Чтение онлайн

Я просто коп, еще раз сказал он себе. Эти вопросы слишком сложны для меня. Я всего лишь обычный чертов коп...

Но теперь он знал, что такие мысли - это всего лишь отрицание. Он может уклоняться от серьезных вопросов, но лишь какое-то время, потому что, рано или поздно, эти серьезные вопросы настигнут его. Что бы там ни было, отрицать этого нельзя. Однажды - уже скоро - Сэму предстоит столкнуться лицом к лицу с суровой правдой его существования. Дьявол во Тьме был настоящим. Он был так же реален, как "Кортина", в которой сейчас сидит Сэм, так же реален, как Энни, Крис, Рэй или любой из них. И теперь этот дьявол близко. Очень близко.

– Почему ты не можешь просто вести себя по-нормальному?
– продолжал Джин.
– Всегда одно и то же - несешь всякий бред, ведешь себя, как психопат, придумываешь такую чушь, на которую нормальные парни не способны. А потом приходишь и кидаешься на всех, как гомик, у которого свербит в заднице, и заставляешь меня выглядеть полным придурком. Зачем? Ради бога, зачем?

Сэм вздохнул. Глубоко внутри он желал, чтобы все было просто. Ему нужна была Энни, 1973 год, его работа в Отделе уголовного розыска. Со всеми их недостатками, со всеми проблемами, которые они приносили ему, это было именно то, что ему нужно. Это было простым. Это было хорошим. Это было его жизнью.

Но вместо этого все становилось до невозможности сложным. Где он? Кто он? И чем, черт возьми, все это закончится? Проходит ли время? Меняются ли здесь годы? Превратится ли 1973 год в 1974 и дальше, в следующие года? Или снова начнется все тот же год? Может, он застрял в вечном 1973, в бесконечном цикле, идущем и идущем по кругу? А что, если с ним здесь что-нибудь случится? Что если его убьют при исполнении служебных обязанностей, или "Кортина" прямо сейчас слетит с дороги и загорится? Что станет с ним? Он просто прекратит существовать? Его перебросит в какое-нибудь другое место, так же, как перебросило сюда? Какие ставки для него здесь разыгрываются? Сможет ли он в самом деле спасти Энни, арестовав МакКлинтока? А если не сможет - насколько все может стать плохо? Какова цена неудачных попыток защитить Энни от дьявола, который пришел за ней?

– Я всего лишь коп, - произнес он слабым голосом.

– Ты - что, Тайлер?

– Я всего лишь обычный коп. Все это для меня чересчур.

– Ясно, - кивнул себе Джин.
– Значит, вот так? Ты сходишь с ума, Сэмми. У тебя один из этих приступов, сечешь? Как у Дуги Девона из подразделения "Д". Помнишь, когда он пришел в платье для беременных и с пастью, обмазанной губной помадой, как у Дэнни Ля Ру?

Сэм почувствовал, как сердце у него в груди тревожно забилось. Его охватила ужасная, не имеющая названий паника. Удушающее чувство клаустрофобии - не физическое, более глубинное, будто сама Судьба заковала его, и он не может вырваться.

– Хотя, у Дуги было оправдание, - продолжал трепаться Джин.
– У него были проблемы. Я видел его женушку, я знаю, с кем ему приходилось уживаться дома. С натуральным слонопотамом, говорю тебе. Но у тебя-то, Тайлер, какие причины для недовольства? Одинокий парень, свой угол имеется, вдобавок есть и теплое местечко под боком у одной девицы, здоровье имеется - поверь уж, это само по себе многого стоит - и к тому же у тебя есть дядя Джини, который за тобою присмотрит. Что тебя не устраивает-то?

Сэм чувствовал, как по его лицу и шее бегут струйки пота.

– Ты должен быть счастлив до безобразия, а не нести всякое дерьмо и не изображать чокнутого.

Внутри "Кортины" было тесно, как в гробу. Небо над ним было твердым и тяжелым, как свинец.

– Мне нехорошо, - пробормотал Сэм.

– Тебе никогда и не было хорошо, Тайлер, с той самой минуты, как ты прискакал ко мне в отдел.

Сэм обхватил голову руками.
– Мне в самом деле нехорошо. Мне нужно... немного воздуха...

– Тебя же ведь не тошнит, правда?

– Я... Мне...

Джин свирепо взглянул на него.
– Не смей блевать в моей машине! Пошел вон! Сейчас же!

Джин ударил по тормозам. "Кортина" резко остановилась, и Сэм тут же распахнул дверь и вывалился наружу. Он вслепую рванул прочь от дороги и пустился бежать по неровной земле, разбрызгивая во все стороны воду и жидкую грязь. Перед ним тускло светилась широкая линия горизонта, над которой нависала масса хмурых облаков. Серый занавес дождя беззвучно хлестал по отдаленным холмам. Мир казался холодным и мертвым, будто промозглая тюрьма, в которой нет стен, вечная тюрьма, удерживающая его в бесконечном кошмарном сне.

– Куда ты свалил, чтоб тебя, недоумок?
– услышал он недовольные вопли Джина.
– Если уж хочешь проблеваться, то ни к чему переться на самую вершину чертова Бен-Невиса [11] ! Тайлер! Иди давай сюда!

Сэм смотрел на все безумными глазами. Мир, казалось, вертится вокруг него - колыхалось небо, вздымалась земля. Все непрочно. Все иллюзорно.

Он упал на колени, погрузив руки в жидкую слякоть. Он чувствовал холод, влажность, жесткую траву, липкую грязь.

– Это реально!
– завопил он.
– Я это вижу! Я это чувствую!
– он зачерпнул полную горсть грязи и припал к ней ртом.
– Я могу это попробовать! Это реально! Это настоящее!

Все только выглядело настоящим.

Сэм повалился вперед и закричал куда-то в землю: - Я не понимаю!

Его накрыло тенью. На плечо ему опустилась рука в кожаной черной водительской перчатке.

Тихо и мягко Джин произнес: - Все в порядке, сынок. Я это и раньше видел. Я дам тебе отгул. Ничего страшного. Со всеми случается, даже с самыми лучшими.

– Я не понимаю, Шеф, - Сэм повернул к Джину измазанное грязью лицо.
– Я просто... я просто не понимаю.

– Да, - сказал Джин.
– Но я понимаю.

– Ты?

– Да. Я знаю, что тебе нужно.

– Что, Шеф? Что мне надо?

– Что тебе нужно, так это чуть-чуть отдохнуть, выпить крепкого пива и вволю потрахаться. И будешь как огурчик.

По выражению лица Джина Сэм понял, что тот говорит всерьез. Никакого сарказма, никакого издевательства. Он говорил с ним, как мужчина с мужчиной.

Сэм опустил плечи. Он чувствовал себя заблудившимся, потерянным и предельно одиноким.

Пока они ехали обратно в город, Сэм оттер от лица и рук большую часть грязи, и вернул себе самообладание - по крайней мере, внешнее. Но Джин настоял на том, что его надо временно отстранить от службы.

– Что тебе нужно прямо сейчас - так это промочить горло стаканчиком пива, - сказал он, останавливая "Кортину" возле "Railway Arms".

– Я не хочу пива, Шеф.

– Хочешь-хочешь. Выпить, потом домой, в постельку, и если получится - с девочкой. А если уж тебе совсем одиноко, посмотри на них по телевизору. Это твой восстановительный режим, пока не поставишь мозги на место. И отставить споры. Приказ доктора Ханта.