Божественная комедия (илл. Доре), Алигьери Данте

Божественная комедия (илл. Доре)

на обложку

Алигьери Данте

Шрифт:

Так, в ярком свете дав блуждать очам,Я озирал ряды ступеней стройных,То в высоту, то вниз, то по кругам.

Я видел много лиц, любви достойных,Украшенных улыбкой и лучом,И обликов почтенных и спокойных.

Когда мой взор, все обошед кругом,Воспринял общее строенье Рая,Внимательней не медля ни на чем,

Я обернулся, волей вновь пылая,И госпожу мою спросить желалО том, чего не постигал, взирая.

Мне встретилось не то, что я искал;И некий старец * в ризе белоснежнойНа месте Беатриче мне предстал.

Дышали добротою безмятежнойВзор и лицо, и он так ласков был,Как только может быть родитель нежный.

1756

Старец — Бернард Клервоский (ок. 1091-1153), богослов — мистик, принимавший живое участие в политической жизни своего времени. Данте видел в нем тип «созерцателя» (см. ст. 110…111), и в Эмпирее он является таким же наставником поэта, какою в Земном Раю была деятельная Мательда.

Я тотчас: «Где она?» — его спросил;И он: «К тебе твоим я послан другом,Чтоб ты свое желанье завершил.

Взглянув на третий ряд под верхним кругом, * Ее увидишь ты, еще светлей,На троне, ей сужденном по заслугам».

Я, не ответив, поднял взоры к ней,И мне она явилась осененнойВенцом из отражаемых лучей.

1757

Взглянув на третий ряд под верхним кругом. — Исполнив свою миссию путеводительницы, Беатриче вернулась на свое место в небесном амфитеатре (А., II, 101; Р., XXXII, 7…9).

От области, громами оглашенной,Так отдален не будет смертный глаз,На дно морской пучины погруженный,

Как я от Беатриче был в тот час;Но это мне не затмевало взгляда,И лик ее в сквозной среде не гас.

«О госпожа, надежд моих ограда,Ты, чтобы помощь свыше мне подать,Оставившая след свой в глубях Ада,

Во всем, что я был призван созерцать,Твоих щедрот и воли благороднойЯ признаю и мощь и благодать.

Меня из рабства на простор свободныйОни по всем дорогам провели,Где власть твоя могла быть путеводной.

Хранить меня и впредь благоволи,Дабы мой дух, отныне без порока,Тебе угодным сбросил тлен земли!»

Так я воззвал; с улыбкой, издалека,Она ко мне свой обратила взгляд;И вновь — к сиянью Вечного Истока.

И старец: «Чтоб свершился без преградТвой путь, — на то и стал с тобой я рядом,Как мне и просьба и любовь велят, * —

Паря глазами, свыкнись с этим садом;Тогда и луч божественный смелейВоспримешь ты, к нему взлетая взглядом.

1758

Как мне и просьба и любовь велят. — Просьба исходит от Беатриче. Любовь — может быть понято как любовь Беатриче или же как любовь самого Бернарда.

100

Владычица небес, по ком я всейГорю душой, нам всячески поможет,Вняв мне, Бернарду, преданному ей».

103

Как тот, кто из Кроации, быть может,Придя узреть нерукотворный лик, * Старинной жаждой умиленье множит

106

И думает, чуть он пред ним возник:«Так вот твое подобие какое,Христе Исусе, господи владык!» —

1759

Нерукотворный лик — образ на куске ткани, считавшийся подлинным отпечатком лица Христа и хранившийся в соборе св. Петра в Риме.

109

Так я взирал на рвение святоеТого, кто, окруженный миром зла,Жил, созерцая, в неземном покое.

112

«Сын милости, как эта жизнь светла,Ты не постигнешь, если к горней сени, —Так начал он, — не вознесешь чела.

115

Но если взор твой минет все ступени,Он в высоте, на троне, обрететЦарицу * этих верных ей владений».

1760

Царицу — то есть деву Марию.

118

Я поднял взгляд; как утром небосводВ восточной части, озаренной ало,Светлей, чем в той, где солнце западет,

121

Так, словно в гору движа из провалаГлаза, я увидал, что часть каймы * Все остальное светом побеждала.

124

И как сильнее пламень там, где мыЖдем дышло, Фаэтону роковое, * А в обе стороны — все больше тьмы,

1761

Часть каймы — то есть часть верхнего ряда амфитеатра.

1762

Дышло, Фаэтону роковое — то есть дышло солнечной колесницы (см. прим. А., XVII, 106…108).

127

Так посредине пламя заревоеТа орифламма * мирная лила,А по краям уже не столь живое.

130

И в той средине, распластав крыла, —Я видел, — сонмы ангелов сияли,И слава их различною была.

133

1763

Орифламма — алая боевая хоругвь французских королей. Здесь мирной орифламмой названа лучезарная часть верхнего ряда.

Пока они так пели и играли,Им улыбалась Красота * , даяОтраду всем, чьи очи к ней взирали.

136

Будь даже равномощна речь мояВоображенью, — как она прекрасна,И смутно молвить не дерзнул бы я.

139

Бернард, когда он увидал, как властноСковал мне взор его палящий пыл, * Свои глаза к ней устремил так страстно,

1764

Красота — то есть дева Мария.

1765

Его палящий пыл — то есть предмет его обожания.

1-146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Божественная комедия (илл. Доре)

Алигьери Данте

Шрифт: