ЖАНРЫ

Божественная комедия (илл. Доре)
Шрифт:

Сравню его с садовником Христовым,

Который призван сад его беречь.

73

Он был посланцем и слугой Христовым,

И первый взор любви, что он возвел,

Был к первым наставлениям Христовым.

76

В младенчестве своем на жесткий пол

Он, бодрствуя, ложился, молчаливый,

Как бы твердя: «Я для того пришел».

79

Вот чей отец воистину Счастливый!*

Вот чья воистину Иоанна мать,

Когда истолкования правдивы!*

82

Не ради благ, манящих продолжать

Нелегкий путь Остийца и Фаддея,*

Успел он много в малый срок познать,

85

Но лишь о манне истинной радея;

И обходил дозором вертоград,*

Чтоб он, в забросе, не зачах, седея;

88

И у престола,* что во много крат

Когда-то к истым бедным был добрее,

В чем выродок* воссевший виноват,

91

Не назначенья в должность поскорее,

Не льготу — два иль три считать за шесть,

Не decimas, quae sunt pauperum Dei,*

94

Он испросил; но право бой повесть

С заблудшими за то зерно, чьих кринов

Двенадцать чет пришли тебя оплесть.*

97

Потом, познанья вместе с волей двинув,

Он выступил апостольским послом,

Себя как мощный водопад низринув

100

И потрясая на пути своем

Дебрь лжеученья,* там сильней бурливый,

Где был сильней отпор, чинимый злом.

103

И от него пошли ручьев разливы,

Чьей влагою вселенский сад возрос,

Где деревца поэтому так живы.

106

Раз таково одно из двух колес*

Той колесницы, на которой билась

Святая церковь средь усобных гроз, —

109

Тебе, наверно, полностью открылась

Вся мощь второго,* чья святая цель

Здесь до меня Фомой превозносилась.

112

Но след, который резала досель

Его окружность, брошен в дни упадка,

И винный камень заменила цвель.

115

Державшиеся прежде отпечатка

Его шагов свернули до того,

Что ставится на место пальцев пятка.

118

И явит в скором времени жнитво,

Как плох был труд, когда сорняк взрыдает,

Что житница закрыта для него.*

121

Конечно, кто подряд перелистает

Всю нашу книгу, встретит и листок,

Гласящий: «Я таков, как подобает».

124

Не в Акваспарте он возникнуть мог

И не в Касале, где твердят открыто,

Что слишком слаб устав иль слишком строг.*

127

Я жизнь Бонавентуры, минорита

Из Баньореджо;* мне мой труд был свят,

И все, что слева,* было мной забыто.

130

Здесь Августин, и здесь Иллюминат,*

Из первых меж босыми бедняками,

Которым бог, с их вервием, был рад.

133

Гугон* святого Виктора меж нами,

И Петр Едок, и Петр Испанский тут,

Что сквозь двенадцать книг горит лучами;*

136

Поделиться с друзьями: