Чтение онлайн

— Или придёт сам, — добавила я.

— Или сам, — согласился он.

— Куда?

— Домой, — ответила Лира. — В Стеклянный дом. Там наши вещи, наша защита, наш Кубок-копия.

— Там опасно, — напомнил Мэриус.

— Везде опасно, — ответила она. — Но дома у меня есть моя комната. И кровать. И игрушки. Я устала спать на полу.

Мы рассмеялись — нервно, истерично, но искренне.

— Хорошо, — сказал Мэриус. — Едем домой.

Он поднял на руки Лиру. Я подобрала с пола Кубок — настоящий — и спрятала его за пазуху. Он был тёплым, почти горячим.

— Сайфер, — позвал Мэриус.

— Да?

— Ты как? Жива?

— Жива, — ответила я. — Хотя пить из Кубка больше не буду.

— Мудрое решение.

Мы вышли из портала, и он закрылся за нами. Алтарь погас.

— Что будем делать с телом? — спросила я, кивнув на наёмника.

— Оставим здесь, — ответил Мэриус. — Король найдёт. Пусть знает, что его людей убивают.

— А если он придёт за ним?

— Тогда мы встретим его, — сказал он. — Все вместе.

Лира зевнула и прижалась к отцу.

— Я устала, — сказала она. — Можно я посплю?

— Спи, — ответил я. — Мы тебя разбудим, когда приедем.

Она закрыла глаза и мгновенно уснула — ребёнок, уставший от убийств и магии.

Мы шли через лес к берегу, где стоял наш корабль.

— Как ты думаешь, — спросил Мэриус, — король знает, что мы возвращаемся?

— Наверняка, — ответила я. — У него везде шпионы.

— Тогда дом будет не безопаснее, чем остров.

— Дом — это дом, — сказала я. — Там есть стены. Там есть магия. Там есть портрет Серафины, который может стать свидетелем.

— Ты всё ещё злишься на меня?

— Я никогда не перестану злиться, — ответила я. — Но я устала злиться. Сейчас я просто хочу жить. И чтобы Лира жила.

— А я?

— А ты — живи, если сможешь.

Он усмехнулся.

— Честно.

— Всегда.

Мы вышли к кораблю. Мэриус уложил Лиру в каюту, проверил паруса. Я стояла на корме и смотрела на остров, который исчезал в тумане.

«Ты убила человека, — прошептала Жница. — Снова. Но не ты, а девочка. Ты спаслась чужой смертью».

«Я спаслась своей решимостью выпить яд, — ответила я. — И её умом».

«Ты всё равно убийца. И она — убийца. И он — убийца. Семейка».

«Зато вместе», — ответила я.

И улыбнулась.

Корабль отчалил. Ветер наполнил паруса. Мы плыли домой.

Мы плыли домой три дня.

Три дня, в течение которых я училась быть человеком.

Звучит странно, да? Я и была человеком. Плоть, кровь, кости — всё на месте. Но внутри меня, в тех глубоких каналах, где когда-то пульсировала магия, а потом проснулась Жница, теперь была тишина. Не пустота — тишина. Как после бури, когда волны успокаиваются, ветер затихает, и только мокрый песок напоминает о том, что шторм был.

Я сидела на корме корабля, смотрела на воду и пыталась понять, кто я теперь.

Лира спала в каюте — после всего, что случилось на острове, она была истощена. Её тело требовало отдыха, но разум отказывался. Она часто просыпалась с криком, рисовала на стенах каюты кровавые картины, а потом снова засыпала. Мэриус говорил, что это нормально — её дар развивается, и видения становятся всё более яркими, всё более невыносимыми.

— Она станет сильнее, — сказал он вчера вечером, сидя рядом со мной на корме. — Или сойдёт с ума. Пока непонятно.

— Ты всегда смотришь в будущее с пессимизмом, — заметила я.

— Я смотрю в будущее с реализмом, — ответил он. — Разница большая.

Я не стала спорить.

К вечеру третьего дня показался берег. Порт Кровавых скал был виден издалека — огни, дым, суета. Но мы не пошли в порт. Мэриус обогнул скалы и причалил к маленькой бухте, скрытой от посторонних глаз.

— Отсюда до утёса полчаса пешком, — сказал он. — Лиру понесу я, ты иди за нами.

— Я не инвалид, — огрызнулась я.

— Ты ранена, — напомнил он.

Рана на моём плече, которую наёмник-иллюзионист нанёс мне ещё на острове, до сих пор не зажила. Я перевязывала её каждый день, но она гноилась, болела, пахла чем-то сладковатым. Мэриус сказал, что клинок был отравлен, но смог нейтрализовать часть яда своей магией. Часть. Не весь.

— Пройдёт, — сказала я.

— Пройдёт, — повторил он, но в его голосе не было уверенности.

Мы поднялись на утёс по старой тропе. Дом встретил нас тишиной и темнотой. Голем-стражник стоял у ворот, но не шевелился — его магический источник, видимо, разрядился за время нашего отсутствия.

— Я перезаряжу его завтра, — сказал Мэриус, открывая дверь ключом (обычным, железным — магический замок тоже разрядился).

Внутри дома было холодно и пыльно. Недели без присмотра сделали своё дело. Лира чихнула, проснулась и прошептала:

— Я дома.

— Да, — ответил Мэриус. — Мы дома.

Он уложил её в её кровать, поцеловал в лоб и вышел в коридор. Я ждала его, прислонившись к стене.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказал он.

— Тебе тоже.

— Я проверю защиту.

— Ты устал.

— Я маг, Сайфер. Я могу не спать несколько дней.

— Не надо, — сказала я. — Останься.

Он посмотрел на меня долгим взглядом. Потом кивнул и пошёл за мной в комнату Серафины — ту самую, где я спала до отъезда.

Мы легли на кровать, не раздеваясь. Я прижалась к его плечу, чувствуя тепло его тела.

— Мэриус, — сказала я.

— Мм?

— Ты боишься короля?

— Да, — ответил он. — Он сильнее меня. И у него больше ресурсов.

— А мы? У нас есть я. Жница.

— У нас есть ты, — согласился он. — Но ты ранена. И твой дар нестабилен.

— Он станет стабильным, — сказала я. — Я научусь его контролировать.

— Надеюсь.

Он поцеловал меня в макушку, и я уснула.

Мне приснился сон.

Я стояла в тронном зале. На троне сидел король — не тот, которого я видела раньше, а другой. Молодой, красивый, с чёрными волосами и серыми глазами, как у Лиры.

— Привет, Жница, — сказал он. — Я ждал тебя.

— Я не Жница, — ответила я. — Я — Сайфер.