Чтение онлайн

МЕРЛ: Все, Дэрилина, если у тебя какие-никакие яйца отросли, можешь с ними попрощаться! Шериф их тебе садовыми ножницами срежет, в банке замаринует и Губеру подарит, чтоб тот по вечерам на них как в телек пялился!

Шейн начинает жевать свои щеки изнутри в попытках не засмеяться.

ТАРА: Ой, Мерл, расскажи нам что-нибудь еще про Дэрила.

ГУБЕРНАТОР: Да, это было бы невероятно забавно и интересно.

МЕРЛ: (почесывая подбородок) Чего б такого рассказать... Короче, застала наша мамка его как-то раз с рукой в штанах!..

ДЭРИЛ: ХОРОШ!!!

МЕРЛ: Так она и рявкнула!

ШЕЙН: Я скучаю по дому.

МИШОНН: Мерл, продолжай, умоляю.

МЕРЛ: Дэрилина мелкий был, смотрит своими глазенками, понять не может, хрен ли происходит-то, и говорит...

Дэрил бросается на Мерла и они устраивают потасовку среди гостиной, причем Мерлу приходится довольно туго: он вынужден беречь “сломанную” руку, а обороняться только правой рукой ему довольно затруднительно. Тара пытается заглушить звуки драки, рассказывая одну не смешную шутку за другой, но Шейн уперся рогом и ни в какую не хочет радоваться. Внезапно Мишонн приходит в голову идея. Она бежит в спальню и приносит оттуда “Полароид”.

МИШОНН: Дэрил, Мерл, заканчивайте. Давайте-ка все сфотографируемся. Скоро кого-то выселят, будет нам фотография на память.

Ставит фотоаппарат на комод. Остальные рассаживаются на диване.

МИШОНН: Все улыбаемся!

ТАРА: Шейн не улыбается. Шейн, улыбнись! Даже Филип улыбается.

ШЕЙН: Чего пристали? Дэрил вон тоже как на похоронах.

ТАРА: (зверски) Дэрил, улыбнись немедленно. Это же для фото.

ДЭРИЛ: (улыбается краешком рта)

МИШОНН: Шейн, давай. Я включаю автотаймер.

Жмет на кнопку и бежит на диван.

МИШОНН: Шейн!

ШЕЙН: Погодите, я сейчас чихну...

Фотоаппарат щелкает и выплевывает карточку. Когда она проявляется, все видят на фото шесть улыбок и одного чихающего Шейна с перекошенным лицом.

ГУБЕРНАТОР: Нужно еще раз.

МИШОНН: (убито) Там кончилась кассета. Это был последний кадр.

Время, выделенное Большим Братом, подходит к концу, и Тара, Мишонн, Губернатор и Дэрил возвращаются в комнату-дневник, прихватив с собой Шейна.

ТАРА: Мы завалили, БэБэ... Дай нам еще один шанс.

БОЛЬШОЙ БРАТ: Все в порядке, вы прошли.

Шейн довольно ухмыляется.

БОЛЬШОЙ БРАТ: Это было задание не для вас, а для Шейна – он должен был противостоять вашим попыткам его развеселить.

ТАРА: Что... Ты все знал?! Боже!

ШЕЙН: Но твои шутки все равно помоечные, тут как бы мое задание и ни при чем.

ГУБЕРНАТОР: Полагаю, теперь я могу сказать, что звонок от Лори был частью задания.

ШЕЙН: Чел, да мне насрать, просто нормальные мужики так не поступают!

БОЛЬШОЙ БРАТ: Ваша следующая цель – Гарет. Обещаю, что на этот раз без подвоха. Он не в курсе. В ближайший час вам нужно сделать так, чтобы он дотронулся до каждого из вас пятерых.

ТАРА: Елки! Ладно Шейн и Мишонн, но Гарет НИКОГДА ни до кого не дотрагивается. Если только мы все переоденемся в Бет, а его напоим...

ГУБЕРНАТОР: Сразу нет.

МИШОНН: Погодите, в чем сложность? Выходим отсюда, нападаем на него и трогаем.

БОЛЬШОЙ БРАТ: Нет, это должен сделать он, а не вы. Нельзя хватать его или случайно сталкиваться с ним. Гарет все должен сделать сам. И, как всегда, если он догадается, что происходит, задание будет провалено.

Участники держат совет.

ДЭРИЛ: Надо, короче, чтобы мы все притворились мертвыми, а он бы нас реанимировал.

ШЕЙН: Ты что, глиста не знаешь? Он просто сядет рядышком и будет ждать, пока за нами приедет труповозка.

ТАРА: А волосы или одежда считаются?

БОЛЬШОЙ БРАТ: Нет.

ТАРА: Блин...

ШЕЙН: О, у меня идея. В кои-то веки мы наебем Большого Брата.

БОЛЬШОЙ БРАТ: Эй.

ШЕЙН: Не волнуйся, БэБэ, нарушать не будем. Слушайте, короче...

Скоро участники собираются на обед. Шейн один не ест: он мрачно вертит вилку в пальцах и посматривает на Гарета.

ГАРЕТ: (подняв глаза от тарелки) Что-то не так?

ШЕЙН: Ага, тощий. Не так. Кое-кто за этим столом вчера слабо мне просрал.

ГАРЕТ: Ну, не тебе, а Мишонн. И не просрал, а просто был не заинтересован.

ШЕЙН: А ты и доволен собой. Ссыкун. Ссыкунишка.

ГАРЕТ: Так, Шейн, еще раз: я не зассал. Я хотел спать. Мне было некогда.

ШЕЙН: Ссыкунчик.

Гарет раздражается все сильнее.

ГАРЕТ: Я бы доказал тебе, что не зассал, если бы хотел. Но я не хочу. Так что придется поверить на слово.

ШЕЙН: Ага. Только “слабо” так не работает. Поэтому – зассал. Навеки. Пожизненно. Ссыкло.

ГАРЕТ: Ты... это все... это глупо. Окей? Это глупо, и я это больше не обсуждаю.

ШЕЙН: Как скажешь, трусишка.

Гарет устало смотрит на Шейна.

ГАРЕТ: Хорошо, как я мог бы снять с себя это чудесное звание?

ШЕЙН: Ты знаешь, как.

ГАРЕТ: Нет.

ШЕЙН: Да.

ГАРЕТ: Нет.

ШЕЙН: Да!

МИШОНН: (вздохнув) Шейн, ты достал. Дай поесть нормально.

ШЕЙН: Ты хранительница “слабо”, и ты его не бережешь!

МИШОНН: Он НИКОГДА не будет говорить про Бет на детекторе лжи. А ты, по-видимому, никогда не заткнешься.

ШЕЙН: Истинно так.

МИШОНН: (трет лоб) А если я снова его возьму на слабо?

ШЕЙН: Хммм...

Делает вид, что думает.

ШЕЙН: Ладно. Тогда звание снимается. Если не зассыт, конечно.

ГАРЕТ: Мишонн, ты сегодня прямо чересчур добра ко мне.

МИШОНН: Я делаю это не для тебя. И ты знаешь правила “слабо” – нужно страдать. Поэтому... Гарет, слабо тебе обнять каждого, кто сидит за этим столом?

Гарет моментально киснет.

ШЕЙН: Ахахахаха.

ГАРЕТ: Так, хорошо. Мне не слабо.

МЕРЛ: Але, бля, а мне как раз слабо! Че-то я не горю желанием с дрыщом-то тискаться.

ГУБЕРНАТОР: Как будто я горю.

МЕРЛ: Не-не-не-не, эти холодные потные ручонки до меня не дотронутся. Изыди, тощий!

ШЕЙН: Не паникуй, Мерл, он все равно зассыт.

ТАРА: Давай, Гарет, твоя суперброня от этого не разобьется!

Гарет дожидается конца обеда и, когда все встают из-за стола, подходит к Таре и внезапно заключает ее в объятия.