Чудовищная алхимия. Том 3
Шрифт:
— Пойдём, узнаем.
Потушив и оставив факелы в пещере, троица выбралась наружу. Везде был этот дурацкий туман, поэтому дальше чем на десяток метров ничего не было видно, а одежда буквально через пару минут стала мокрой, как после стирки.
— Держитесь рядом, — проговорил Зефир и достал компас. — Если кто-нибудь потеряется, это будет очень плохо.
Удостоверившись, что тот работает нормально, командир осторожно повёл отряд на юго-запад, в противоположную от выхода на поверхность сторону.
Вообще, если не считать вездесущего тумана, передвигались товарищи по всё той же равнине жёлтой зоны, что стало ясно по мере продвижения вперёд. И единственное, что было здесь странного, так это отсутствие каких-либо животных. Выдох, в принципе, всегда был оживлённым местом, где помимо агрессивных монстров жили и другие изменённые звери, птицы и насекомые, которых люди не интересовали от слова «совсем». Они всегда были на виду или издавали какие-то звуки, зачастую очень необычные, но здесь было абсолютно пусто и тихо, как в могиле, а парни слышали только свои шаги и дыхание. И, естественно, это очень сильно напрягало психологически.
— Слушай, Зефир, — прошептал Леопольд, боясь нарушить эту пугающую тишину. — Может, уйдём отсюда?
Предложение было поддержано едва слышным тявканьем Брута, опасливо озирающегося по сторонам.
— Да, ты прав, — также тихо ответил командир и остановился.
Ему самому было крайне неуютно от обстановки вокруг, поэтому идея повернуть назад не вызвала у него никакого отторжения.
Однако не успел юноша ничего предпринять, как внезапно где-то далеко позади раздался ласкающий слух девичий смех. Практически в полной тишине это звучало так неестественно и неуместно, что вздрогнули все без исключения, моментально посмотрев назад.
Туман надёжно скрывал то, что издавало такие звуки, а тем временем пугающий смех прозвучал вновь, но теперь намного ближе.
Зефир и Леопольд переглянулись. Признаваться в своём страхе и слабости не хотел никто, но по выражениям лиц обоих парней было ясно, что их пробрали эти жуткие звуки до костей. Ведь одно дело — сражаться с каким-нибудь монстром, зная, что ты можешь ему противостоять, даже если проиграешь поединок, а другое — столкнуться с какой-то потусторонней жутью, против которой ты абсолютно бессилен.
Брут же просто замер на плече командира — ни жив ни мёртв. Он, в принципе, не любил рисковать своей жизнью и был немного трусоват, поэтому непонятный феномен, а ещё неизвестность отдавались в его меховой душе накатывающими волнами первобытного ужаса.
Между тем красивый и оттого леденящий душу девичий смех прозвучал ещё ближе, а ему начал вторить такой же, но немного правее. А когда прозвучал третий смешок совсем близко в тумане, Брут не выдержал и завизжал, словно маленькая девочка, в то время как товарищи, не раздумывая, бросились бежать.
В отличие от енота, способность соображать ни Зефир, ни Леопольд окончательно не потеряли, поэтому двигались в одном направлении. Вот только чертовщина не закончилась, и после пяти минут бега командир внезапно остановился. Леопольд, бежавший позади, тоже встал, крикнув товарищу:
— Что случилось?
— Мы здесь только что пробегали! — указал юноша на парочку видневшихся в тумане деревьев. — Буквально секунду назад!
— Что?!
Зефир не стал тратить слова понапрасну и вновь побежал, а через миг каким-то непонятным образом оказался рядом с теми же самыми деревьями недалеко от Леопольда.
— Как так?! — уставился на него чернявый в изумлении.
— Без понятия! Давай возьмём левее!
Произнеся это, командир с енотом на плече рванул в указанном направлении, но и там ситуация повторилась, и ещё дальше произошло абсолютно всё то же самое. В общем, они оказались отрезаны от выхода из этого странного места какой-то невидимой стеной, которая тянулась чёрт знает сколько, и даже перемещение Брута здесь не срабатывало.
Позади снова зазвучал пугающий до мокрых штанов смех, состоящий из разных голосов, который начал быстро приближаться. И друзьям не осталось ничего другого, кроме как податься туда, куда они изначально собирались — на юго-запад. Никаких невидимых стен в этом направлении не было, и они даже вроде бы оторвались от погони, когда впереди сквозь туман замаячило что-то похожее на стену.
Подобравшись ближе к непонятному объекту, товарищи действительно наткнулись на прогнивший и частично разрушенный частокол, а пройдя немного вдоль него, обнаружили выбитые ворота, за которыми виднелась заброшенная деревня. Одноэтажные деревянные дома выглядели очень старыми и наполовину сгнившими, а на улице лежали белые, отполированные временем кости — как людские, так и животных. Их было не очень много, во всяком случае, тех, что позволял увидеть проклятый туман, но желания заходить эти останки абсолютно точно не добавляли.
Переглянувшись, друзья плюнули на идею нанести сюда визит и побежали строго на юг. Вот только десять минут спустя они нарвались на такой же барьер, который никуда их не выпускал. Попытавшись пройти в разных местах, Зефир принял решение бежать обратно к пещере. По-видимому, это был единственный выход из этого странного места.
Но как бы они ни пытались туда попасть, на их пути всегда звучал этот ужасный смех, отчего друзья постоянно возвращались к деревне.
— Что делать будем? — нервно спросил Леопольд, когда они опять оказались рядом с деревянной оградой, куда их загнали непонятные сущности.
Собственно, нервничали сейчас все. Ведь ситуация была не то что нетипичной, а откровенно жуткой.
— Давайте все же прорвемся к пещере, — собравшись с духом, предложил командир. — Мы еще даже не видели противника, а уже боимся только одного смеха и бежим, поджав хвост. Не дело это.
Брут в этот момент жалобно затявкал, не согласный с идеей, однако Леопольд не поддержал его.
— Ты прав! — храбрясь, проговорил чернявый.
И товарищи поспешили на северо-восток, туда, где находился спуск под землю. Расстояние до него было смехотворным по меркам парней, однако буквально через пару минут леденящие душу звуки прозвучали вновь.
Но на этот раз молодые люди не повернули назад, перебарывая страх. И вскоре смех уже слышался со всех сторон и неумолимо приближался, а Зефир с Леопольдом все бежали вперед, пока в один момент резко не остановились.
Прямо на их пути возникла молодая девушка с мертвенно-бледной кожей. Её иссиня-черные волосы, едва достигавшие плеч, обрамляли бледное лицо, создавая завораживающий контраст. Совершенство её форм лишь подчеркивалось почти полной наготой — если не считать полупрозрачный белый пеньюар, который не столько скрывал, сколько соблазнительно подчеркивал каждый изгиб.