Чтение онлайн

– Ладно, Чума, хорош разводить парня, - неожиданно подал голос Весло. Коли уж он с нами канат тянуть ухватился, другой конец не отвязывай! Мне лично Витюха по душе.

Чума удивленно поиграл бровями. Сказал:

– Ишь как спелись... Кто бы знал! Ну да ладно.
– Строго взглянул на Витька.
– Коли Весло по такому течению погреб, я сворачиваю паруса. Но ты, Весло, и в ответе за него будешь...
– Вытащив из-за пояса два пистолета, положил их на стол - потертый "Макаров" с треснутой щечкой рукоятки и знакомый элегантный маузер-мелкашку.

Корявая лапа Весла накрыла милый сердцу Витька пистолетик. Пришлось довольствоваться расхожим армейским оружием.

– Ну, полетели!
– Чума сладко потянулся.
– Расклад такой. меняем номера и едем к хате. Ольга, как всегда, звонит в дверь. Лох один... Ее узнает, откроет. Тут чисто психологически... У фрайера женушка, он Ольгу с тротуара свинтил, попользовался, а теперь нате - явилась... Вопрос: зачем? Забыла что? Колечко, к примеру, потерялось... А вдруг претензия какая? Или блажь? Вдруг пришлепает вновь, когда супружница в доме?.. Тут Крученый все точняком прикинул... Мы с тобой, - подмигнул Веслу, - за Ольгиной попкой хоронимся. Как обычно. Влетаем - и понеслось. Антоша и Витюха - следом. Прессуем фрайера, начинаем шмон. Ольга с рацией отваливает на "атас". Такая азбука.

Витек хотел задать вопрос о возможности крайне нежелательной для него "мокрухи", но прикусил язык... В любом случае отступать некуда. Добиться от лживого насквозь Чумы правды о его истинных замыслах не смог бы и дьявол, а попытка торга означала бы потерю лица... И, соответственно, головы.

Расчет Крученого оказался точен: увидев в дверном "глазке" безобидную девчонку, с которой он провел незабвенное времечко, хозяин квартиры отодвинул задвижку замка, и в следующую секунду банда ворвалась в коридор.

Чума привычно, без промаха ударил жертву кулаком в кончик носа; это был его любимый прием: кровь, невольные слезы, растерянность и ослепленность...

Не теряя зря времени, Весло коротко и пружинисто толкнул незадачливого кавалера ладонями в грудь, отчего тот, потеряв равновесие, отлетел к стене и рухнул на пол.

– А теперь - тихо!
– зловеще произнес Чума, уперев ствол пистолета ему в лоб. Коротко обернувшись на входящих в квартиру Витька и Антона, распорядился: - Оба, шмон по сусекам, один - на рации...
– Затем, вновь обратившись к поверженному молодому, симпатичному крепышу лет тридцати, до недавних пор лучившемуся уверенностью и благополучием, с угрозой продолжил: - Значит, так. Буду задавать вопросы. Один неверный ответ - и пуля у тебя в башке, обещаю твердо. Вопрос первый: где бабки?

– Спокойно, ребята, все понимаю...
– утерев ладонью кровь с подбородка и с досадой на ладонь посмотрев, отозвался хозяин.
– Деньги и драгоценности в сейфе, сейчас открою, бить не надо, все отдам...
– Держась неверной рукой за край антикварного, в искусной резьбе комода, приподнялся, подошел, покачнувшись, к сейфу, вмонтированному в стену над письменным столом. Растерянно чертыхнувшись, произнес: - Ключ в столе...
– И потянулся открыть ящик, но был остановлен бдительным выкриком Чумы:

– Я сам! Не дергаться, гнида!

Хозяин квартиры послушно замер на месте.

Чума выдернул на пол ящик стола, рассыпавшегося разной всячиной: бумаги, скрепки, компьютерные дискеты, зажигалки, авторучки, ключи...

– Который?
– указав глазами на ключи, спросил Чума.

– Этот...
– хозяин показал на плоский, с хитрыми, извилистыми бородками.

Чума механически наклонился, поднимая указанный предмет.

Витек и Весло, зазевавшиеся на украшавшую стену коллекцию старинных мечей, даже не заметили, как покорная до сей поры жертва вдруг молниеносно и жестко ударила наклонившегося Чуму умело вывернутой стопой в лоб.

Чума отлетел под ноги подельников, мгновенно, впрочем, поднялся, однако коварный хозяин времени зря не терял: сунув руку за боковую стенку стола, извлек спрятанный за ней никелированный "ТТ", незамедлительно грохнувший оглушительными выстрелами...

Дернулся, потерянно схватившись за грудь, Весло; завыл Чума - ему пуля угодила в руку; почувствовав, как упруго обожгло висок, Витек в следующее мгновение, пригнувшись, выскользнул в прихожую.

Далее все происходило как в тумане...

Едва не сбив с ног выскочившего из соседней комнаты Антона, они скопом выбежали из квартиры; понеслись под ногами ступеньки лестницы, ведущей к выходу из подъезда, где прохаживалась, блаженно щурясь под солнышком и чаруя прохожих стройными, загорелыми ножками, едва прикрытыми легким платьицем, стоявшая на "атасе" Ольга.

Не сговариваясь, попрыгали в машины. Антон и его ничего не понимающая сестрица уехали на своей; Витек, Чума и Весло покатили куда глаза глядят.

Витек косился на сидевшего рядом Весло, чье смуглое лицо на глазах приобретало мучнистый оттенок, а лоб покрылся крупными каплями пота.

Пуля прошила его грудь навылет, он терял кровь, уже обильно расползавшуюся на чехле сиденья, а поскуливавший на заднем сиденье Чума, обнажившись до пояса и свирепо разглядывая сине-багровые округлые раны входных и выходных отверстий на бицепсе левой руки, чувствовалось, обретал способность вновь принять на себя командование.

– Рули в Люблино!
– сквозь стиснутые от боли зубы приказал он Витьку. Лепила там у меня... Аптекарь, мать его так...

– Быстрее...
– прохрипел Весло и в следующее мгновение, уронив голову на грудь, замолчал.

Перегнувшись через сиденье, Чума охватил ладонью его шею. Скривившись, проговорил на выдохе:

– Кончился, дуралей...

Остановились возле пустыря, выволокли из машины убитого соратника, обыскали; забрав ключи и бумажник, отволокли тело в кусты.

Для верности Чума перерезал покойнику горло. Свое действие прокомментировал так:

– Тяжело расставаться со старыми товарищами, но уж коли такая судьба надо гуманно, чтоб, если очнется ненароком, не мучился... Мы же люди...

Подъехав по указанному адресу в Люблино, Витек выключил движок, глядя, как Чума, бережно прижимая к туловищу простреленную конечность, покачиваясь, бредет к подъезду, где жил известный ему врач.

Вернулся через час - взвинченно веселый, явно под действием наркотика. Приказал:

– Домой меня вези, на Красносельскую...

По пути отрывисто наставлял:

– Теперь ты - на месте Весла, понял? Сиди в хате, нос не высовывай, обмозгуем с Крученым, как и чего, тебе сообщу... Салон отмой, чехлы - в помойку. Но не у дома, хотя бы за квартал отъедь... Пистолет давай...

Витек протянул бандиту так и не пригодившийся, слава Богу, "Макаров".

– Э-э!
– крякнул Чума изумленно.
– А мелкашка где?