Бывший муж. Настоящая семья для Бусинки
Шрифт:
В голове уже зреет бунт, бывший муж чувствует это и нехотя отрывается от меня.
Я часто дышу, голова кружится, низ живота горит и разрывает от желания.
– Никогда больше так не делай! Ты сейчас соберешься и домой поедешь, понял?! Через весь город, и плевать….
– Спасибо, - сипло бормочет Даян, перебивая. Ломает мое сопротивление и притягивает меня к себе. Крепко обнимает и соединяет наши лбы.
– Не прогоняй. Я же говорю - красивая, когда злишься.
Я как-то резко сдуваюсь. Сил бороться с этим невероятно упрямым и самовольным мужчиной попросту нет. Закусываю губу, коротко киваю и выскальзываю от него.
– Пойду постелю тебе.
Я быстро готовлю «королевское ложе» Османову, переодеваюсь в пижаму. Поправляю одеяло у Бусинки и ныряю под свое, как в дверях появляется Даян.
Он тяжело вздыхает, кряхтит и поудобнее устраивается на импровизированной постели: двух тоненьких одеялах и свернутом пледе, призванным изображать подушку.
От усталости и пережитых эмоций я проваливаюсь в сон. А, когда просыпаюсь в ночи, меня накрывает дежавю: я лежу распластанной звездой на Даяне, в кольце его сильных рук, а в низ живота упирается «бита».
– Какого черта?!
– сдавленно возмущаюсь, стараясь не разбудить Бусинку.
– Иди к себе!
– Я замерз.
– Под тобой два одеяла! Хоть замотайся, как шаурма!
– Тогда так жестко.
– Спать на жестком полезно! Профилактика ревматизма!
– продолжаю возмущенно шипеть, пытаясь выбраться из кокона. Но ладонь Османова властно прижимает мою голову к здоровому плечу.
– Спи, Мира, - бормочет, так и не открывая глаз.
– Нам же обоим удобно. Тепло, хорошо, комфортно. Я уже начинаю привыкать, что моим девочкам на мне спать нравится больше, чем на матрасе. И я пока не в том состоянии, чтобы посягать на святое.
Эти слова почему-то успокаивают, и я снова проваливаюсь в сон.
А когда просыпаюсь утром…
Крепко зажмуриваюсь и вновь распахиваю глаза, но видение никуда не исчезает! Потому что это, черт возьми, моя реальность!
Глава 37
Мира
Даян мирно спит на спине, оттеснив меня к стенке и крепко прижав к своему боку. А сверху на нем разлеглась, как я буквально несколько часов назад, наша дочь!
Дарина распахивает глаза и начинает ерзать на папе, и Даян тоже просыпается. Папа и дочь встречаются взглядами, и Бусинка так мило и сонно улыбается:
– Пааапоськаа… Ты плиехал….
– Да, вчера поздно ночью. Соскучился, и вот остался…
– Ты что, будешь зить с нами?
– дочь восторженно подпрыгивает, заставляя Османова поморщиться.
– Нуууу…Это от мамы зависит…
Они синхронно поворачивают головы в мою сторону, а меня аж подкидывает от бешенства!
Ну, каков, а! Знает же, что я не смогу устоять, если Бусинка будет очень просить! Знает, что ради нее я пойду на все! Знает и нагло пользуется этим!
Нет, всё-таки надо было вчера ему не укол в задницу всадить, а кол! Желательно, осиновый!
Рваными движениями выбираюсь со своего места и отрывисто бросаю:
– Пора вставать. Чистим зубы, завтракаем, и через час у тебя бассейн, Дарина.
Буквально сбегаю от этих двух заговорщиков и скрываюсь в душе. Стою под прохладными струями, пока тело не начинает покалывать от холода.
Освобождаю ванную, отправляя туда Даяна с Дариной, и направляюсь прямиком на кухню. Достаю сковороду, разбиваю яйца и иду к подоконнику, где мой телефон подает признаки жизни.
«Я тебя прибью!»
Я даже через экран чувствую всю степень бешенства своей сестренки.
Черт! Нас спалили! Хотя нужно быть слепым, чтобы не заметить огромные дорогие мужские ботинки у входа.
Заношу палец над виртуальной клавиатурой, чтобы напечатать Наташе короткий ответ, но замечаю значок входящего сообщения. Перехожу во вкладку и… взрываюсь от бешенства.
Меня подбрасывает, и я широким шагом направляюсь в спальню, где Даян помогает Дарине натянуть домашние лосины. Один взгляд на меня, и он тянет:
– Бусинка, а ты можешь пойти посмотреть мультики в зале пять минут? Мама хочет мне что-то важное сказать.
– Конечно, - счастливая дочь уже вприпрыжку направляется на выход. Но тормозит возле меня и очень громко «шепчет»: - Мама, а папа к нам пелеедет, или мы к нему? Папоська сказал, что у него осень больсая квалтила! Я хосю зить с папой!
– Иди, дочь, мы позже обо всем поговорим.
Как только из зала раздается заставка любимого мультика Бусинки, я подлетаю и разворачиваю телефон экраном к Даяну, демонстрируя заветное сообщение от банка, которое мечтает получить каждый, кто платит ипотеку.
«Поздравляем, ваша ипотека полностью погашена!»
– Это что такое?!
– А на что это похоже?
– Какого черта?! Кто тебя вообще просил лезть?!
– Ты как-то слишком много сделала ошибок в слове «Спасибо».
– Я же просила…Мне ничего не нужно от тебя!
Ленивая улыбка мгновенно испаряется с лица Даяна, взгляд становится жестким, с нотками металла. Сам Османов весь подбирается и включает Серьёзного бизнесмена.
– Да-да, я помню, не лезть в твои дела, и что мама тебя воспитала так, чтобы ты могла содержать дочь в одиночку. Но вот папа воспитал меня так, что, если у моей женщины есть какие-то проблемы, то я хреновый мужик. И я должен их решить во что бы то ни стало. Так что я просто исправляю эту оплошность. Нравится тебе это, Мира, или нет.
– А я твоя женщина?
– выгибаю бровь, скрещивая руки на груди. Весь мой вид транслирует очевидный ответ.
И снова Османов хитро и нахально ухмыляется.
– Почти. Я работаю над этим. Очень плотно работаю.
Глава 38
Мира
– Ну, я побежала, - заглядываю в гостиную, где на полу сидят Бусинка и ее бабушка и увлеченно собирают пазлы.
– Пока, мамоська!
– Дариша машет мне ладошкой и возвращается к прерванному занятию. Не плачет, не капризничает, как раньше. Не заставляет меня уходить с тяжелым сердцем. Она обожает оставаться с бабушкой.
– Удачи, Мира, - ласково улыбается мама Даяна.
– Учись, работай и ни о чем не переживай. Я покормлю вовремя нашу девочку, мы погуляем, поиграем, даже спать уложу, если нужно будет.
– Нет-нет, спасибо. Думаю, к тому времени Наташа уже вернется домой. Тем более, вам ещё обратно ехать. Да и Дариша та ещё девочка с моторчиком, да?
– Да!
– ярко сияет наша звездочка, демонстрируя ряд мелких белых зубок.
– Ну, ладно. Но, если что мне несложно. Нам с Булатом только в радость посидеть с нашей малышкой.