Чтение онлайн

— Годится?

Он как-то странно усмехнулся и взял его из моих рук.

— Великолепный выбор! Можно даже сказать — вдохновенный! Это я получил из Южной Индии. Перед вами древнейший манускрипт, написанный на пальмовых листьях. Он, как я полагаю, содержит врачебные секреты индусских браминов. Рукопись очень древняя и очень дорогая. Практически ей вообще нет цены. Одни дощечки, предохраняющие листья, сами по себе бесценны. Взгляните, если вам интересно.

Я заинтересовался. Манускрипт действительно был очень древним. Краски, хотя и сохранили кое-где свой живой и яркий блеск, все-таки поистерлись и потрескались. Я осторожно поднял дощечки, посмотрел на первый лист. Он был украшен цветными человеческими фигурками, по обеим сторонам от которых ровными рядами располагались странные письмена, похожие на китайские иероглифы.

— Обратите внимание, как аккуратно написаны буквы, мистер Скотт, — сказал Сильвермен. — Они сделаны стилом, а затем зачерчены сажей. Манускрипты, значительно менее ценные, чем этот, считаются в Индии святынями. Там их буквально боготворят и скорее согласятся умереть, чем отдать в чужие руки.

Я вернул ему манускрипт.

— Что ж, все это очень любопытно, но…

И тут неожиданно Сильвермен стукнул манускрипт о колено и переломил его. Звук ломающихся деревянных пластинок и рвущихся листьев показался мне громким, как выстрел. Кусочки дерева и обрывки листьев Посыпались ему на брюки и на ковер.

Я буквально потерял дар речи, а Сильвермен, выдрав оставшиеся листья из деревянного переплета и бросив их, повернулся ко мне с приятной улыбкой на лице.

— Я точно не знаю, сколько лет было этому манускрипту. Знаю только, что до того, как попасть ко мне, он пролежал несколько столетий в одном из индийских монастырей.

Ошеломленный, я долго стоял, уставившись на него и наконец выдавил из себя:

— Как… как вы могли? Ведь это бесчеловечно!

— Вы ошибаетесь, мистер Скотт! В этом мире все человечно! Надеюсь, мне нет необходимости разъяснять вам мою точку зрения?

Я молча пошел к выходу. На полпути остановился и, обернувшись, сказал:

— Вы уже разъяснили мне, уважаемый! Даже более того. Но, по-моему, немного перестарались. Слишком усердно пытались меня запугать. Сдается, что я искал убийц Белдена не там, где следовало. Вероятно, нужно было начинать с вас.

Наши взгляды встретились, и несколько секунд мы пристально смотрели друг на друга. Затем он сжал губы и тихо сказал:

— Идиот! Какой идиот!.. Вон отсюда!

Когда я проснулся и вышел в гостиную, день уже клонился к вечеру. Пока Элейн возилась на маленькой кухоньке, что-то напевая себе под нос, я присел на кушетку. Через час заставил себя проглотить несколько ложек овсяной каши, выпил чашку черного кофе и собрался уходить.

Прежде, чем покинуть гостеприимный «Стью-Везент», я позвонил в комиссию по расследованию убийств. Когда я представился сержанту, снявшему трубку, он рявкнул густым басом:

— Где вы пропадаете? Капитан все утро разыскивает вас!

— А что ему нужно?

— Сейчас его позову. Не вешайте трубку.

Через минуту в трубке послышался голос Сэма:

— Шелл!

— Угу. Что случилось?

— Куда ты запропастился? Звонил и в твое бюро, и на квартиру, и в другие места, где ты любишь околачиваться. В конце концов подумал даже, что тебя наконец пристукнули.

— А к чему вся эта паника?

— Никакой паники. Просто любопытные новости. И все вертится вокруг твоей личности. Видимо, некоторым людям просто-напросто ты встал поперек горла.

— Я уже многим вставал поперек горла.

— Все это не то… Дело в том, что мне недавно звонил начальник полицейского управления. Сам звонил, понимаешь? И принялся задавать разные вопросы о тебе, как на викторине.

— Что за вопросы?

— В основном о твоем характере, репутации, о том, не слишком ли часто пускаешь в ход свой кольт… Мне пришлось сообщить ему о гангстере, которого ты пристрелил вчера.

— А ты сообщил ему, что этого гангстера наняли убить меня?

— Конечно! И, тем не менее, чувствую, что под тобой скоро начнет гореть земля, Шелл.

Да, вот таким он был всегда, старина Сэм. О том, что ему становится слишком жарко, он не сказал ни слова!

— Некоторые весьма влиятельные люди намекают на то, что тебя давно нужно лишить лицензии…

— Угу. И знаешь, кто за этим стоит?

— Нет. Но догадываюсь. Капитану Роберту Госсу вряд ли понравилась та миленькая экзекуция, которую ты учинил над ним. А ведь у него очень большие связи!

— Возможно, Сэм. Но мне все-таки кажется, что это Сильвермен.

— Не принимайся за старое, Шелл!

— Я навестил его сегодня ночью.

— Что-о???

Голос Сэма почему-то напомнил мне рев медведя, разбуженного посреди зимней спячки. Потом ров перешел в какое-то урчание, и, наконец, к Сэму вновь вернулась способность говорить по-человечески.

— Значит, ты и его навестил? — сказал Сэм со странным спокойствием. — И, надеюсь, тоже пристукнул, как Госса? Во всяком случае, почесал о него свои кулаки?

— Нет, мы просто побеседовали.

— Знаешь что, Шелл? Приезжай-ка лучше ко мне.

— Нечего не имею против… Кстати, а не может случиться так, что я приеду и получу возможность лицезреть мир только через решетку?

— Ордер на твой арест не получен. Пока что. Да, я тебе хотел сообщить еще кое-что. Мы установили личность женщины. Той, что выбежала из дома Белдена после убийства.

Я весь сжался. Элейн, сидевшая рядом со мной на диване, сразу это заметила.

— Что случилось, Шелл?

Я ничего ей не ответил, а лишь сказал в трубку:

— Вот как? И что же это за последнее издание «Женщины в белом»?

— Эта женщина — Элейн Эмерсон, сводная сестра убитого.

— Как вы узнали?

— Эмерсон видели с Белденом в ночь, когда его убили, на «Фринагаре», и на ней было белое платье. Она ушла вместе с братом, а потом исчезла. Делом Белдена занялись Роулинс и Симпсон. Твои показания о событиях прошлой ночи многое прояснили. Они попытались разыскать Наварро, но безуспешно. Зато познакомились с его партнершей по танцам Бернайс Уэйд… Ты ее знаешь, Шелл?

— Да… — невнятно промычал я. — Кажется, немножко знаком.