Чтение онлайн

В намерениях доктора Фишера я нисколько не сомневался. Но если ликвидировать меня поручено ему, то Наварро приступит к активным действиям только в том случае, когда убедится, что Фишеру не удалось меня зарезать. Возможно, только это и даст мне еще какой-то шанс.

— Где расположена моя палата? — спросил я Элейн.

— В самом конце левого крыла. И неподалеку дверь, ведущая в другую часть больницы.

Стало быть, до выхода не так уж далеко. А там всего два квартала до дома Митчелла.

— О’кей! Теперь еще одно…

Закончить я не успел. Дверь открылась, и вошла сестра.

— Мне очень жаль, — сказала она Элейн, — но сейчас вам придется уйти. — Потом, увидев, что я сижу, укоризненно заметила: — О, вам не следовало бы этого делать!

— Не беспокойтесь, сестричка. Мне не так уж и плохо. Вы не принесли бы мне сюда телефон?

Она удивленно заморгала глазами.

— Извините, но здесь его даже некуда подсоединить.

— Тогда проводите меня к телефону.

— Об этом не может быть и речи! Вам же нельзя ходить! Меня выгонят с работы, если я…

— Ну, хорошо, не волнуйтесь. Все равно из моей затеи вряд ли что получится.

Я помолчал, обдумывая внезапно пришедшую в голову мысль. Потом спросил:

— Доктор Фишер, который собирается меня оперировать… он что, служит в вашей клинике?

— О, нет! Но кто-то позвонил директору и попросил оказать вам особое внимание и не беспокоиться о расходах, а напоследок выразил желание, чтобы вас оперировал доктор Фишер. Это очень опытный и дорогой хирург. — Сестра улыбнулась. — У вас, наверное, очень влиятельные друзья.

— Угу! На все пойдут ради меня. Поэтому, очевидно и пулю еще из меня не извлекли, не так ли? Вы ждали этого опытного и дорогого хирурга?

Она кивнула, и я продолжил:

— Что же, все это очень трогательно, но я хотел бы повидаться с доктором Фишером.

— Он уже в операционной, а вас туда сейчас повезут.

— И, тем не менее, попросите его зайти ко мне. Уверен, он придет, если вы скажете ему, что речь пойдет о Лайме и о том, другом, в погребке Брандта.

Сестра слегка нахмурилась, но все же согласилась передать доктору мои слова. Я спросил ее еще, не знает ли она, где моя машина, и она ответила, что машина, должно быть, находится там, где я ее оставил. На стоянке перед больницей ее нет.

С этими словами сестра вышла из палаты и закрыла за собой дверь.

— Ну, что ж, дорогая, нравится тебе или нет, но мы оба влипли в эту поганую историю, и выпутываться из нее придется сообща.

— Я знаю, Шелл. Поэтому пришла сюда. Может быть, смогу чем-нибудь помочь.

— Ты чертовски храбрая женщина, Элейн!

Она улыбнулась и сказала мне что-то очень приятное.

На этом лирическая часть закончилась. Я встал и огляделся, выискивая что-нибудь увесистое. Подходящий предмет оказался на маленьком столике в противоположном углу палаты. Это был стеклянный графин. Я взял его в руку, проверил, достаточно ли он тяжел, и решил, что вода, находившаяся в нем, совсем не помешает.

Потом повернулся к Элейн.

— Полагаю, ты догадываешься, что я намерен сделать?

— В моем присутствии ты вечно с кем-то дерешься, так что…

— Вот и отлично! Отойди в сторону, чтобы тебя не заметили, и если что-нибудь пойдет не так, как нужно, выбегай в коридор и кричи, словно за тобой гонятся черти. Главное — собери вокруг себя побольше народу. А после этого вызови полицию. Лучше всего дозвониться до капитана Сэмсона.

Она ничего не ответила, потому что вошла сестра и сказала, что доктор Фишер будет здесь буквально через минуту. Я подошел к двери и стал ждать.

За дверью послышался голос:

— Вы свободны, сестра! Я сам прослежу за доставкой больного в операционную.

Именно на это я и рассчитывал. Фишер совсем не хотел беседовать при свидетелях. Он, правда, не знал, что разговора вообще не будет.

Наконец дверь отворилась, и он вошел в комнату. Да, это, несомненно, был тот самый человек, которого я видел в погребке Брандта.

Встревоженное выражение мелькнуло на лице Фишера, когда он заметил, что кровать пуста.

— Зачем вы… — начал он, увидев меня у дверей, но закончить фразу так и не успел. Тяжелый графин опустился ему на голову чуть повыше уха и разлетелся вдребезги, облив его водой. Доктор медленно осел на пол…

Его костюм оказался мне не совсем впору, но я не обратил внимания на такую мелочь и через две минуты уже был одет. Рана в груди снова открылась, и я почувствовал, как из нее начала сочиться кровь. Сосредоточиваться на этом было некогда, и я повернулся к Элейн.

— Пошли!

Я открыл дверь и вышел первым. Элейн последовала за мной. «Только бы никого не встретить!» — как заклинание повторял я про себя.

Наконец мы спустились в вестибюль. Он был пуст. Тусклый свет уличных фонарей в окнах освещал ветви деревьев и ступени перед входом.

Мы вышли на улицу и свернули за угол. Мой «кадиллак» стоял в двух кварталах отсюда. Во всяком случае, я надеялся, что он еще там.

— Быстрее! — шепнул я Элейн.

— Но как же ты…

— Если понадобится, дорогая, я смогу и побежать. Так что поднажми немного.

Мы не побежали, однако пошли довольно быстро и одолели уже полпути, как вдруг со стороны клиники раздались возбужденные голоса и крики, а затем послышался шум мотора.

Я оглянулся и увидел отъезжающую от стоянки машину. В этот момент мысли мои были заняты только Элейн — куда ей бежать, где спрятаться?

К счастью, машина свернула на поперечную улицу. Значит, они еще нас не заметили, но наверняка знали, что мы не могли далеко уйти и скоро вернутся обратно.

— Бегом! — скомандовал я Элейн. — Если нам удастся добраться до моего автомобиля, может быть, мы и улизнем.

Каблучки Элейн быстро застучали по асфальту, и все равно она не смогла соревноваться со мной. Я первым добежал до «кадиллака», хотя сердце молотом стучало в груди.

На мгновение у меня мелькнула мысль о динамите.

Я отогнал ее и повернул ключ. Мотор зачихал, но завелся. Элейн, добежав до машины как раз в тот момент, когда я включил передачу, быстро плюхнулась на сидение.

И тут из-за угла, в трех-четырех кварталах от нас, вынырнула машина и помчалась в нашу сторону, освещая фарами безлюдную улицу.

Развернуть «кадиллак» не было времени. Выход оставался только один. Стиснув зубы, я чуть ли не до отказа выжал акселератор и направил «кадиллак» прямо ей навстречу, а когда нас разделяло несколько ярдов, быстро включил фары.