Чтение онлайн

(О государственных гарантиях равноправия женщин и мужчин)». Он был принят Государственной думой в первом чтении в 2003 г. Далее имел драматичную судьбу: он то под давлением массовых пикетов и митингов отправлялся «на доработку», то снова усиленно проталкивался рядом депутатов и даже предлагалось создать должность федерального «гендерного» омбудмена. Недовольная общественность убедила Госдуму отклонить законопроект, что и было сделано 11 июля 2018 года. Между тем семья тоже преображалась под натиском феминизма. Разводы и аборты уже стали настолько обыденным явлением, что на них перестали обращать внимание. Надо ли говорить, что при разводе детей отбирают у отцов? Во время развода мужчина (нуа кто же ещё?) нёс, кроме того, значительные финансовые потери. Например, в некоторых странах бывший муж должен содержать жену на том же уровне, на котором она жила во время брака. Такое содержание полагается до тех пор, пока бывшая жена не найдёт работу или повторно не выйдет замуж. Берлускони платит жене ежедневно 100 000 евро (36 млн. евро в год). 5 миллионов рублей в день! И это не алименты на детей — они взрослые! Надо ли говорить, что при таком раскладе ни одна дура не станет искать работу? В России тоже пытаются протолкнуть подобные инициативы. Так, в декабре 2018 года было предложено взыскивать алименты не только на детей, но и на «того супруга, с кем остались дети после развода». Если тот не работает. В ситуации, когда детей оставляют исключительно с матерями (94-97%), изначально понятно, кто будет выгодоприобретателем закона. Это самое настоящее стимулирование разводов и женского иждивенчества. Нетак давно принят закон, согласно которому мужчина после развода обязан платить не только обычные алименты, но и «алименты» на жильё. Даже если он из глубинки с зарплатой в 20 тысяч, а она уехала в Москву, где весьма средненькая квартира стоит 30-40 тыс в месяц. Такое впечатление, что делается всё возможное, дабы мужчины навсегда отказались от создания семей. Тут опять — уже в который раз — видна истинная суть феминизма. Ни о каком равноправии мужчины и женщины речь не идёт. Феминисткам нужны власть и деньги. И ничего более. Феминизм добился от сочувствующих ему правительств тотальной цензуры. Всё, что не укладывается в догматы феминизма, объ242

является неполиткорректным (и, разумеется, запрещается), а в науке — лженаучным (и тоже запрещается). «Научными» провозглашались четыре постулата. 1. Мужчина и женщина абсолютно одинаковы даже биологически (за исключением женской способности рожать). 2. Пол и все аспекты поведения мужчины и женщины определяются не биологией, а воспитанием. Ребёнок рождается бесполым, и его можно воспитать и как девочку, и как мальчика (это и есть половой символизм, или социальная лысенковщина). 3. Женщина во всём превосходит мужчину или по крайней мере не уступает ему, будь то математические способности или пространственное восприятие. 4. В социальном плане мужчина неполноценен и опасен. Мужской пол сам по себе – угроза окружающим. Мужчина всегда врождённый убийца, насильник, педофил, маньяк. Вот такие постулаты. Всё, что противоречит им, объявляется ненаучным. Теперь, когда мы познакомились с феминизмом, советую ещё раз прочитать раздел «Мужчина, женщина и учёные» из первой главы. Многое представится в новом свете, многое заиграет иными красками. То же самое постигло и СМИ, и любые публичные площадки, с которых защитники прав мужчин могли бы заявить о тотальном мужененавистничестве. М.А. Бутаева в статье «Дискурс гендерного экстремизма» пишет: «Мужские активисты по-прежнему не имеют доступа к СМИ, их книги под разными предлогами отказываются печатать в мировых издательствах, в то время как феминстскими изданиями с неприкрытой ненавистью к мужчинам, с призывом к постоянной борьбе против мужчин пестрят полки магазинов. Используя законодательство своих стран, трибуны университетов, центральные СМИ, феминистки борются против маскулинистского движения и против мужчин. Так, отцовские организации они обвиняют в том, что мужчины, участвующие в их работе и борющиеся за права отцов, опеку над своими детьми, просто хотят добиться отмены алиментов на своих детей». Это укладывается в общий тренд тоталитарной идеологии, названной «либерализмом» и не имеющей с таковым ничего общего. Исходя из догмы о том, что биологического пола не существует, было введено понятие «гендер». По утверждению феминисток, это так называемый «социальный пол». То есть человек рождается бесполым, и только общественные стереотипы делают его мужчиной или жен243

щиной с соответствующими способностями и поведением. Сразу же были развёрнуты масштабные и массовые эксперименты по переделке мальчиков в девочек и наоборот. Эти садистские опыты приводили к валу трагических историй, оценить которые можно, изучив случай с Дэвидом (Брендой) Реймером. Это мужчина, который, не выдержав многих лет издевательств над собой, покончил с собой. При рождении его назвали Брюсом Реймером. Он родился с фимозом (крайняя плоть полового органа мешала мочеиспусканию) и нуждался в удалении крайней плоти. Операция была выполнена с нарушениями, и орган оказался сильно повреждён. Доктор Джон Мони из университета Джона Хопкинса в Балтиморе предложил родителям переделать Брюса в девочку. Мони был одержим идеей доказать, что человеческий пол — это не постоянная, неизменная характеристика человека, а всего лишь социальный феномен, приобретаемый с воспитанием. Доктор лечил гермафродитов. Он корректировал у них пол: оставлял мужские или женские половые органы, а потом подвергал гормонотерапии. Поскольку гермафродиты — это нечто среднее между мужчиной и женщиной, то можно было с помощью лечения сделать из них и мужчин, и женщин. Но Брюс родился не гермафродитом, а мальчиком. Его организм «окончательно определился» с полом и развивался по мужскому типу. Это не смутило Мони. Он хотел доказать всем, что пол определяется исключительно воспитанием. И Брюс должен был стать подопытным. Родители согласились. Мони провёл Брюсу (которого теперь решено было называть Брендой) операцию по смене пола, а дальше мальчика в течение двенадцати лет воспитывали девочкой. Чтобы увидеть динамику женского развития, его (её) сравнивали с братом-близнецом. Это были отличные условия для проведения эксперимента - не будь он абсолютно бесчеловечным. Родители прилагали все усилия, чтобы Бренда могла расти как девочка. Покупали девчачьи игрушки, одевали как девочку, приучали к девчачьим играм и занятиям. А кроме того, давали препараты с женскими половыми гормонами. Видимо, в представлении доктора Мони гормоны — тоже чисто социальный фактор. Однако даже такое грубое многолетнее вмешательство в физиологию Брюса-Бренды не принесло результата. Бренда выглядела, как мальчик и вела себя, как мальчик, предпочитая мальчишечьи игры, драки и прочее подобное. 244

Мало того, Бренда уже в детстве стала догадываться, что она не девочка. Помнить операции она не могла - все они были проведены, когда ей (ему) не было и года. Но она (он) сравнивала себя с окружающими детьми и понимала, что она не девочка ни по внешнему виду, ни по поведению. Родители многократно пытались переубедить его (её), но и это не приносило результата. Для родителей и брата вся эта история была ужасным испытанием. На фоне постоянного стресса у матери возникла тяжёлая депрессия с суицидальными наклонностями. Причиной этому было чувство вины матери перед сыном (дочерью). Отец от стресса спился и стал алкоголиком. Брат-близнец, когда в возрасте 15 лет ‘узнал правду о Бренде, попал в психиатрическую больницу. У Бренды же в 15 лет стал ломаться голос, тело принимало мужской вид с широкими плечами и узкими бёдрами. Даже увеличенные дозы эстрогена ничего не могли изменить. Бренда перестала ходить к доктору и пригрозила, что если тот попытается давить на неё, она покончит с собой. Отец рассказал Бренде правду. Последовали три попытки самоубийства, одна закончилась комой, из которой Бренда еле вышла. Она (он) начала борьбу за возвращение мужского пола, перенесла множество операций по восстановлению половых органов, стала одеваться как мужчина, взяла себе новое имя — Дэвид. В последующем Дэвид женился и усыновил троих детей. Однако психика была настолько искорёжена трагедией, что однажды Дэвид покончил с собой. Так потерпела фиаско идея о том, что люди рождаются бесполыми, а мужчиной или женщиной их делает исключительно воспитание. Впрочем, такие «мелочи» не смутили феминисток. Широкомасштабная практика переделки мальчиков в девочек и наоборот поддержана руководством многих стран мира. В Швеции детей воспитывают бесполыми. Запрещено называть их «он» или «она», можно только «оно» (даже в разговоре между самими детьми), тем самым подчёркивая отсутствие пола. В законодательстве многих стран мира используются понятия «родитель номер один» и «родитель номер два». Тоже бесполые. В 2018 году в Далласе мать шестилетнего сына решила, что это не мальчик, а девочка, и стала воспитывать его как девочку, даже записала его в школу под женским именем. Никого не смущает то, что сам 245

мальчишка, находясь у отца (пара в разводе), предпочитает мальчиковую одежду и агрессивно протестует против девчачьей. Узнав, что бывший муж отказывается воспринимать сына как девочку, женщина подала на мужчину в суд за «жестокое обращение с ребёнком». Она требует лишить отца родительских прав. Кроме того, она хочет обязать бывшего мужа оплачивать изменение пола сына. Суд запретил отцу одевать сына в мужскую одежду. Премьер-министр Канады Джастин Трюдо с гордостью сообщил в 2017 году, что воспитывает сыновей феминистами и помогает избавиться от маскулинности. Кроме того, в 2015 году он сформировал кабинет министров не по критерию профессионализма, а по признаку пола: ровно по 15 мужчин и женщин. Мужской пол объявлен чем-то вроде болезни. Мужчинам многих стран методично и настойчиво прививают мысль о том, что они неполноценны и опасны для общества. Особенно это распространено в США, где существуют общества сродни обществам анонимных алкоголиков. В них мужчины пытаются избавиться от своей маскулинности, мужественности, которая вредит обществу. Речь идёт не только о тех, кто совершил какое-то насилие, а об обычных мужчинах. Всем им настоятельно советуют заниматься в таких обществах и изгнать демона мужественности. Одно время в США можно было увидеть большие баннеры с фотографией мужчины и надписью «Мне стыдно, что я мужчина». Чуть ниже был телефон доверия, по которому помогут побороть маскулинность. Тактика изгнания из мужчин всего мужского уже давно взята на вооружение во многих дошкольных и школьных учреждениях «развитого мира». Один из лидеров мировой науки, Техасский университет, в 2018 г запустил новую программу, которая рассматривает мужественность как психическое заболевание и помогает студентам-мужчинам «взять под контроль свою гендерную идентичность и создать здоровую модель мужественности». Обращаю внимание, что это не какая-то подпольная шарага, не скандально известный телеканал о рептилоидах, не кучка фриков, а совершенно официальный и весьма уважаемый университет с мировым именем. В 2017 году Университет Дьюка организовал девятимесчную программу, где мужчины могут избавиться от мужественности. Словно в насмешку эта фашистская инициатива названа «мужским проектом». В последние несколько лет возникают феминистические движения, где основной идеей является так называемый «лесбосепаратизм» 246

— отделение, сепарация женщин от мужчин, построение чисто женского общества, основанного на гомосексуальном влечении. Всё это, разумеется, тоже имеет антисемейную задачу. Таков феминизм, а точнее — женский половой расизм. Феминистки утверждают, что они всего лишь за права женщин, но факты говорят совсем о другом. Им нужна жёсткая и тотальная дискриминация мужчин. Де-факто феминизм — это идеология полового расизма, утверждающая, что мужчина социально неполноценен и опасен для общества, а потому вся власть и все права должны принадлежать женщинам, и только им. При этом создание гетеросексуальных и особенно патриархальных пар и семей невозможно. Предлагаю собрать воедино цель и задачи феминистического движения. Они окажутся совсем не такими, как на страницах словарей. Они откровенно женоненавистнические, мужененавистнические, антисемейные, античеловеческие. Цель и задачи современного феминизма. Цель одна, и она весьма предсказуемая и примитивная — получение феминистическими лидершами неограниченной политической власти (диктатура). Это решается через несколько задач: 1. Уничтожение семьи как силы, которая цементирует людей и формирует личность с помощью родительского воспитания. Разрыв родственных связей с помощью уничтожения семьи. 2. Настраивание женщин против мужчин с помощью нагнетания кошмара, негатива, дабы женщины боялись и избегали мужчин и не создавали с ними семьи, не рожали детей. Позиционирование всех мужчин (включая отца, братьев, мужа, сыновей) как природных насильников, убийц, педофилов. Внедрение в сознание женщин, что любой мужчина смертельно опасен, а близким человеком якобы может быть только женщина. Особенно рьяно такая пропаганда проводится среди юных девушек: старшеклассниц и студенток, чтобы они даже и не пытались создать семьи. Фактически это прямая пропаганда гомосексуализма. 4. Настраивание детей против родителей, стимулирование отчуждения детей от семей (побеги из семьи, изъятия). Воспитание детей вне родных семей, чаще всего в гомосексуальных парах; 5. Позиционирование семьи как самого опасного места, где женщин убивают, насилуют. Тоже направлено главным образом на юных девушек и молодых женщин. 247

6. Пропаганда идеи, что только самая лютая борьба с мужчинами может «освободить» и «защитить» женщину. 7. Сбор под эгиду феминистического движения испуганных, накачанных негативом женщин в качестве активного электората «боевой пехоты»: пропагандисток, митингующих и т.п. 8. «Переделывание», «переучивание» мужчин в женщин, дабы было кому исполнять мужскую работу. Ради этого выдумывается лженаучная теория «полового символизма», утверждающая, что половых различий не существует, у мужчин и женщин якобы одинаковая биология, психофизиология, а все различия формируются в социуме путём научения. 9. Стимулирование разврата, гомосексуализма, беспорядочных половых связей, измен, разводов и другого инстинктивного поведения под маркой «сексуальной революции», «половой свободы женщины». Ниспровержение религии и морали как регуляторов инстинктивного поведения. Семейное законодательство изменяется на антисемейное. Это делается, чтобы создание крепкой, пожизненной многодетной семьи стало невозможным. Вот такая простая программа действий. Основана на древнем принципе «разделяй и властвуй»: отдели женщин от мужчин, настрой женщин против мужчин, собери напуганных женщин под своё руководство — и у тебя готовая армия. Можно идти и завоёвывать власть лично для себя. Согласно феминизму, мужчина должен быть лишён гражданских прав и поставлен в положение обслуги. Ему уготована такая же роль, какую Гитлер много лет назад приготовил для народов России. Справедливости ради нужно сказать, что не все женщины поддержали феминисток. Многие разумные женщины поняли ту опасность, которую несёт обществу феминизм, и те разрушительные последствия, которые он уже принёс. В качестве примера приведу массовые протесты родительской (в том числе и женской) общественности против антисемейных феминистических законопроектов (о «семейном насилии», о «гендерном равенстве» и т.д.). Просемейные СМИ разоблачали феминистическую и антисемейную подоплёку этих законодательных инициатив. Ещё приведу в пример женщин, читающих мои статьи, книги, смотрящих мои видео. Они поддерживают мою работу по объединению мужчины и женщины (в противовес феминистическому противопоставлению) и укреплению семьи. 248

После осознания катастрофы постхристианской цивилизации возникает вопрос: а где же всё это время были мужчины? Почему они позволили себя сожрать, втоптать в грязь? Как мужчины допустили, что из создателей цивилизации они превратились в изгоев, которых насильно лишили гражданских прав? Ответ прост. Мужчины настолько были уверены в своих силах, настолько верили в верность своих женщин, что долгое время не придавали большого значения набирающей силы феминистической заразе. А когда поняли, что проспали, стало уже поздно. Как динозавр, которому отгрызли хвост, пока нервные импульсы шли до мозга и обратно. Даже оказавшись на правовом поле ниже тихоокеанской сельди, они всё равно грезили, будто живут при патриархате, в мужском мире. Мужчины потеряли права из-за собственного попустительства. Из-за самоуверенности. Даже бизнесмены, которые, собственно и стали двигателем феминизма, в конце концов потеряли рычаги управления над процессом. Их уже раздевают и разувают, сажают в тюрьмы по ложным доносам о сексуальном насилии. Кому интересно, чем феминизм обернулся для мужчин и почему в результате этого мужчины избегают семью — читайте главу «Дискриминация мужчин» в книге «Мужчина у.3.0». Там я подробно разбираю российское законодательство и правоприменительную практику по отношению к мужчинам. Каждой женщине будет очень полезно для понимания, какие причины в действительности движут мужчинами, когда они сознательно или неосознанно отказываются от семей и деторождения. Это совсем не «безответственность», как утверждают стереотипы. 9. ПОСТИНДУСТРИАЛЬНЫЙ ПЕРИОД Так семья в масштабах целой цивилизации была объявлена самым ужасным местом, где женщин истязают и убивают, а мужчины выставлены главным виновником этого (вымышленного) тезиса. Феминисткам удалось создать антисемейное общество, где женщины противопоставлены мужчинам, женщины боятся мужчин, мужчины боятся женщин, инстинкты доминируют, семьи разваливаливаются, дети растут сиротами при живых родителях. А что же мужчины? Благодаря тотальному запугиванию и преследованию, атмосфере мужененавистничества, постоянной опасности сесть в тюрьму и многочисленным реальным «посадкам» по лож249

ным доносам и сфабрикованным делам, мужчина потерял почву под ногами. Он оказался лишён семьи, детей вместе с имуществом у него отнял разводный суд. Общество твердит о мужской неполноценности и требует избавиться от всего мужского. Мужчина превратился в загнанного зверя, исполненного досады и страха, обложенного флажками клеветы. Из него выщелочили практически все мужские качества. Ни физическая сила, ни какие либо другие свойства не помогают ему справиться с феминистической государственной машиной. Итог феминизма плачевен. Семья как таковая практически перестала существовать. Молодые парни, насмотревшись на разводной кошмар, отказывается от создания собственной семьи. Юные девушки и взрослые женщины накачаны антимужскими кошмарами, напуганы, фрустрированы. Они, с одной стороны, хотят семью и детей (от природных влечений никуда не деться), но в другой — панически боятся её, так как с детства находятся под информационной атакой феминисток. Мужчины либо лишены прав, либо не могут ими воспользоваться, так как встречаются с насмешками и враждой. Лишённые опоры и смысла жизни мужчины либо изнежены статусным потреблением, либо задавлены и запуганы дискриминацией. Они не способны и не видят смысла защищать общество, которое их дискриминирует. Матриархальное воспитание, описанное в мужской книге, с детства лишает мужчину всего мужского. Ослабленный мужчина безопасен для современных правительств и транснациональных компаний. Он не взбунтуется, не воспротивится даже самому бредовому и дискриминационному закону. Он слаб, глуп и ленив. Он готов много работать, чтобы спустить все деньги на ненужные, но разрекламированные вещи. Забитый бесправием и матриархальным воспитанием мужчина определяется женщинами как слабый, НР и поэтому неподходящий для спаривания. Распространён брачно-разводной аферизм, позволяющий женщинам после развода отнимать у мужчин детей и практически всё нынешнее имущество и будущие доходы. Женщины из-за разводной безотцовщины не получают адекватного семейного воспитания, а потому не умеют выбирать мужа, не знают, как себя вести с ним. В качестве образца они видят только издёрганную разведённую маму, которая ушла от папы в поисках «принца» и судорожно пытается найти мужчину лучше, чем был предыдущий. Но получается только хуже. Пропаганда разврата, потреблудства из СМИ, сериалов, соц.сетей, деформируют психику женщин ещё с дет250

ского возраста. В итоге на выходе получается закоренелая одиночка с антисемейной психологией, не умеющая и не желающая жить с мужем, воспитывать детей. С вероятностью 99% она повторит путь своей одинокой матери в рамках «однополой» семьи, где единственного ребёнка, рождённого «для себя», воспитывают мама и бабушка. Рождаемость в постхристианских странах Европы и Северной Америки снижается. Причём чем богаче страна и её население, тем стремительнее оно вымирает. Как бы это парадоксально ни звучало, но высокий достаток стимулирует как раз бездетность, а не рождаемость. Всякие «материнские капиталы» и прочие варианты государственной оплаты деторождений не работают. Например, рождаемость в Канаде (одна из самых богатых стран мира, если считать по доходам населения) 10,3 ребёнка на 1000 человек населения в год. В России - 11,5 ребёнка на 1000 человек населения в год. Для того, чтобы общество хотя бы не вымирало, необходимо рождение примерно 13-14 детей на 1000 населения в год. В Уганде – 43 деторождения на 1000 человек в ГОД. Постхристианские народы стремительно вымирают. Семья деградировала до первобытного промискуитета. Да и тот не приносит рождаемости. Из-за вымирания коренного населения для пополнения рабочих рук необходима внешняя миграция из стран третьего мира. Выходцы из патриархальных народов заселяют территории, где живут вымирающие матриархальные. Ничего нового: кто не размножается, тот вымирает. Кто размножается, тот побеждает. Постхристианская цивилизация движется курсом Древнего Рима. К собственной гибели. Однако мир — миром, но меня больше волнует Россия. К величайшему сожалению, она также пошла по пути феминизма. Правда, с национальным колоритом. Мы помним, что в Советском Союзе атака на семью принесла лишь частичные плоды из-за высокой нравственности и сильной морали народа, а кроме того — за счёт его религиозности. Однако мир не стоит на месте. К тому времени, когда развалили Союз, религия была почти искоренена и существовала разве что в виде обрядового хобби — внешнем соблюдении обрядов без вникания в суть веры. Впрочем, таковой во многом она остаётся и сейчас. Сексуальная революция ещё в 70-80-е годы просочилась с запада, а в 90-е привела к взрыву инстинктивного поведения. Женщины, следуя инстинкту «мак251

симальный комфорт здесь и сейчас», спаривались за материальные и моральные блага с политиками, коммерсантами. В качестве биологических отцов выбирали высокоранговых высокопримативных мужчин — авторитетных бандитов, «крутых». Часть женщин нацелилась на зарубежного жениха — любого, хоть последнего маргинала, лишь бы с «тамошним» паспортом. Мужчины либо принялись покупать этот секс, становясь спонсорами поощрительного спаривания, либо были выброшены из процесса размножения, как это происходит с низкоранговыми особями в дикой природе. Кто-то стал брать женщин силой, превратившись в сексуального маньяка. Преступные и другие авторитеты, вожаки диких иерархий, получали секс бесплатно и в больших количествах. Всему этому способствовал «большой коммерческий взрыв», описанный Александром Туревским в книге «Как манипулировать мужчинами...» (Бирюков, Туревский, 2008). Женщины стали искать диких альфа-самцов, мужчины — сексуально привлекательных и доступных самок. Остальные человеческие качества стали не важны. Крепкая семья, особенно многодетная, превратилась в объект для насмешек. Семья деградировала до промискуитета первобытного человеческого стада. Она и теперь остаётся на прежнем уровне, разве что немного подретушированная. Многие женщины вообще плюнули на семью и выбрали мужскую социальную роль. Они либо предпочли быть бездетными, либо рожали «для себя», дабы иметь статус матери и объект для реализации материнского инстинкта. Что-то вроде котёнка. Называется это «завести ребёнка». Конфликтные, неуживчивые дамы с явным презрением (и подсознательным страхом) относятся к мужчинам, именно они стали аналогом западных феминисток и взяли чёткий курс на борьбу с мужчинами. В меньшинстве остались те женщины, которые сохранили приверженность крепкой, многодетной семье и верности мужу. Они находятся под огромным искушением оставить стезю женщины-матери, женщины-жены, хозяйки домашнего очага, и отправиться на войну с семьёй и мужчинами. Кстати, как я уже писал в главе «Патриархальная семья», далеко не все эти женщины, что называется, забитые клуши. Многие из них успешны и вне семьи. Для них социальный успех и крепкая семья — вовсе не антагонисты. Эти женщины испытывают колоссальное давление. Их моральные убеждения проходят проверку на прочность ежедневно. СМИ 252