Чтение онлайн

1. Палец представляет собой две фаланги: ногтевую и среднюю. Вероятнее всего, это указательный палец, но сказать, какой именно руки — правой или левой, — не представляет возможности, так как строение пальцев обеих рук одинаково.

2. Этот палец принадлежит, по всей вероятности, руке человека, знакомого с маникюром, и имеет вид выхоленный.

1.3. Эксперт более склонен признать, что это палец женщины, имевшей тонкие, длинные пальцы.

4. Он отделен по линии межфалангового сустава. Края сустава и кожа представляются ровными. Поэтому эксперт предполагает, что палец скорее отрезан каким-либо острым режущим предметом, чем оторван при разрыве какого-либо предмета.

5. Палец принадлежит взрослому человеку средних лет.

6. Оба кусочка кожи отделены от руки человека, но от какой именно части руки и какой именно, определить не представляется возможности.

Понятые.

Судебный следователь Н. Соколов.

Генерал-лейтенант Дитерихс.

Врач Григорий Иванович Егоров».

Но и тут мы вынуждены признать, что мнение эксперта, как ранее и мнения Деревенко и Чемодурова, носило исключительно предположительный, вероятностный характер. Никаких доказательств принадлежности этого пальца кому-либо из Романовых или их окружения у следствия как не было, так и не появилось.

Тел же «убитых» в распоряжении следствия по-прежнему не было. И будучи неплохим юристом, Соколов прекрасно понимал, что без их находки или вразумительного объяснения отсутствия дело развалится. Но если тела не обнаружены, а двух небольших костерков на Ганиной Яме явно недостаточно для сжигания одиннадцати трупов, то необходимо во что бы то ни стало найти такие обстоятельства, при которых сожжение было бы возможным!

Почтовая марка СССР с изображением П.Л. Войкова. 1988 г.

Из показаний крестьян и путевого сторожа на железной дороге было известно, что по дороге на Коптяки (в район Ганиной Ямы) в середине июля перемещались подводы и грузовики с красноармейцами, а в кузове грузовиков были замечены бочки с бензином. Кроме того, Соколовым были получены показания аптекаря о том, что перед эвакуацией в июле 1918 года большевики получили изрядное количество серной кислоты… для заправки аккумуляторов автомобилей. Требование на выдачу кислоты было подписано областным комиссаром снабжения П.Л. Войковым [131] .

Отрубленный палец в следственном деле Н.А. Соколова. ГАРФ

Это рукописное требование, заодно с апокрифическими воспоминаниями провокатора Беседовского, стали основанием для обвинения Войкова в уже современной России в причастности к убийству Романовых. Несколько лет назад патриарх Кирилл обращался к москвичам с просьбой о переименовании станции метрополитена «Войковская», но понимания среди горожан эта инициатива не встретила. Как бы то ни было, но в руках Соколова оказались новые «улики»:

«Копия

Г. Судебному Следователю Омского Окружного Суда по особо важным делам.

Сообщаю Вам о нижеследующем:

[-]

4. Управляющий домом № 40 на Златоустовской ул. и аптекарским магазином «Русское Общество» Максимилиян Данилович МЕЦНЕР говорит, что летом прошлого 1918 года, незадолго перед уходом из Екатеринбурга большевиков, какого дня и числа не помнит, около 7 часов вечера, к нему в квартиру явился незнакомый мужчина предъявил бумагу от комиссара Войкова об отпуске 5 пудов серной кислоты. Явившийся человек, видимо, предполагал, что в отпуске кислоты будет встречено какое-нибудь препятствие или замедление, поэтому он обратился к Мецнеру с резкими и угрожающими словами. Тогда же Мецнер выдал один битон японской серной кислоты в деревянном ящике под росписку на предъявленной бумаге, весом 2 п. 31 ф. Около 10 ч. вечера, в тот же день, по телефону комиссар Войков велел приготовить еще три битона с кислотой, за которыми приехали на простой телеге 3 или 4 человека с винтовками, один из них был как будто «старший» после полночи, ящики были раньше приготовлены во дворе около ворот, ящики сложены были на телегу и увезены в сторону Главного проспекта. Мецнер в своей конторе «Русского Общества» приказал своим подчиненным найти накладную на указанный товар, причем найдены подлинные бумаги следующего содержания: 1/ «Предлагаю, немедленно без всякой задержки и отговорок выдать из Вашего склада пять пудов серной кислоты предъявителю сего. Обл.Комиссар Снабжения Войков». Это писано чернилами, а ниже следует росписка карандашем: «Серной кислоты 2 п. 31 ф. получил секретарь Зимин 17/VII». 2/«Предлагаю выдать еще три кувшина японской серной кислоты предъявителю сего.

Обл. Комиссар Снабжения Войков». Ниже следует расписка: «Три кувшина серной кислоты получил Секр Зимин 17/VII». Далее следует подпись конторы «3/ «4 ящикисл. серной. На лицо 4X2 п. 31 ф. 11 п. 4 ф. пд 15- Р. 166. 50. Упак. 30 196 р. 50 к. 18/VII».

Требование на выдачу серной кислоты с подписью ПЛ. Войкова. ГАРФ

Мецнер не мог припомнить, когда и где росписывался Зимин в получении кувшинов с кислотой, но Зимин, между прочим, ему говорил, что кислота нужна для броневика. По объяснению Мецнера серной кислоты на складе тогда было до 40 кувшинов, кислоту эту обыкновенно употребляют на кожевенных заводах, для фруктовых заводов и для разных технических целей. Употребляется ли кислота для броневиков не знает.

4/ Заведующий местным автомобильным гаражем пояснил, что для автомобилей, броневиков употребляется /для комулятора / серная кислота до 3-х фун. в месяц на каждую машину[…].

6/Переданные мне Мецнером документы при сем представляю.

7 мая 1919 г.

Кол. Ас. Сретенский

С подлинным верно:

Судебный Следователь

по особо важным делам Н. Соколов» [132] .

По мнению Соколова, кислоты и бензина было вполне достаточно, чтобы с их помощью сжечь без остатка одиннадцать тел. Утверждение спорное, до сих пор вызывающее ожесточенные дискуссии между экспертами-криминалистами. Однако удивляет скорее другое.

Грузовой автомобиль «Fiat», аналогичный замеченному очевидцами в районе Ганиной Ямы в июле 1918 г.

Почему Соколов и другие участники его следственной команды даже не задумались о том, что и бензин, и кислота могли быть использованы большевиками по своему прямому назначению — для заправки бензобаков и «комуляторов» многочисленного гаража красных, готовящегося к поспешной эвакуации в Пермь? Разумеется, кислота нужна была для заправки аккумуляторов не только броневиков, но и грузовых, и легковых автомобилей, которых насчитывалось в распоряжении красных в Екатеринбурге около трех десятков.

Таким образом, 90 килограммов (5 пудов) серной кислоты выглядят не столь ужасающим объемом, а составляют как раз удвоенный месячный объем (3 фунта — 1,2 килограмма), необходимый, по мнению заведующего гаражом, для одного автомобиля. При отправке же в эвакуацию, где по дороге не предвиделось ни мастерских, ни привычных нам сегодня автосервисов, было вполне логично не только заправить аккумуляторы кислотой, но и иметь с собой запас еще для одной заправки.

С бочками же бензина, стоящими в кузовах красных грузовиков, все еще прозаичнее. В те годы не было в помине не только автосервисов, но и бензоколонок, а расход топлива у грузовиков составлял (не удивляйтесь!) от 50 до 100 литров бензина на 100 километров! В тогдашней рекламе автомобилей было даже принято указывать расход топлива не на 100 километров, а на 1. И канистры тогда тоже не выпускались. Шоферам же настоятельно рекомендовалось избегать выезда на бездорожье. Таким образом, застрявший в Поросенковом Логу грузовик с бочкой в кузове получает совершенно прозаическое объяснение: перед поездкой на Ганину Яму красноармейцы не только залили горючим бензобак, но и загрузили в кузов «канистру» бензина, чтобы топлива наверняка хватило на обратный путь.