Чудо-моргушник в Некитае
Шрифт:
НА ПЛЯЖЕ
Едва приземлился на песок, спешит состроить кислую мину: "Не понимаю, зачем вы меня сюда притащили?" На проходящих див морщится: "Фу, какое бесстыдство!" Но вскоре незаметно достает зеркальце и что-то больно долго причесывается.
В ЖИЗНИ
– Продаст, обманет, оговорит при всяком удобном случае. А после будет смотреть вам в глаза и уверять в своей неизменной дружбе. По некоторым сведениям, ночью, тайком от жены запершись в туалете, онанирует на карточку Клаудии Шифер.
РОБКИЙ
НА ПЛЯЖЕ
Смотрит на натуру испуганно, искоса или исподлобья. Может начать всхлипывать. В конце концов принимается строить песчаный замок. Когда его стена приближается к конечности лежащей вблизи дамы, робко замирает на месте. Может вскочить и с рыданьями убежать.
В ЖИЗНИ
– Типичный начальник контрольно-ревизионного управления. Следует обратить внимание: убегает ли он от натуры или в конце концов как бы невзначай задевает её мизинчиком. В первом случае побоится взять в лапу, во втором - можно договориться.
ПОЛОВОЙ ГИГАНТ
Разновидность А.
НА ПЛЯЖЕ
Ложится на спину и накрывает член шляпой. Когда его знамя замечено, поворачивается на бок и вступает в разговор.
В ЖИЗНИ
– Крутой мужик; крутой босс. Держите ухо востро - если он ещё не занял свое место на Олимпе, то вы послужите ему ступенью при его восхождении.
Разновидность Б.
НА ПЛЯЖЕ
Ложится на живот и засекает время, потребное для возникновения в песке скважины. После этого ложится рядом и прутиком меряет глубину. Может повторить это несколько раз, время от времени вздыхая: "Раньше было на дюйм длиннее..."
В ЖИЗНИ
– Симпатяга, добродушное подобие разновидности А. Слишком занят девками и своим совершенством, чтобы идти по головам. В фирме предпочитает заведовать библиотекой или оранжереей (удобно для встреч).
ИДЕАЛ
НА ПЛЯЖЕ
Сразу признается: "Ребята, у меня эрекция!" Выбирает какую-нибудь посдобнее и кидает в её сторону воланчик (мячик от пинг-понга и т.п.). Садится поближе и представляется. После пары фраз делает комплимент и спрашивает: "Можно, я возьму воланчик?" - и лезет рукой куда надо. Все кончается телодвижениями под накинутым покрывалом (или без оного).
В ЖИЗНИ
– Наш парень. Хорош для чего угодно. С таким и в каталажку сесть приятно. Настолько хорош, что очень редок, и настолько редок, что может быть причтен к суперменам.
Н Е К И Т А Й Щ И Н А
МЕТАМОРФОЗЫ
Как-то раз бонза Хун произносил проповедь в храме Благоденствия. Ли Фань и Гу Жуй заспорили, на кого больше похож наставник. Ли Фань говорил, что на борова, а Гу Жуй - что на барана. Остановили служку и попросили рассудить их. Тот всплеснул руками:
– Учитель Хун известный праведник, его вот-вот причтут к лику святых! Как вам не совестно спрашивать о подобном?!. Конечно, на барана!
Тогда Ли Фань сунул служке Юаню монету и спросил:
– Ну, а теперь на кого походит достопочтенный Хун-цзы?
– Теперь на борова, - отвечал служка.
Гу Жуй дал на пару монет больше.
– А теперь как?
– На борова, конечно, тоже немного походит, - задумался служка Юань, но если приглядеться - баран-бараном.
– Приглядись получше, - сказал Ли Фань и прибавил ещё несколько монет.
– На борова.
– А теперь?
– На барана... на борова... на барана...
Тут Ли Фаню стало жалко денег, и он сказал:
– Свинина кончилась, придется бонзе оставаться бараном!
Этот спор привлек внимание, и бонза Хун-цзы подошел узнать, в чем дело. Служка стал оправдываться:
– Я собирал пожертвования для храма, что тут особенного, если пару раз поддакнул двум мудакам!
– Нет, это дело надо разобрать окончательно, - возразил Хун-цзы. Принеси-ка зеркало.
Наставник долго рассматривал себя, но не мог решить, кто же из спорщиков прав. Тогда он сунул зеркало под нос Ли Фаню:
– Кого ты там видишь?
Ли Фань посмотрел и неожиданно увидел в зеркале... козла! Но признаться он не решился и соврал:
– Себя.
– А ты, Гу Жуй?
Гу Жуй тоже увидел козла и тоже сказал:
– Вижу себя.
– Ну, так позвольте и мне походить на самого себя!
– приговорил бонза Хун.
– А что делать с мясом?
– спросил служка, потряхивая монетами в руке.
– Свинину с бараниной раздай прохожим, а этих козлов гони отсюда!
На обратном пути Ли Фань сказал Гу Жую:
– А ты знаешь, Гу Жуй, я понял, что ты был прав - бонза-то больше похож на барана!
– Почему?
– удивился Гу Жуй.
– На борова!
КИТАЙСКАЯ КЕРАМИКА
Как-то в молодости Ли Фань с приятелем пошел в художественную галерею. Ему не понравилось с каким надутым лицом смотрят на него старухи-смотрительницы. "Что бы такое брякнуть?" - подумал Ли Фань.
Мимо него как раз проходила какая-то музейная дама, и Ли Фань спросил:
– Скажите, а почему не представлена коллекция китайской керамики?
Музейная чиновница просто взбесилась:
– Какая ещё китайская керамика? Да у нас никогда не было такой коллекции!
– Да? А мне говорили, что есть, - продолжал свистеть Ли Фань с самым серьезным видом.
С музейной дамой едва истерика не случилась:
– Кто говорил такую чушь? Скажите, кто? Мы ничего не прячем в запасниках!
Кое-как Ли Фаню удалось отделаться от сварливой музейщицы.
Прошли годы. Однажды Ли Фань прочитал в местной газете о культурном обмене с Китаем. Было написано, что в художественной галерее выставлены разные керамические поделки китайских художников. "Как знать, может быть мое идиотское замечание помогло состояться этой выставке", - с удовлетворением подумал Ли Фань.
ОБА КОЗЛЫ, А ОДИН УЛЫБАЕТСЯ
Как-то на прогулке Гу Жуй предложил Ли Фаню:
– Чем постоянно спорить, кто из нас одаренней, давай спросим у какого-нибудь незаинтересованного лица. Пусть он беспристрастно оценит каждого!
– Тогда надо спрашивать незнакомого человека, - возразил Ли Фань, - а откуда он может знать, кто мы есть? Это все равно, что обращаться к гадалке!
Гу Жуй обрадовался:
– Ну вот, у ворожеи и спросим! Знать она нас, конечно, не знает, но пусть проявится перст судьбы.