Чтение онлайн

МЕРЛ: На лысом, может, проверим?

ДЭРИЛ: Ага, а потом опять смотреть дурацкие наказательные фильмы от БэБэ. Дурацкие и ни разу не интересные. Я даже и не запомнил, что вчера было.

Разобидевшись, Шейн незаметно набирает в пакет кошачьего корма, а в бутылку – воды, и отправляется к домику у озера. Когда он открывает дверь, Дрюня смотрит на него из-под оставленного в домике одеяла и мяукает.

ШЕЙН: Я не виноват, что твой хозяин долбоеб!

Насыпает кошке корма и, пока она ест, пытается чесать ее за ухом, но Дрюня отзывается шипением.

ШЕЙН: Вот так он и Андреа проебет – и не заметит. Ладно. Посиди пока тут. Должна же в этом кретине совесть быть.

Но, когда Шейн уходит, с другой стороны из леса к озеру выходит Дэрил. Он садится на берегу и забрасывает удочку, а потом слышит мяуканье из домика.

Дэрил открывает дверь, и Дрюня, подергивая лапами, выходит наружу.

ДЭРИЛ: Ну и чего ты сюда залезла?

Прячет кошку за пазуху и несет домой.

Дэрил выпускает ее в гостиной, где сидит один только Мерл, и Дрюня немедленно лезет под диван.

ДЭРИЛ: Кошка твоя в лесу зависала.

МЕРЛ: Ох, Дрюня, если тебя там какой барсук оплодотворил, я второй раз с мелкими возиться не буду. (сосредоточенно высчитывает что-то в тетрадке) Слышь, сестренка, иди спроси у лысого, сколько кило мяса он уже заточил.

Дэрил заглядывает в спальню.

ДЭРИЛ: Там Мерл спраш.... БЛЯ!

Шейн стоит перед зеркалом в одних плавках.

ДЭРИЛ: (прикрывая глаза ладонью) Я через минуту зайду.

Выходит из спальни, честно стоит за дверью ровно минуту, а потом заходит обратно.

ДЭРИЛ: Мерл спрашивает... ДА ЕБ ТВОЮ МАТЬ!

ШЕЙН: В чем дело-то?

ДЭРИЛ: Че ты не оделся?!

ШЕЙН: Потому что ты как раз очень удачно. Мне надо, чтоб ты на меня посмотрел!

ДЭРИЛ: ...

ШЕЙН: Серьезно, давай.

ДЭРИЛ: Шейн...

ШЕЙН: Я клеща в лесу словил, на плечо. Вытащил, но теперь мне кажется, что они повсюду.

ДЭРИЛ: У тебя нет клещей.

ШЕЙН: Ты не посмотрел!

ДЭРИЛ: Нет.

ШЕЙН: Ну хоть ощупай. Не глядя.

Дэрил молча возвращается в гостиную.

МЕРЛ: Ну че?

ДЭРИЛ: Сука, ненавижу этот дом.

БОЛЬШОЙ БРАТ: По шкале от одного до десяти, насколько сильно ты его ненавидишь?

Дэрил оглядывается по сторонам.

ДЭРИЛ: Девять?

МЕРЛ: Ишь ты! А балл-то куда ушел? На воспоминания о скрипящем автобусе?

БОЛЬШОЙ БРАТ: Мерл, а ты?

МЕРЛ: Крыша над головой есть, воду дают – на три балла покатит, БэБэха.

БОЛЬШОЙ БРАТ: То есть, вы легко готовы расстаться с тем, что у вас тут есть?

МЕРЛ: (орет как ненормальный) ЛЫСЫЙ, ДУЙ СЮДА!!! Нас опять в лес выселяют!

ШЕЙН: (выбегает из спальни) Какого хера?!

БОЛЬШОЙ БРАТ: Никуда я вас не выселяю. Шейн, оденься, ради бога. Просто мы сегодня проводим благотворительный аукцион Большого Брата. Распродаем некоторые вещи, из декораций, например, а выручку отдаем...

ШЕЙН: ...на благотворительность?

БОЛЬШОЙ БРАТ: Почти. На покрытие наших ужасных расходов. Можем продать что-нибудь, с чем вы захотите попрощаться. А деньги в качестве бонусного приза получат проигравшие участники.

ШЕЙН: Я как бы проигрывать не собираюсь, но в прошлый раз проигравшим по тачке выдали. А в этот раз что – жалкие десять центов за ушную серу Диксона?! Потому что мы нищие!

БОЛЬШОЙ БРАТ: Аукцион уже начался. Если захотите, предлагайте ваши лоты.

Мерл достает из кладовки сломанную гитару.

МЕРЛ: Покатит? Гитара короля, епта. Жизнь повидала.

Большой Брат включает телевизор. На нем в прямом эфире видны ставки, которые делают люди в интернете на аукционе. Цифра ноль сменяется на цифру пять.

МЕРЛ: Пять баксов! ДА!

Число внезапно меняется на 7.

МЕРЛ: ...О!

Числа начинают скакать как бешеные: каждую секунду прибавляется несколько долларов, пока конечная ставка не замирает на трехсот тридцати долларах.

МЕРЛ: Охренеть. Три сотни за этот покореженный говна кусок. Несите все, что у вас есть!!!

Шейн сломя голову бежит в спальню и приносит оттуда ворох деревянных фигурок, которые он вырезал на досуге.

ШЕЙН: БэБэ, напиши там, что это ручная работа. И что я их делал. Долго.

Вся коллекция фигурок уходит за четыреста долларов.

ШЕЙН: Не знаю, радоваться или нет. Это много или мало за такое? Может, я продешевил?

МЕРЛ: Я б и гнутой пуговицы за твоих страшилищ не дал – радуйся! Теперь у тебя есть семьсот тридцать баксов, чтоб не с голой жопой к своей телочке вернуться.

Ни Мерл, ни Шейн не хотят показывать, что их волнует подстраховка на случай проигрыша, и дальше усиленно игнорируют аукцион. А Дэрил, почесав в затылке, приносит и кладет на журнальный столик свой самодельный лук.

ШЕЙН: Дэрил, ты опух? Ты ж его как ребенка любил.

ДЭРИЛ: Ну, жратвы нам до выселения точно хватит. А если чего случится, новый сделаю.

МЕРЛ: И кто захочет купить этот гнутый кусок го... ...ого-го!

Лук уходит за минуту – кто-то купил его, заплатив триста долларов. Тут уже во всех просыпается азарт. Мужики бегают по дому, переворачивая его вверх дном.

МЕРЛ: Во. Зырьте, че нашел! Это ж губеровская нашлепка на глаз его поганый.

ШЕЙН: Хрен знает, а чужое можно продавать?

МЕРЛ: Если он ее тут проебал – значит, не сильно и скучает по ней. Ну-ка, БэБэ, запускай.

Повязка Губернатора внезапно уходит за пятьсот долларов.

Мерл, Шейн и Дэрил смотрят в телевизор с отвисшими челюстями.

ДЭРИЛ: Че за...

МЕРЛ: Нашелся фанат у нашей оглобли. Радоваться надо. ИЩИТЕ ГУБЕРОВСКОЕ!

Спустя пару минут Шейн приносит в гостиную трусы, которые несет на палке перед собой.

ШЕЙН: Это не Губера, не?

Мерл просто молча смотрит на Шейна самым убийственным из своих взглядов.

ШЕЙН: Че? Ну вдруг ты знаешь.

МЕРЛ: Я и свои-то труселя не факт, что узнаю! Стряхни сюда... Так, БэБэ, объявляй: трусы кого-то... может, Губера... Может, шериф в них рассекал... Короче, самое то для фетишистов!

Очень долго на экране телевизора горит ноль.

МЕРЛ: Охрененные трусы же, че вы. Прикиньте, если мои?!

ШЕЙН: Это антиреклама, ты только хуже делаешь, дебил.