Чтение онлайн

Апрельская революция, свергнувшая режим Мухаммеда Дауда, только усугубила положение Мадамин-бека. Коммунисты подтвердили его положение, как преступника, объявив вне закона. Партизанская война Черного Барса только расширилась.

Тогда и появились в его отряде инструкторы из США, включая советника Джеймса Линдона, представителя ЦРУ. Отряд Черного Барса был единственным среди вооруженной оппозиции, в котором имелся персональный «цээрушник». Благодаря ему отряд получал самое современное вооружение, лучших инструкторов военного дела и, разумеется, финансирование.

Его двухэтажный дом в поселке Мастех был скорее похож на небольшую виллу. В горах Пакистана, в Северо-западной пограничной провинции на фоне лачуг из глины вперемежку с соломой, он выглядел настоящим дворцом. Впрочем, от всех его загораживала высокая трехметровая каменная стена. Мадамин-бек построил усадьбу три года назад. За стеной скрывалась казарма на 50 человек — его постоянную охрану, конюшни, гараж, где наряду с джипами, «уазиками» стоял самый настоящий советский БТР, захваченный в качестве трофея в одной из операций. Вместе с ним в усадьбе в гостевом домике обитали советник Джеймс Линдон вместе с охранником.

— Я хочу напомнить, что в мае необходимо провести акцию устрашения, — сообщил Джеймс Линдон. — В качестве оплаты за партию оружия, поставленного в начале года. Надеюсь, претензий с вашей стороны, уважаемый Мадамин-бек, нет?

За два года, проведенные вместе с небольшими перерывами, у них сложилась традиция: около полудня пить вместе кофе и делиться новостями. Распитие кофе проходило в комнате, обставленной на европейский манер: мягкие кресла, небольшой журнальный столик, цветной телевизор, даже холодильник с прохладительными напитками.

Кофе варил личный помощник Мадамин-бека, бывший также и его бессменным телохранителем, Хафиз, узбек невысокого роста, с виду тощий, но жилистый и гибкий, прекрасно владеющий приемами рукопашного боя, а также огнестрельным и холодным оружием. Невзрачный вид Хафиза не раз помог избежать смерти Мадамин-беку, благо желающих отправить его на тот свет хватало.

Хафиз принес две крохотных чашечки, поставил их на столик сначала перед хозяином, потом перед гостем и удалился.

— Проведем, — согласился Черный Барс. — Отряд Рыжего Кадира перейдет границу в мае после советских праздников. У него самые лучшие бойцы. Мы нанесем удар по пограничникам. Уничтожим Памирский погранотряд, который размещен в Хороге.

Рыжий Кадир был командиром одного из отрядов, входящих в разросшееся соединение Черного Барса. Раньше, до прихода к власти в Афганистане коммунистов, он владел небольшой парикмахерской, цирюльней, в центре Кабула. Помимо парикмахерских услуг, в цирюльне Рыжего Кадира работал фельдшер, который мог принять роды, вырезать аппендицит, зашить рану, даже вылечить зуб с помощью вполне современной бормашины.

После апрельской революции парикмахерская-цирюльня была национализирована, а её хозяин объявлен эксплуататором и арестован. Правда, через неделю его выпустили. Обозленный и фактически ограбленный новой властью Кадир тут же пополнил ряды моджахедов. В течение года он сделал стремительную карьеру от простого бойца до командира самостоятельного отряда, проведя несколько акций против Царандоя и спецназа ХАД. Мадамин-бек заметил удачливого командира и пригласил вместе с отрядом к себе.

— Рыжий Кадир это хорошо! — удовлетворенно кивнул Джеймс Линдон. — Напомните, уважаемый Мадамин-бек, сколько у него сейчас бойцов?

— У него в строю триста воинов Аллаха, — ответил Мадамин-бек. — Все вооружены автоматами. В отряде 10 ручных пулеметов, три крупнокалиберных Браунинга. Дополнительно Кадир получит два миномета с запасом мин. Для усиления я дам ему еще триста моджахедов из своего резерва.

Линдон осклабился:

— После акции лично вам перечислят на ваш абонентский счет в Ломбардском банке Одье 100 тысяч долларов. Кроме этого, вы получите столько же наличными для выплаты вознаграждения своим моджахедам.

Мадамин-бек довольно улыбнулся, кивнул.

— Но мы должны быть уверены, — Линдон нахмурился, показывая серьезность намерений, — что акция будет удачной и громкой.

— Будет, — успокоил его Черный Барс. — Если хотите, можете сами поучаствовать в ней, посмотреть со стороны. Наши разведчики уже провели рекогносцировку. Расположение погранотряда удачно для нас находится в межгорной долине. Даже если просто поставить на склоны крупнокалиберные пулеметы, можно нанести серьезный урон, пока противник придет в себя и сумеет организовать оборону.

— Пожалуй, я составлю компанию Рыжему Кадиру, — задумчиво выдал Линдон. — Надо захватить пленных из числа пограничников, желательно, офицеров. Тогда можно еще и какую-нибудь интересную комбинацию прокрутить.

— В таком случае ваше вознаграждение увеличится, как минимум, вдвое, — заметил он. Мадамин-бек довольно улыбнулся.

Москва, Хорошевское шоссе.

4-е управление ГРУ СССР.

Кабинет заместителя начальника 4-го управления Главного разведывательного управления СССР, как впрочем, и все кабинеты в этом здании, роскошью не блистал: стол руководителя под зеленым сукном, деревянное кресло, приставной стол, с десяток стульев по обеим сторонам, встроенный шкаф и большой засыпной сейф.

За деревянной фальш-панелью скрывалась дверь в комнату отдыха, в которой заместитель начальника полковник Иван Павлович Коростылев предпочитал никого из подчиненных не приглашать, держа жесткую субординацию.

— Разрешите, товарищ полковник? — в дверь заглянул полковник Старыгин, один из подчиненных Коростылева. Секретарь, точнее, помощник, сидевший в приёмной, капитан Лосев уже неделю, как был в отпуске. Замены ему отдел кадров не предоставил. И Коростылев, и Старыгин, оба были в одинаковом звании, только первый находился на должности заместителя начальника управления, занимающегося разведкой в Средней Азии и на Ближнем Востоке, а второй… Второй полгода назад получил звание полковника на ступень выше занимаемой должности в качестве поощрения за удачно проведенную операцию.

— Заходи, Вячеслав Павлович, — пригласил Коростылев. — Присаживайся!

Старыгин сел за приставной стол, развернул рабочую тетрадь.

После нескольких малозначимых вопросов вроде как здоровье, как семья, когда отпуск и т.д. Коростылев наконец поинтересовался:

— Ты в позапрошлом году работал с резидентом «Седой»?

— Так точно, — по-уставному подтвердил Старыгин. — Два месяца, когда подменял майора Минина.

— Отлично, — улыбнулся Коростылев. — Тебе и карты в руки!