно каменеет подо мной. Её расширенные глаза смотрят на меня.

— Чёрт. Мы же на работе! Что мы делаем?!

Нет, только не паникуй.

Я касаюсь её всё ещё горячей щеки.

— Эм... Кажется, ты почти получила удовольствие.

Она хлопает меня по плечу, но натянутое напряжение исчезает из её тела.

— Ничего подобного!

— Мне кажется, было.

За дверью Алеша прочищает горло.

— Я всё ещё вас слышу.

Я скатываюсь с Грейс и морщусь от невыносимого давления внизу живота. Чёрт побери.

— Проваливай, Алеша.

Рука Грейс неуверенно касается моего плеча.

— Прости. Тебе помочь...?

Я скручиваюсь на боку.

— Мне просто нужно минутку полежать.

— Можно уже войти? — зовёт Алеша.

Грейс встаёт, пошатываясь на дрожащих ногах, и приоткрывает дверь. Алеша просачивается внутрь.

Я сверлю её взглядом.

Заноза.

Она сверлит меня в ответ.

— Я ожидала от тебя большего.

— Почему? Я всегда так прекрасно держал себя в руках рядом с ней?

Она закатывает глаза и поворачивается к Грейс.

— Ты вообще думала головой? А если бы это был Чен?

Грейс смотрит в пол, ёрзает на месте.

— О... эм... я...

Когда напряжение, наконец, спадает, я сажусь.

— Не учи её. Это не твоё дело.

— Нет, ты прав. — Плечи Алеши опускаются, голос смягчается. — Но слухов вокруг вас и так хватает.

Я сдерживаю желание зарычать. Только не про слухи сейчас! Грейс и так на грани. Зачем напоминать ей о том, что её и без того гложет?

Я беру Грейс за локти. Она смотрит на меня, прикусывая губу.

— Ты ничего плохого не сделала.

Она кивает и натянуто улыбается.

Алеша хмурится, глядя на Грейс, потом говорит твёрдо.

— Тебе нечего стыдиться. Просто... может, стоит делать такое дома, а не здесь?

Маленькая улыбка Грейс немного распускает узел в моей груди. Она сузила глаза.

— А тебя что-то удивляет?

Алеша громко смеётся.

— Грейс, я знала, что это случится ещё на нашей первой «групповой терапии». Это же не в первый раз, правда?

Грейс заливается краской.

Алеша усаживается на крутящийся стул.

— Так и думала. Теперь поешьте нормально, и давайте сделаем вид, что я ничего не видела.

Грейс бросает на меня нерешительный взгляд.

— Эм...

— Один вопрос. — Алеша поднимает палец. — Вы встречаетесь или просто... ну вы поняли... — Она складывает из пальцев круг и начинает водить в него другим пальцем.

У Грейс отвисает челюсть.

— Фу! Алеша!

Та лишь невинно поднимает брови.

Грейс заикается.

Её смущение — невыносимо милое, и я с трудом сдерживаю смех, но хмурюсь на Алешу.

— Не то чтобы это твоё дело, но мы не спим друг с другом.

Грейс хлопает меня по руке.

— Джулиан!

Я морщусь и потираю плечо.

— Что? Не спим же. Но встречаться могли бы. — Я дарю ей ту самую улыбку, от которой она всегда теряется. — Сегодня вечером?

Её щёки загораются ещё ярче.

— Правда? Сегодня?

Я поднимаю бровь.

— Если только твой второй парень не занят.

Её улыбка заразительна, она качает головой.

— Нет, он занят. Я свободна.

Я снова тону в её взгляде, не в силах оторваться.

— Отлично. Значит, свидание.

— Оооо! — Алеша вскакивает. — Вы такие милые!

Декабрь, Год 2

Встречаться с Джулианом куда приятнее, чем постоянно с ним спорить, хотя споров меньше не стало. Его язык любви — это победы в наших шуточных перепалках. Улыбка удовлетворения на его лице каждый раз, когда я сдаюсь, — чистейший допамин, и я уже почти на этой игле.

Я падаю и одновременно парю. Лечу высоко в небе и тону в океане хаотичного жара. Где-то между нами с Джулианом кто-то прокладывает шовный материал, стягивающий моё сердце с его — вертикальные швы из вечного шёлка, затягивающиеся всё крепче.

Я не хотела снова так чувствовать. Но вот я здесь.

Влюблена.

А верю ли я вообще в любовь?

Есть ли разница между «любить» и «быть влюблённой»?

Он выкраивает свидания в маленьких окошках наших забитых графиков — рестораны, парки, рождественские световые шоу. Я пытаюсь заставить его заниматься, но почти всегда оказываюсь под ним на одном из наших диванов, внутренне споря с собой, готова ли я позволить ему снять с меня всю одежду и сделать всё, что он хочет.

Я не готова.

И, наверное, никогда не буду.

Наверное, я сломана.

На Рождество нас разделяют почти пять тысяч километров: я лечу к семье, он — к своей. Но переписка с ним и Тори не прекращается ни на минуту.

Последнее фото — Джулиан в баре у пляжа, показывает большим пальцем на вывеску позади него: «А я и мой дом будем подавать маргариту. Солёная 24:7». И подпись: «Нашёл это место. Подумал о тебе».

— Что там за улыбки, ангелочек? — спрашивает мама.

— Джулиан. Он такой милый.