Чтение онлайн

27 февраля 1998 года Правительство России приняло решение о захоронении останков Николая II и членов его семьи в соборе Петропавловской крепости Санкт-Петербурга — некрополе императорской фамилии, которое и состоялось 17 июля 1998 года.

Не оставалась в стороне от происходящего и Русская православная церковь. Вслед за новой властью, стремящейся изо всех сил опорочить предшествующий 70-летний отрезок советской истории, отцы церкви также включились в создание новой идеологии и новых героев.

В 2000 году на Архиерейском соборе Русской православной церкви царская семья была причислена к лику святых в составе Собора новомучеников и исповедников Российских, явленных и неявленных (общим числом 860 человек). Тут будет уместна небольшая ремарка. За двести лет, предшествовавших 1917 году, РПЦ причла к лику святых лишь… 4 человека! Окончательное решение было принято 14 августа на собрании в зале храма Христа Спасителя. Единственным из церковных иерархов, высказавшимся против канонизации царской семьи, стал митрополит Нижегородский Николай: «…когда все архиереи подписывали канонизационный акт, я пометил около своей росписи, что подписываю все, кроме третьего пункта. В третьем пункте шел царь-батюшка, и я под его канонизацией не подписывался… он государственный изменник… он, можно сказать, санкционировал развал страны. И в противном меня никто не убедит». Чин канонизации был совершен 20 августа 2000 года.

Итак, в «царском деле» поставлена новая точка, убитые похоронены и прославлены церковью. Но! Признавая святость царя и его домашних, церковь тем не менее усомнилась… в принадлежности найденных под Екатеринбургом останков и отказалась их признать.

На церемонии погребения в Петропавловской крепости в 1998 году патриарха не было, а читавший молитвы священник, говоря о погребаемых, произнес: «Имена же их Ты, Господь, веси…» То есть фактически отпевали тогда безымянные неопознанные останки…

Что же дальше? А дальше в 1997 году в том же Поросенковом Логу были обнаружены сто с небольшим граммов обожженных костей, которые возобновленное следствие немедля признало останками двух царских детей — Алексея и Марии. К делу вновь подключилось правительство, и уже готово было его постановление о захоронении новых косточек в том же Петропавловском соборе. Однако позиция церкви не менялась.

Наконец, в 2015 году было вновь начато следствие по «царскому делу», на этот раз Следственным комитетом России. Подключилась к нему и специально созданная церковная комиссия. К 100-летию событий 1918 года ожидалось объявление итогов их работы. Но последовала… тишина.

Тут надо сказать, что наличие нетленных мощей для православной церкви является одним из ключевых критериев святости, так же как для следственных органов наличие трупов является едва ли не основным аргументом, позволяющим доказать в суде факт совершенного убийства. Недаром у следователей долгие годы в ходу поговорка: «Нет тела — нет дела». Соответственно, признание или непризнание идентичности так называемых «екатеринбургских останков» является важнейшим звеном в цепочке расследования истинной судьбы последнего русского царя и его семьи.

В последующих главах этой книги мы постараемся поэтапно познакомить читателей с доказательной базой, собранной белогвардейскими и нынешними российскими следователями. Расскажем мы и о документах, по каким-то причинам следователями никогда не рассматриваемых. Но, повторимся, наш рассказ пойдет именно о версиях тогдашних событий. Окончательную же точку в этом детективе, продолжающемся более столетия, может поставить только открытое судебное разбирательство, скрупулезно взвесившее всю аргументацию за и против каждой из версий.

Прежде чем перейти к основному рассказу, напомним, что всего версий судьбы последнего русского императора и его окружения три. И все они в той или иной степени основаны на материалах белогвардейских следствий 1918–1920 годов, современного следствия, а также на не принятых во внимание официальными следователями архивных документах, показаниях, воспоминаниях участников, дипломатической переписке.

1. Официальная версия. Согласно так называемой «записке Юровского», нескольким поздним, 1940–1960 годов, воспоминаниям «участников расстрела» и телеграмме Свердлову комиссара Белобородова из Екатеринбурга, все семейство было расстреляно в подвале Ипатьевского дома 17 июля 1918 года, а трупы захоронены под «мостиком из шпал» в районе Поросенкова Лога, откуда благополучно и извлечены в 1991 году. Высшее руководство большевиков в Москве было не в курсе расстрела, поставленное Белобородовым перед свершившимся фактом.

2. Версия белогвардейского следователя Соколова и его «идейного вдохновителя» генерала Дитерихса. Семейство было расстреляно в подвале Ипатьевского дома 17 июля 1918 года, трупы вывезены в район урочища Четыре Брата на Ганиной Яме, расчленены и полностью уничтожены с помощью огня и серной кислоты. Казнь носила ритуальный характер, сопровождаясь истязанием жертв. Отсеченные головы казненных вывезены в Москву и переданы Ленину и Свердлову в Кремле. Расстрел совершен по прямому указанию Москвы.

3. Наконец, согласно многочисленным показаниям свидетелей и данным следователей, работавших в августе 1918 года в доме Ипатьева и в окрестностях Екатеринбурга, император и наследник, а также слуги, вероятнее всего, расстреляны. Императрица с дочерями вывезены большевиками в Пермь, а в подвале дома Ипатьева произведена инсценировка массового убийства. После Перми следы арестованных теряются, однако существует ряд документов, наводящих на мысль об их перемещении на территорию Германии и Польши. Соответственно, московские большевики осуществили это в тесном контакте с германскими МИДом и Генеральным штабом.

На последующих страницах мы рассмотрим все происходящее летом и осенью 1918 года, опираясь исключительно на документальные свидетельства той эпохи и на дошедшие до наших дней вещественные доказательства, собранные белогвардейским и нынешним следствиями.

В марте 1917 года под давлением высшего генералитета и думской оппозиции император Николай II подписал документ об отречении от престола за себя и сына в пользу младшего брата Михаила Александровича. На отречении настаивали все без исключения командующие фронтами и флотами империи, включая дядю царя, бывшего Верховного главнокомандующего великого князя Николая Николаевича (младшего). Не было лишь телеграммы от командующего Черноморским флотом адмирала А.В. Колчака.

Однако великий князь Михаил Александрович также предпочел отказаться от вступления на престол до объявления Учредительным собранием результатов всенародного голосования об «образе правления» в стране. Власть в России перешла в руки Временного правительства.

Чтобы лучше понять отношение к монархии в тогдашней России, имеет смысл вкратце проанализировать реакцию одного из краеугольных столпов тогдашнего государства — православной церкви, в лице Святейшего Синода и высших иерархов.