Чтение онлайн

— Яся ведь не против?

Приподняла та бровь, и девчонка, плотно поджав губы, дернула плечом, сощурив недовольно глаза, но перечить не посмела.

— Нет…

Милан коротко кивнул и повернулся лицом к вождю.

— Господин, я обеспечен кровом и запасами. Смогу позаботиться об обеих. Тем более что… — бер сглотнул. — Озара тоже давно хотела дитя. Может, это так… Боги ответили на ее молитвы.

— Тварь! Сучий потрох! Не смей говорить своим грязным ртом ее имя! Не смей! Опозорить мою сестру решил?! Не позволю!!!

Добрыня вырывался из рук державших его воинов. В определенный момент бер уже был готов их раскидать, только еще двое подоспевших медведей, да вчетвером уже сдержали его!

— Но это несправедливо.

Тихо шепнула я, до хруста сжав пальцы в кулаках. Я будто опять очутилась в родном селе, обвиняемая всеми. И за бедняжку Озару опять никто не защитит. Они тупо делят ее побитое изможденное тело, как кусок мяса!

На бедного Добрыню тяжело смотреть.

— Громче.

Шепнула старушка за моей спиной и толкнула в спину. Неловко покачнувшись, потеряв равновесие, я сделала пару шагов вперед — прямо в центр огромной залы. Все разом затихли, устремив свой взгляд на меня.

Невольно от такого внимания я зарделась, отшатнулась. Но бежать уже было поздно.

— Что здесь делает человечка?! — процедила сквозь зубы Власта и зыркнула на меня, как на надоедливую муху.

— Стража, убрать долой! Это дела клана!

— Почему же? — медленно потянул слова Тихомир, встав ловко со ступенек, спустившись к нам. — Наталка жена моего брата. Невестка вождя. И более чем имеет право на слово. Закон предков это гласит.

Недовольно поджав губы и нахмурив и без того морщинистый лоб, медведица наградила меня злым взглядом. Но я, к своей чести, воинственно его приняла, и после того, как Гром ободряюще мне кивнул.

— Я тебя слушаю.

Даже вышло распрямить плечи.

— Это несправедливо. Вокруг достаточно неженатых беров. Отдать одному сразу двух женщин вызовет недовольство остальных. Также это полностью пошатнет Озару.

— Она его жена! — четко отрубила словом мать клана, держа спину ровной и руки собраны на животе. — В конце концов, Озара пожинает плоды своего же непокорства!

И тут уже развернулась к вождю.

— Сын мой, не стоит раздувать скандал на ровном месте. Все присутствующие согласны с решением: Милан примет вторую жену.

— Но Озара не согласна!

Возмущенно выдохнула я, сделав шаг вперед.

— Свое слово она сказала десять зим назад. Когда выбирала мужа.

Но я не была настроена так просто отходить назад… И внаглую обогнув свекровь, двинулась ближе к тому самому трону.

— Прошу, господин, смилуйтесь! Она растоптана и унижена! Потеряла желанное дитя. Ее предал любимый муж, ради которого она терпела унижение десять лет, и младшая сестра. Будь это вашей сестрой, вы бы позволили такой брак?!

Гром дернулся, как от пощечины, я запоздало прикусила язык, но что-то вертать уже было поздно. Впрочем, отчитывать меня не стали. Молча переглянувшись между собой, братья тяжко вздохнули.

— Мы чтим законы предков, невестка. — спокойно проговорил Тихомир. — А они не так легки, как кажутся. Если вождь разорвет этот брак, то бездетная самка окажется одна. Без защиты и покровительства. Семья Озары отреклась от нее, когда она вышла замуж. А Милан готов заботиться о ней до смерти.

Меня просто распирало от негодования.

— Но она может… может снова выйти замуж?!

Схватилась я за последнюю соломинку. Женщины в зале презрительно усмехнулись.

— Кто возьмет в жену бездетную, брошенную самку без приданного?

С издевкой пропела свекровь, Яська гаденько захихикала на полу. Со спины взревел Добрыня.

— Не надо замуж! Я сам позабочусь о сестре! Слышали? Разорвите брак! Я!

— Тебе стоит свою семью создать! — фыркнула промать строго на бера. — Да и нечего тут смотрины устраивать. Ягодка уже не та, Гром, я…

— Я возьму в жены!

Мирон, который все время подпирал стену за гобеленами, около Ганны, неожиданно шагнул в круг. Без тени шутки, бер спокойно глянул на своего вождя. Подошел возле меня ближе к трону и осел на колени.

— Ты сказал, Гром… Слово свое дал три весны назад, что когда настанет время, отдашь мне любую самку в клане, на которой я укажу пальцем. Если я смолчу обиду. Я смолчал, не стал требовать мести и крови. Теперь будь добр и сдержи свое слово, вождь!

— О чем он говорит… Я… Мирон? Что ты?

Власта непонимающе хлопала ресницами, как и большинство в этой зале. Разве что братья о чем-то разговаривали одним лишь взглядом.

— Тебе ведомо, что Озара бездетна. — спокойно проговорил Тихомир. — Ты рискуешь никогда не стать отцом.

— Мне это ведомо.

Спокойно кивнул бер. Гром взял слово.

— Ты последний из своего рода, не оставишь наследников, и ваше имя канет в Лету!

— Вождь… — грустная усмешка озарила лицо молодца. — Я верный воин и доверенное лицо твоего брата. Воевал по твоему приказу, границы защищал. С каждого нового задания могу и не вернуться. Не то что зачать детей.

— Мирон, это не шутки. Жена — это ответственность!

— Не стоит, господин… Я позабочусь лучше об Озаре, чем это сделал ее бывший муж.

— Ах ты ж щенок! — рявкнул Милан, поднимаясь на ноги и напирая на Мирона. — Я не отдам тебе свою жену! Не отдам!

— Ты уже ее отдал.

Пожал плечами Мирон, даже не пытаясь вырваться из рук бера.

— Угомонись, Милан!

Рявкнул Гром, и все затихли. Все участники суда. Обвинители и обвиняемые упали на колени перед вождем. Тот задумчиво поскреб бородку. Потом глянул на брата:

— Что скажешь, Тихий?

Средний медленно осмотрел преклонивших колени мужчин, Яську с брезгливостью. Потом бросил взгляд и на меня.

— Наша повитуха сказала, что Озара сгинет после такого. Но она еще жива. Твоих рук дело?

— Я целитель. Сделала то, что в моих силах.

Он молча кивнул.

— Что ж… Тогда вот мое слово, господин, — развернулся он на каблуках к трону, сцепив руки за спиной.

— Милан, сын Светозара из рода Бурых, нарушил завет старших — изменил жене. Более того, его действия не напрямую привели к тому, что медведица скинула дитя и чуть сама не погибла. Его действия смягчает в глазах закона лишь то, что он сожалеет о содеянном и готов замолить грех перед женой, заботясь о ней. Ясения тоже виновна, так как разрушила семейный очаг, но так как на сносях, то наказание ей сейчас не грозит.