Целуй, пока не поздно
Шрифт:
— Вижу, — сказал он. — Они здесь. Раньше, чем я думал.
— Что делать?
— Уводи Лиру в руины, — сказал он. — Там есть подземный ход. Спрячь её и возвращайся ко мне.
— Я не оставлю тебя одного.
— Ты не оставишь Лиру, — сказал он. — Это приказ.
— Ты не мой командир.
— Нет. Ты — няня Лиры. И твоя задача — защищать её. Даже ценой моей жизни.
Я посмотрела на Лиру. Она не плакала. Смотрела на отца с ужасом, но не двигалась.
— Иди, — сказал Мэриус. — Быстро.
Я схватила Лиру за руку и побежала к руинам. Позади слышались крики — наёмники высаживались на берег.
Руины встретили нас тишиной. Алтарь светился алым — сильнее, чем раньше.
— Где вход? — спросила я.
Лира показала на колонну, покрытую рунами. Я подошла — за колонной была щель, достаточно широкая, чтобы пролезть человеку.
— Полезай, — сказала я.
Лира залезла в щель, повернулась, посмотрела на меня.
— Я вернусь, — пообещала я. — Обещаю.
Она кивнула и исчезла в темноте.
Я побежала обратно к пляжу.
Мэриус стоял на коленях на песке, окружённый пятью наёмниками. Его руки были связаны магическими цепями — серебристыми, пульсирующими.
— Сдавайся, маг, — сказал один из наёмников, здоровенный детина с топором. — Король милостив, может, оставит тебя в живых.
— Мне не нужна его милость, — ответил Мэриус.
— Тогда умри.
Детина занёс топор.
— Стой! — закричала я.
Все обернулись.
Я стояла на краю пляжа, с кинжалом в руке. Без магии. Без брони. Без шансов.
— Ещё одна, — усмехнулся детина. — Баба с ножиком. Убейте её и этого, и найдём девчонку.
Двое наёмников отделились от группы и пошли ко мне.
Я не побежала.
Я помнила, что говорил Мэриус: «Если ты проснёшься во время битвы — высоси их силу».
Но я не знала, как это сделать.
Они приближались. Медленно, с усмешками. Один — с мечом, другой — с магическим посохом. Маг.
— У неё нет дара, — сказал маг, сканируя меня. — Она ноль. Убей её просто так.
— С удовольствием, — сказал мечник и замахнулся.
Я увернулась. Плохо — лезвие полоснуло по плечу. Боль обожгла, кровь потекла по руке.
— Сайфер! — закричал Мэриус. — Беги!
Я не побежала.
Я зажмурилась и потянулась внутрь себя — туда, где жила Жница.
«Проснись, — позвала я. — Проснись! Мне нужна твоя сила!»
Тишина.
Мечник ударил снова. Я едва успела отскочить. Песок взметнулся в лицо.
«Пожалуйста, — взмолилась я. — Я не хочу умирать. Я не хочу, чтобы они убили Лиру. Проснись!»
И вдруг — вспышка.
Не боль. Не жар. Что-то другое.
Как будто внутри меня открылась дверь, которую я запечатала три года назад. И оттуда хлынула сила.
Не золотая, как раньше. Чёрная. Тяжёлая. Холодная.
Она наполнила мои каналы, мои вены, мою душу. Я почувствовала, как мир изменился — я видела магию. Она была везде. В песке, в воде, в воздухе. И в этих людях.
Особенно в маге.
Его сила пульсировала ярко-синим светом — вкусная, сочная, полная.
Я захотела её.
Не как дар. Как голод.
Я подняла руку. Чёрная энергия вырвалась из моих пальцев, устремилась к магу. Он закричал — его сила потекла ко мне, как вода в сухую землю.
Я пила.
Я пила его магию, его жизнь, его душу. Он старел на глазах — морщины, седина, сморщенная кожа. Через десять секунд на песке лежал не человек, а мумия.
Мёртвая.
— Что это? — закричал мечник.
Я повернулась к нему. Внутри меня Жница ликовала.
— Ты следующий? — спросила я.
Он побежал.
Я не стала его преследовать. Перевела взгляд на других наёмников — тех, кто держал Мэриуса.
— Отпустите его, — сказала я.
— Она Жница, — прошептал один. — Мы не можем сражаться с Жницей.
— Отпустите, — повторила я.
Они разжали цепи. Мэриус упал на песок, поднялся, потёр запястья.
— Уходите, — сказал он наёмникам. — И скажите королю, что если он ещё раз пришлёт убийц, я лично явлюсь во дворец и убью его.
Наёмники бросились к кораблю.
Я стояла на пляже, глядя на свои руки. Они светились чёрным. Жница гудела внутри, насытившись.
— Сайфер, — сказал Мэриус.
Я подняла голову.
— Ты — Жница, — сказал он с ужасом. — Таких истребляли тысячу лет назад.
— Я знаю, — ответила я.
— Ты убила человека.
— Он хотел убить тебя. И меня. И Лиру.
— Это не оправдание.
— А какое оправдание нужно? — спросила я. — Скажи мне. Когда враг приходит убить твоего ребёнка, какое оправдание нужно, чтобы убить его?
Мэриус молчал.
— Я сделала то, что должна была сделать, — сказала я. — Я защитила нас.
— Ты защитила нас, — кивнул он. — Но ты также выпустила Жницу. И теперь она будет требовать всё новых жертв. Ты не сможешь её контролировать.
— А ты можешь контролировать свою магию?
— Да, потому что я учился этому двадцать лет.
— У меня нет двадцати лет, — сказала я. — У нас есть только сегодня. И завтра. И, может быть, послезавтра. А потом король пришлёт новых убийц. Или придёт сам.
— Ты права, — сказал он. — Но я боюсь.
— Я тоже.
Мы пошли в руины за Лирой. Она сидела в подземном ходе, дрожала, но не плакала. Увидев нас, бросилась навстречу, обняла меня.
Потом отстранилась, посмотрела на мои руки — они всё ещё светились чёрным — и заплакала.
— Всё хорошо, — сказала я. — Я не причиню тебе вреда.
Она написала на стене: «ТЫ СТАЛА ЖНИЦЕЙ».
— Да.
«ТЫ УБИЛА ЧЕЛОВЕКА».
— Да.
«ОН БЫЛ ПЛОХИМ?»
— Он хотел убить твоего отца.
Лира подумала и написала: «ТОГДА ЭТО ХОРОШО».
— Нет, — сказал Мэриус. — Убийство никогда не бывает хорошим.
Лира посмотрела на него с вызовом и написала: «ТЫ УБИВАЛ».
— Да. И я жалею об этом каждый день.
«ТЫ ЖАЛЕЕШЬ, ЧТО ЗАЩИТИЛ МЕНЯ?»
Мэриус замолчал.