Чтение онлайн

– Нет.

Цепеш бросил на него полный недоумения взгляд.

– Ты собираешься позволить им это?

– А почему нет? Пусть развлекаются. К тому же, Жану не стоит слишком полагаться на чужую помощь. Пусть учится справляться самостоятельно. Тем более, это меня даже забавляет.

– Говна в уши не лей. Думаешь, я совсем ослеп и ничего вокруг не замечаю? Ты старательно усугублял их отношения, подталкивал Тильра продолжать стычки с Жаном, советовал Жану выйти на «новый уровень» в этом глупом соревновании. И мне известно куда больше, чем ты думаешь, о той истории с едким натром. Что ты задумал?

– Неужели тебе ни разу не приходило в голову посмотреть на него глазами Искры? – задумчиво отозвался принц, скосив глаза в сторону преподавателя, тот замер с открытым ртом.

– Хочешь сказать, он…

– Один из нас, - кивнул Кайл. – И скоро он проснётся.

– Или погибнет, - пробормотал преподаватель.

Кайл чуть заметно двинул плечами.

– Искры не любят слабаков. Как и мы, разве не так?

***

Увидев приближающуюся воду, я как с цепи сорвался. Выгибаясь и извиваясь, я выставил вперёд ноги и лихорадочно вцепился в одежду герцога. На берегу столпились зрители, нравилось происходящее, может, и не всем, но никто и не думал вмешаться. На лицах можно было прочесть не только одобрение и восторг, но и осуждение, хотя объединяло их другое - чувство облегчения, что не они оказались на моём месте.

– Что, Перинье, воды боишься? – скривил губы Тильр.

С этими словами он опустил меня в пруд. Показалось, будто тысячи иголок вонзились в моё тело, когда холодная вода приняла его в свои объятья. Отголоски моего крика ещё не затихли, а я уже полностью погрузился на дно, удерживаемый вцепившимися в мои плечи парнями.

«Чувствуешь поражение?»

Перед глазами встало искривлённое усмешкой лицо Робина.

«Помнишь, что мы делали с предателями?»

Камни больно ударили по ногам.

«Сейчас на своей шкуре испытаешь!»

Грязная вода быстро приближалась.

Объятый неконтролируемым страхом, я перестал сопротивляться и покорно позволил топить себя. Вначале было мучительно больно, не хватало воздуха, а потом всё резко исчезло. На мгновение стало темно, но вскоре я вновь обрёл способность видеть, только контуры утратили чёткость и звуки стали глухими, словно доносились из дальней комнаты. Так, это и есть смерть? Поразительно. Как приятно, оказывается, умирать. Почему этого боятся? Никогда мне не было так спокойно. Не надо ни о чём думать, принимать решения, страдать… И наконец-то ничего не болит. Пальцы продолжали впиваться в плечи, на спину давило колено. Я не чувствовал прикосновений, просто помнил, что топить меня начали именно так. Неожиданно в голове раздался голос.

Жан!

Мне никогда не нравилось моё имя. «Помилованный богом». Вызывает усмешку, не правда ли?

Жан!

Кто-то зовёт меня. Кто-то за меня переживает. Кто-то не хочет, чтобы я умирал. Надо только сделать глоток воздуха, чтобы откликнуться. Лишь глоток… и снова вернётся боль, вернётся необходимость делать выборы. Если я сделаю этот один-единственный глоток. Но придётся, ведь кто-то меня зовёт. Я кому-то нужен. Только как? Вдохни я сейчас, и вода проникнет в лёгкие.

Я не сразу понял, что меня спасают. Откуда-то сбоку появились мои друзья. Девушки что-то кричали, парни бросились на помощь, а я неожиданно перестал слышать зовущий меня голос. И, осознав это, я их возненавидел. Они лишили меня самого важного – чувства, что я кому-то нужен.

Как же я их ненавидел!

Принц Генрих. Простой подпевала. На его лице жалость и испуг. Он никогда не оскорблял первым, не нападал, но своим молчанием уподоблялся друзьям. На него не хочется тратить сил и времени, но придётся, я не оставлю просто так это унижение.

Годрик и Алексей. Избалованные отпрыски знатных фамилий, любят эпатаж и бравируют своим происхождением. Их я ненавидел, они, безусловно, были моими врагами и заслуживали наказание.

Тильр… О, Бездна! Если и был человек, которого я ненавидел больше, я его не знал. Причина? Всё дело в его излюбленной игре: «Перинье, а Перинье, а почему…». Продолжение всегда было разным. То причёска ему не нравится, то за книгой сижу слишком долго, то на куртке пятно. Мало ли этих «почему»? Результат всегда одинаковый!

Мне помогли подняться, Икар поддержал за плечи. В ярости я сбросил его руки, и тут же земля под ногами качнулась. Я увидел приближающиеся камни, а потом мир вокруг резко потемнел.

***

Кайл сощурился, когда мальчишка рухнул в обморок. В груди взметнулась Искра и отозвалась радостным звоном. Он повернулся с довольной улыбкой к Цепешу, тот смотрел настороженно.

– Наконец-то.

– Нужно доставить его в палаты целителей.

Растолкав студентов, мужчина подхватил Жана на руки. Голова парня безвольно качнулась, казалось, он уже умер, но Цепеш чувствовал, как бьётся в его груди сердце.

Присяга. Этот ритуал он создал сам. И именно тогда он получил власть над Искрой, способной уничтожать его врагов. Получил власть, о которой мечтал долгие годы заключения, а вырвавшись, обратил её на тех, кто вырезал его семью. Он был не просто первым. Он был единственным, кто прошёл через это, достигнув того предела, когда для Присяги не требуется никаких обрядов. Предел ненависти.

Это произошло зимой. Стояли страшные холода, камера промёрзла настолько, что ему приходилось буквально отдирать себя от пола, а жидкую похлёбку - откалывать. В итоге он заболел, впал в беспамятство, на несколько дней потеряв связь с реальностью. И вот тогда появилась она. Потоки окутали его, образовали непроницаемую оболочку и помогли справиться с болезнью. Когда Цепеш выздоровел, то обнаружил, что потоки не исчезли. Конечно, это не могло дать свободу, но хоть надежда затеплилась в груди.

Спустя неделю, он проснулся в совершенно другом помещении. Какое-то время непонимающе рассматривал здание, где очутился, а потом пошёл вперёд. Из окон виднелись башни, поднимающиеся под облака, словно стремящиеся прорвать небо своими пиками. Высокие своды с круглыми окнами. Верхние этажи были образованы висящими в воздухе стенами, там изгибались, касаясь друг друга, причудливые мосты, напоминающие лепестки, из них получались затенённые залы и галереи. Стены выполнены из чёрного мрамора и покрыты алыми линиями, скользящими, перетекающими одна в другую и завораживающими. И это не было похоже на кровь, скорее на прожилки листьев, покрасневших с уходом тёплого лета, но ещё остающихся живыми.

Но что убранство - лишь материя, подвластная времени и тлену.

Оказавшись там, он испытал спокойствие, чувство защищённости и окрыления. Желание узнать, какие секреты известны этим стенам, какие тайны они хранят в себе. Тьма, таившаяся в коридорах, заглянула в душу и расступилась, давая волю свету. Яркому, весёлому, пляшущему по стенам с висящими на них гобеленами, скользящему по бесконечным коридорам. Этот свет, казалось, он может наблюдать и видит всё. И тоже принимает. Множество нитей, покрывших замок паутинкой ярчайших мгновений жизни, воспоминаний, эмоций.

Пройдя по коридору, он оказался в огромном зале. Двери захлопнулись, подойдя к ним, Цепеш так и не смог их открыть. Он вернулся в центр, не зная, куда двигаться, а потом Потоки выплеснулись. Нет… Их выдернули из тела. Цепеш чувствовал себя кувшином, в котором кто-то пробил трещину и через неё проливается вода. И ничего нельзя сделать. Искра – жизнь, если в теле теплится хотя бы малый поток, они способны выжить. Но потоки иссякали.

Цепеш оказался на полу, лежал, чувствуя, как жизнь уходит с каждым ударом сердца. Слышал шаги Смерти. Тихие. Шелестящие. Осенние листья, падающие на землю. Тополиный пух, плывущий в потоке воздуха. А потом потерял сознание.