Чтение онлайн

— Какого хера происходит?

Двери автобуса распахнулись, и внутрь вошел мужчина в дорогом костюме, совершенно не соответствующий окружающей обстановке. Он был одет в коричневый костюм-тройку, вероятно от какого-то известного дизайнера, отличался полнотой, совсем не похожий на тех подтянутых мужчин, которых я привыкла видеть. Его образ дополняла ковбойская шляпа того же оттенка, что и костюм, а в уголке рта торчала соломинка. В руке он сжимал пистолет, направленный на водителя.

— Эх, простите, земляки.

В его голосе звучал наигранный деревенский акцент, и по моей спине пробежал холодок, потому что я знала – он пришел за мной.

— Минутку вашего внимания! — обратился он ко всем в автобусе, небрежно размахивая пистолетом и говоря так, словно жевал жвачку. — Ищу я одну очень… очень... — он сделал ударение, оглядывая ряды, а я, не теряя времени, нырнула на пол, пытаясь спрятаться, — ...важную персону. Молодую чернокожую даму, а таких в наших краях нечасто встретишь. Зовут ее Даралис, хотя она говорит, что можно звать ее, как угодно.

Линда сразу же опустила взгляд на меня, пока я сидела, скорчившись на полу автобуса. Я посмотрела на нее широко раскрытыми глазами и отрицательно покачала головой. Сердце бешено колотилось в груди, пока я молилась, чтобы она меня не выдала. Безмолвно умоляла молчать, и она медленно кивнула, помогая мне забраться глубже под сиденье.

— Эй, ты кто такой вообще, чтобы врываться сюда с пистолетом? Мы тебя не боимся! — крикнул какой-то мужчина со стороны водителя, поднимаясь на ноги. Но не прошло и секунды, как раздался выстрел, и пассажиры начали кричать, включая меня.

— Тише, тише, друзья! — напевно произнес мужчина. — Я обычный человек в ковбойской шляпе, который ищет девушку. Это всё, что мне нужно. Только девушка, — сказал он, и все затихли.

— Она сидела там! — выкрикнула женщина, и я тут же начала протискиваться дальше между рядами сидений.

— Да, она сидела прямо там, где сейчас та блондинка! — добавил какой-то мужчина.

Я замерла, наблюдая, как коричневые ковбойские сапоги шагают по проходу, проходят мимо меня и останавливаются возле Линды.

— Это правда, что они говорят? — спросил он Линду в то время, как я в страхе притаилась, ожидая, ее ответа.

— Н-н-нет, н-нет, — запнулась она.

— Что-то мне подсказывает, что ты лжешь, — цокнул он языком.

Линда молчала некоторое время, а затем тихо спросила:

— Что вы собираетесь с ней сделать?

— Это не ваше дело, мэм. Просто скажите, где она, и я позволю вам спокойно добраться до Джорджии. Иначе я перестреляю всех в этом автобусе к чертовой матери.

Люди в автобусе стали паниковать, и в этот момент я выскочила из-под сидений и бросилась к дверям не оглядываясь. Я не могла вернуться к Массимилиано.

— Блядь! — выругался мужчина с пистолетом и направился вслед за мной. Но когда я подбежала к дверям автобуса и попыталась выскочить, я не заметила другого мужчину, который стоял на входе.

Они тут же схватили меня.

— Нет! Нет!

Я пыталась вырваться из их хватки, пока они держали меня под руки и тащили к трем машинам, которые перегородили дорогу автобусу.

— Помогите! Кто-нибудь! — мужчины удерживали меня, пока я отбивалась, заливаясь слезами, пинаясь и крича.

Но как бы сильно я ни сопротивлялась, как бы ни плакала и ни кричала, они не реагировали на мои мольбы и с силой затащили в машину, захлопнув и заперев двери.

— Нет! Пожалуйста! Выпустите меня! Умоляю! — я в отчаянии колотила руками по стеклу и кричала так громко, как только могла.

Я резко повернула голову вправо, когда дверь открылась и в машину сел мужчина в коричневом костюме и ковбойской шляпе, закрыв за собой дверь. Прислонившись к двери, я попыталась отодвинуться от него как можно дальше – он только что, не моргнув убил человека. Я молча наблюдала, как он снял шляпу, положил на колени и похлопал водителя по плечу, после чего машина тихо заурчала и тронулась с места.

— Прошу прощения за то, что произошло. Вы не пострадали? — он окинул меня цепким взглядом своих маленьких карих глаз.

У него было круглое лицо с красноватым оттенком, густая коричневая борода, а каштановые волосы были аккуратно зачесаны назад. На вид он был около 5 футов 10 дюймов9.

Когда я не ответила, он кивнул, словно говоря «ладно».

— Меня зовут Майкл Патерсон, и я не собираюсь причинять вам вред. Более того, мне бы и в голову не пришло вас обидеть.

— Что тебе от меня нужно? — спросила я охрипшим от страха голосом.

— Хороший вопрос...

Вздохнув, он продолжил:

— Видишь ли, некоторое время назад, я состоял в мафиозной семье Эспозито. Попал туда совсем молодым. Я вырос в детском доме в Вирджинии – тихий, проблемный ребенок, которого никто не хотел усыновлять. В общем, время шло, и я рос за серыми стенами приюта, исписанными граффити. Когда мне исполнилось шестнадцать, я оказался на улице. Я сбежал из приюта и решил, что хочу быть частью чего-то большего, членом семьи, а не просто существовать среди обиженных, сломленных детей. В то время я уже успел натворить прилично дел, всё время влезал в неприятности с бандитами, задолжал ростовщикам огромные суммы, и меня постоянно избивали. Так продолжалось семь лет. В двадцать шесть я оказался в Неваде. Молодой, самоуверенный до безумия, я услышал о человеке по имени Лоренцо – итальянце, одном из капо семьи Эспозито. Его боялись все, от уличных преступников до политиков.

В то время, как мужчина рассказывал свою историю, я нервно дергала за ручку двери, надеясь выпрыгнуть из машины, но тщетно. Оставалось только слушать его, пока в голове роились тысячи мыслей о том, смогу ли я сбежать из этой машины, получится ли у меня напасть на него?

— О семье Эспозито мало кто говорил – те, кто знал, молчали, а осмелившиеся открыть рот погибали страшной смертью. Я знал лишь, что они были влиятельны, и жаждал такой же власти. Так я оказался в Неваде без гроша в кармане. К тому времени моя одежда была изодрана, поэтому я украл шмотки у какого-то парня, которого засек ночью и принялся искать Лоренцо. Через несколько недель спустя, я случайно услышал разговор стриптизёрши в клубе – она обсуждала с коллегой опасного щедрого клиента, который часто заказывал у нее приватные танцы. Я притворился, будто знаю его, наплел, что мы дальние родственники, и расспросил о нем, солгав, что его мать больна, а он порвал все связи с семьей. Она выдала, что он живет в самом дорогом пентхаусе Вегаса – пятиэтажных апартаментах за 35 миллионов. Я направился туда без какого-либо плана... Извини, я знаю, что затянул – может, хочешь воды? — спросил он.

Я моргнула и покачала головой. Мне не хотелось принимать ничего из его рук. Как ни странно, к этому моменту его история меня захватила, и я жаждала узнать больше, хотя понимала, что чем больше знаю, тем хуже для меня.

— Я пробрался в здание через черный ход, каким-то чудом миновал охрану в холле и добрался до личного лифта Лоренцо. До сих пор не понимаю, как мне это удалось. Если бы вы спросили меня сейчас или тогда, я бы назвал это чистой удачей. На его этаже меня, конечно, поймали. Завязалась драка, но я стал кричать его имя, пока охрана пыталась меня утихомирить. Лоренцо вышел на шум – словно Крестный отец, каким я его себе представлял. От него исходила невероятная сила. Я упал на колени к его ногам и поцеловал их, а затем сказал, что больше всего на свете хочу быть частью его мира. Я умолял, рыдая о своей жалкой и никчемной жизни и о том, что единственный смысл, который я могу придать своему существованию, – это быть рядом с ним. Он смотрел на меня холодным нечитаемым взглядом, но потом смягчился и велел своим людям привести меня в порядок, прежде чем я снова посмею приблизиться к его туфлям Testoni.