Чтение онлайн

Он опять не договорил, повернувшись таким же жестом к сыну, заговорила свекровь.

— Вождь, прошу заметить, что пара была бездетной. Милан, как и любой другой мужчина, желал дитя, Озара не смогла выполнить свой женский долг в браке. Ее бездетность — корень всех проблем. По законам отец должен взять в жены мать своего дитя, и Милан готов к этому. Он также готов заботиться и дальше о своей первой жене. Это будет справедливо. В конце концов, за столько зим она сможет подержать дитя своего мужа на руках, если не свое, — приторная улыбка озарила лицо змеи. — Нечего осложнять жизнь Добрыни или Мирона такой обузой.

— Я услышал тебя, мать клана, — медленно кивнул Гром, а потом перестил свой взгляд на меня, да и поднялмя чутка вперед. — Ну а твое слово, невестка? Говори, я слушаю.

Я замялась под пристальным взглядом стальных глаз. А с другой стороны, вот он, мой шанс. Дерзай, Наталка!

— Мне, к моему стыду, еще не ведомы ваши законы, — начала я издалека. — Но я женщина, а всех нас Велес и Леля устроили по одному уму. Я два дня выходила молодку, что потеряла дитя. То самое дитя, о чьем зарождении в ее утробе я рассказала Озаре семицу назад. Но теперь ребенка нет, и Озара с неминуемым рвением тянеться в Навь вслед за малышом. Это говорит лишь об одном: никто ей не дорог в этом мире, господин. А это самое страшное.

Сглотнула и потерла вспотевшую ладонь об подол платья.

— Говори дальше.

Величественно кивнул бер, и я, мазнув взглядом по Мирону, продолжила:

— Я целитель, а не судья. Но одно могу сказать точно: пролезев под мужа сестры, Ясения проявила неуважение к старшим и родству, плюнув в заветы предков. То, что она тяжелая и избежит наказания, лишь воодушевит других самок в общине поступить так же.

— Да как ты смеешь, человечка!

Разъяренно прорычала Яська, но гневный взгляд Грома мигом ее осадил.

Теперь я уже перевела взгляд на Милана.

— Этот бер сознался, что связь была неоднократна. И Добрыня поведал, что Озара предлагала ему разорвать брак, думаю, вы бы, как мудрый правитель, снизошли к мольбам своих подданных, так как причина была бездетность. Но он предпочел ей врать и втихаря блуднить с другой. Усидеть на двух стульях. Это открытое оскорбление другим берам, что хотят, но не могут создать семью. Моя просьба, вождь, избавь Озару от данного бремени в виде брака. Пускай Милан, раз так говорят законы, позаботится о своей любовнице.

— Что ж… — на щеках Грома заиграли желваки, он встал со своего места. — Я послушал вас, теперь вы меня.

— Как ваш вождь, разрываю брак бера Милана и дочери бера Озары. И назначаю скорую помолвку бера Милана и дочери бера Ясении на первый день полной луны. И помолвку бера Мирона и дочери бера Озары на последней ночи старого месяца. В остальном — да не прольется отныне кровь и обиды. Слыхал, Добрый?

— Да, господин.

Бер успел охолонуть чутка.

— Есть несогласные с моим решением?

Прищурился вождь, но все хором и лишенные радости проговорили:

— Нет, господин. Суд совершился.

— Мне казалось, Третьяк, как обычно, дурака валял, называя тебя «печалькой». Но сейчас, глядя в твои очи, понимаю, что можно утонуть в их печали.

Услышав голос Тихомира сбоку, я подпрыгнула на месте, уронив гладкий камень, коим растирала корень бузины.

Когда он вошел? Я и не услышала. Растерянно попятившись назад, я заломала пальцы рук. Наблюдая, как бер медленно опустился на корточки и, подняв камень, вернул на мой маленький столик, где я в последние дни готовила разные снадобья.

— Тебя не было на ужине.

Спокойно заметил брат мужа, уперевшись бедром о край стола. И рассматривая меня с легким любопытством. Будто этой фразой объясняя свое присутствие здесь.

Бросив взгляд на узкое оконце во дворе, поморщилась. Уже вечер. А я в свете свечей и не заметила.

— Я…

Впрочем, объяснять было нечего. Вряд ли мудрый и сильный муж зверного племени озаботится моими тяжкими думами.

— В чем твоя печаль, Наталка? Бер незаметно для меня шагнул в сторону и присел на лавку у ног спящей Озары.

— Я… Опять слова стали комом в горле. Мне было не по себе. Голубые очи деверя имели ту холодную глубину, что и у их матери. Пугая меня тем самым до чертиков. Но опять-таки, Тихомир ничего дурного мне не сделал и даже сегодня поддержал на суде. Дав слово. По одной его вальяжной позе на тех самых широких ступеньках можно было легко понять: доверие вождя к слову среднего брата безгранично. Как и его влияние в общине. Но, в отличие от Власты, Тихий не пользовался им так, как это делала Власта.

Или же не так открыто, как матушка?

— Ты пришел поспрошать о здоровье Озары? Мигом перешла я на другой круг разговора, спешно вытирая вспотевшие ладоши о подол платья. — Так ей уже лучше. Но пущай еще денек поспит. Пользы от этого ей будет больше. Да и кровушки она растеряла… — Я знаю, что с ней. Спокойно перебил меня Тихий, мазнув по спящей молодке нечитаемым взглядом. — Чую. А вот с тобой не чую, что приключилось. Медленно отпускает голову на бок, рассматривая уже меня. Пристально, не упуская ни черточки моего образа. — Могу разве что догадываться. Скажи-ка мне, Наталка, ты разочаровалась в народе своего мужа после сегодняшнего суда? С размаху Тихий, сам того не ведая, попал словом, словно стрелой, прямо в сердце. Меня передернуло. Как он это делает? Ума не приложу.

— Ну так что молчишь? Так же лениво упирая локти в коленях, бер придержал подбородок в собранных кулаках. — Не то чтобы разочаровалась… Потерла я шею, растерянно уводя взгляд вниз. — По человечьим меркам, так и вовсе не сравнить… — И все же ты опечалена. Уж не решением ли нашего обожаемого вождя? Голубые очи бера сощурились в легкой издевке. И я поспешила мотнуть головой. Все опровергая от греха подальше. — Да брось, девонька. Фыркнул, очевидно не веря мне, мужчина. — Ты бы видела свое личико со стороны, когда Гром озвучил свою волю. Казалось, останься Милан и дальше мужем Озары, и ты бы расцарапала морду всем, до кого бы дотянулась в свещенной зале.

Пристыженно опустила очи к подолу, рдея, как маков цветок. Чего уж так, бер заглянул мне в саму душу. А я и вправду была на взводе от наглости этого Милана и свинства этой Яськи. Так бы и оттаскала за косы.

— Оно и не мудрено. Третьяк не просто так от тебя башку растерял, да и крохи мозгов, коими его Леля не шибко наградила.

Просто так терпеть подобное оскорбление на моего благоверного я была не в силе. Брови само собой сошлись хмуро на переносице, а губы поджались. Я недобро и даже осуждающе глянула на бера.