Чтение онлайн

Но Ираиде и это показалось мало! Услышав от Филина продолжение это истории, я ржал как жеребец. Эта дурында вдруг понизила голос, сузила глаза и зловещим шепотом сообщила Николаю Алексеевичу, что она вообще-то всегда чувствовала в себе способности к менталу, и только из уважения к отцу не развивала их. Но сейчас-то уже никто и ничто ее не остановит. Ка-а-ак она развернется!

Просто для справки. Сестра в этом смысле полный ноль. У нее явная предрасположенность к некромантии, это да. А вот дедовского дара ей и с ноготок не досталось, ни малейшей склонности нет. Самая рядовая сила духа, как у обычного человека. Я Ираиду несколько раз проверял. Думал, вдруг лет в двенадцать — тринадцать что-то проснется, но нет.

Финал разговора меня не порадовал совершенно. Ираида разухарилась и заявила, что раз отец ее не ценит и обижает, она станет менталистом, как ее родной брат Валерьян. Ой дура набитая! Называется, как испортить жизнь всем вокруг. Мне сейчас надо, чтобы обо мне поскорее все забыли и лишний раз в связке с моим именем слово «ментал» вообще не поминали. А она что творит?!

Поэтому ничуть не удивительно, что по итогам общения Николай Алексеевич рассвирепел и силой отправил дочурку в мою бывшую комнату. А дверь запер снаружи и приказал слугам Ираиду не под каким предлогом оттуда не выпускать. Хм, вот и решетки на окнах неожиданно пригодились…

Впрочем, это он зря. Ираида реально была его лучшей ученицей. А для некроманта дотянуться до умершего — как нечего делать. Тем более в отцовской лаборатории, и я это знаю точно, в холодной нише под полом лежит вполне себе целый труп для очередного эксперимента. И если сестрица сейчас о нем вспомнит… кому-то придется несладко.

Меж тем я добрался до искомой полянки.

— Маша! Маша, ты где? Ау!

Тревожная тишина была мне ответом.

Я приказал Филину метнуться и проверить, где Василькова. Поиск девушки занял у него от силы минуты полторы, и по их истечении конструкт сбросил мне картинку и направление.

Ох, держись, бедолага, скоро буду! Это, конечно, не серый волк, но в некотором смысле кто-то даже похуже лесного хищника…

— Что вы себе позволяете?! Да кто вы такой, я вас не знаю! — донесся издали испуганный голос Васильковой.

— Вот и замечательно, крошка! Вот и замечательно!

— Нет, не подходите ко мне! Не трогайте меня! А-аа!

Я подбавил ходу. Раздался треск разорванной одежды и душераздирающий девичий крик.

Навалившийся всем телом на Машу мерзавец меня даже не заметил. Я саданул ему с ноги в висок, тем самым гарантированно вырубив его, после чего дал руку Васильковой и помог выбраться из-под обмякшей туши.

— Я… кажется, задремала. А он… Он…

Я, не слушая лепетания девушки, стыдливо пытающейся прикрыться остатками платья, осматривал напавшего на нее мужчину. Вот незадача-то! Похоже, что дворянин. В крайнем случае выходец из семьи богатых торгашей. Да тут одни джинсы стоят, как зарплата пятерых слуг в поместье моего отца!

Как там делают в подобных случаях детективы в сериалах? О, точно! Я приложил палец к шее. Пульс не прощупывается. На руке? Тоже по нулям. Я его убил, что ли? Только этого мне не хватало для полного комплекта неприятностей! Нет, ничуть не жалко, за подобное надо наказывать жестко, вот только… получилось внезапно по высшей кромке.

Итак, что мы имеем? Неизвестный мужик лет этак сорока прогуливался по лесу. Увидел прелести разомлевшей на земляничной диете и задремавшей на солнышке Маши, после чего перешел в наступление. Теперь он мертв, а мы все под ударом.

Думай, думай, думай! Так, где его дальфон? Ага, вот он. Отпечатки не оставляем, берем через одежду покойника. Последние номера, по которым он звонил, я на всякий случай запомнил, после чего вернул дальфон на место. Документы? Паспорт-жетон отсутствует. Нет ни на шее, ни в карманах. Но вряд ли мужик пришел сюда откуда-то издалека, это все-таки не парк в центре города, места довольно глухие. Значит, будем следить, кто из соседей в скором времени пропадет и будет объявлен в розыск.

Покончив с осмотром, я велел Филину выяснить, где находится ближайшее озеро или пруд.

Нам повезло. Оказалось, что искомое есть в пределах метров четырехсот.

— Так, слушай меня внимательно. Сейчас ты берешь его с левой стороны и помогаешь мне утащить его отсюда.

— Что?! — взвизгнула Василькова. — Нет! Я его боюсь!

— Чего бояться-то? Он мертвый уже, не навредит.

— А-аа! — попыталась по второму кругу заорать девица, но я приложил палец к губам, и она предпочла заткнуться, в ужасе лупая серыми глазищами.

— Еще раз. Я поднимаю тело. Ты берешь его левую руку, подныриваешь под нее и помогаешь мне избавиться от большой общей проблемы. Или ты хочешь пообщаться с полицией по поводу обнаружения тобою трупа и заодно объяснить им, почему ты находишься в бегах и прячешься от своего законного опекуна?

Надо отдать ей должное, думала Мария недолго. Ей явно было не по себе от нашего занятия, но она стиснула зубы и выполнила то, что я от нее хотел.

Нам повезло дважды, потому что озеро, к которому нас привел Филин, оказалось небольшим и скрытым в чаще леса. Вполне вероятно, возникло на месте бывшего предприятия по торфодобыче, очень уж грунт характерный был под ногами. Первые полтора метра глубина была воробью по колено, а дальше шел резкий обрыв вниз.

Я немного побродил по берегу, пока Василькова, избавившись от нашего общего груза, тяжело дышала и нервно осматривалась. А затем…

Кладем сюда корягу и придавливаем ее ногой. Делай раз.

Поднимаем покойника, носком его туфли ведем по земле до коряги, сбив ее с места. Делай два.

Роняем покойника лицом в воду, после чего рядом с его пострадавшим правым виском кладем вот этот камень и тоже аккуратно вдавливаем его в ил, делай три.

Когда торфяная муть осела, я еще раз окинул придирчивым взором картину. Вполне убедительно не противоречиво. Мужик решил подойти к озеру, зацепился ногой за корягу, грохнулся и ударился виском о камень. Погиб сразу же, поэтому воды в легких не обнаружат.

А теперь ходу отсюда, ходу. Вот как чувствовал: свой дальфон в усадьбе оставил. Теперь меня ничто не свяжет с этим происшествием, если только Василькова будет молчать.

— Пошли, — скомандовал я. — Нас дед заждался.

— Он… правда мертв? — Маша нервно скосила глаза на лежащее лицом в озере тело.

— Стопроцентно, — заверил я ее. — А теперь давай поменьше вопросов, побольше темпа. Чем скорее мы окажемся в усадьбе, тем лучше.

Филин по моей просьбе вывел нас кратчайшим маршрутом. Мы почти что бежали, и я истово молился всем известным мне богам, чтобы нас с Васильковой никто не заметил во время этого марш-броска.