Чтение онлайн

— В договоре написано «первенец». Не имеет значения, мальчик или девочка. Когда Лире исполнится восемнадцать, король может потребовать её ко двору. И она станет его пленницей. Или невестой наследника — что одно и то же.

— А если вы умрёте?

— Если я умру раньше, долг переходит к Лире автоматически. Она станет его собственностью.

— И поэтому вы женитесь снова? — спросила я. — Чтобы родить другого ребёнка? Сына, который заменит Лиру?

— Это одна из причин, — признал он. — Но не главная. Главная — я не хочу, чтобы Лира жила в постоянном страхе. Если у неё будет отчим — или мачеха, которая сможет её защитить… возможно, король передумает.

— И вы решили сделать мачехой меня? — усмехнулась я. — Бездарную няню, которую наняли месяц назад?

— Я не планировал. Это вышло случайно. Но теперь, когда посол видел нас вместе, отступать поздно. Если я объявлю, что ты просто няня, он использует это.

— Использует как?

— Придёт с обыском. Найдёт предлог. Арестует тебя. И будет пытать, пока ты не расскажешь всё, что знаешь о Лире и обо мне.

— Я ничего не знаю.

— Он не поверит.

Я закрыла глаза.

«Ты вляпалась, Сайфер, — повторил внутренний голос. — Ты вляпалась по-крупному. Теперь ты не просто няня. Ты невеста опасного мага. И у тебя нет выхода».

— Сколько времени у нас есть? — спросила я.

— Месяц, — сказал Мэриус. — Через месяц король предъявит ультиматум: либо Лира едет ко двору, либо война.

— А что произойдёт через месяц?

— Либо мы найдём способ победить, — сказал он. — Либо я отдам жизнь, чтобы спасти её.

— А я?

— Ты — моя невеста. — Он посмотрел мне в глаза. — Если мы объявим о помолвке официально, у тебя появится иммунитет. Тебя нельзя тронуть без объявления войны моему дому. А война никому не нужна.

— Значит, я должна играть роль до конца месяца? — спросила я.

— Дольше, — сказал он. — До тех пор, пока Лира не станет совершеннолетней. Тринадцать лет.

Я рассмеялась. Горько, надрывно.

— Вы шутите?

— Ни капли, — ответил он. — Я предлагаю тебе сделку, Сайфер. Ты играешь роль моей невесты, а потом — жены — и помогаешь мне защищать Лиру. Я плачу тебе золотом, даю защиту, кров, еду. А когда Лира вырастет — ты свободна. С хорошим приданым и с хорошими рекомендациями.

— Или я умру раньше, — сказала я.

— Или ты умрёшь раньше, — согласился он. — Но шанс выжить здесь выше, чем в порту Кровавых скал. Ты сама это знаешь.

Я смотрела на него.

На его серебряные глаза, в которых застыла усталость. На его руки, которыми он нежно поправлял одеяло Лиры сегодня утром — я заметила, хотя он думал, что я не вижу. На его лицо, которое сейчас было открытым, без масок.

И я поняла, что у меня нет выбора.

— Хорошо, — сказала я. — Я согласна.

Он кивнул.

— Тогда завтра мы объявим о помолвке. А сегодня — иди спать. У тебя был долгий день.

Я встала и направилась к лестнице. Уже на ступеньках я обернулась.

— Мэриус?

— Да?

— Портрет. Вы сказали, что Серафина просила пощады в последние мгновения. Вы тоже просили?

Он не ответил. Только отвернулся к фонтану, и его силуэт в серебряном свете стал похож на памятник.

Я поднялась в свою комнату, легла на кровать и долго смотрела в потолок.

«Не верь его слезам, — шептал голос из дневника. — Он сам…»

Он сам что?

Убийца? Жертва? И то, и другое?

Я не знала.

Но я знала одно: я ввязалась в игру, правила которой не понимаю. И если хочу выжить, мне нужно научиться играть лучше, чем Мэриус.

И лучше, чем посол.

И лучше, чем король.

Я закрыла глаза.

Завтра я стану невестой.

Сегодня я просто выживу.

Я проснулась от того, что кто-то смотрел на меня.

Открыла глаза — в дверях стояла Лира. Босая, в ночной рубашке, с растрёпанными белыми волосами. В руках она держала кусок мела и свою неизменную доску — маленький грифельный планшет, на котором обычно рисовала.

— Доброе утро, — сказала я, садясь на кровати.

Она подошла и молча показала мне рисунок. На доске была нарисована я — в платье, с короной на голове, а рядом — Мэриус, и между нами — сердце, пронзённое стрелой.

Я невольно улыбнулась.

— Ты знаешь? — спросила я. — Про помолвку?

Лира кивнула. Потом стёрла рисунок и нарисовала новый — три фигуры: она, я и Мэриус, держащиеся за руки. Вокруг — солнце, цветы, птицы.

— Ты хочешь этого? — спросила я.

Она кивнула с очень серьёзным лицом. Потом взяла меня за руку и прижала к своей груди — там, где сердце.

— Хорошо, — сказала я. — Я постараюсь быть хорошей… мачехой. Или кем я там буду.

Лира улыбнулась, развернулась и убежала.

Я сидела на кровати и смотрела ей вслед. Эта девочка, которая не говорила ни слова, умудрялась объяснять целые миры за несколько секунд. И она, кажется, действительно хотела, чтобы я стала частью их семьи.

Или это был её дар — заставлять людей чувствовать то, что нужно ей?

Я отогнала эту мысль. Лира была ребёнком. Просто ребёнком, который потерял мать и хотел, чтобы рядом с отцом снова появилась женщина.

После завтрака Мэриус позвал меня в свой кабинет. Он сидел за столом, разбирая какие-то бумаги. Его лицо было сосредоточенным, почти мрачным.

— Садись, — сказал он, указывая на стул.

Я села.

— Нам нужно поговорить о деталях, — начал он. — О нашем… соглашении.

— Фиктивной помолвке, — уточнила я.

— Назовём это временной стратегической необходимостью. — Он отложил бумаги и посмотрел на меня. — Ты уже знаешь, что Лира — цель для королевства. Но есть ещё кое-что, о чём я не сказал тебе вчера.

— Что именно?

— Лира — не просто наследница моего долга, — сказал он медленно. — Она — ключ к древнему оружию. Оружию, которое может уничтожить целые армии. Или — дать власть над всеми магами континента.

Я замерла.

— Какому оружию?

— Артефакт называется «Кубок Перерождения», — ответил Мэриус. — Он был создан тысячу лет назад, в эпоху войн между магами и людьми. Кубок может либо даровать магию тому, у кого её нет, либо забрать её у мага навсегда. Энергия кубка запечатана в крови моей семьи. И Лира — последняя, кто может его активировать.