Чтение онлайн

— Правильно. А значит, у вас есть шанс начать новую жизнь в Ахвароке. Скажи, Братио ты бы хотел для Ноди новый дом?

— Естественно, — кивнул я, понимая, что сейчас меня покупают.

— Это стало возможным тут! — улыбнулся Жамалус и развёл руки в стороны.

За разговорами я не заметил, как перед нами возник дворец — сердце города и резиденция маркиза Кавиго.

Рва тут не было, но его с успехом заменяли высокие серые стены, укрепленные контрфорсами и выступающими вперёд округлыми башнями. Из бойниц глядели пушечные стволы и скучающие на них расчёты.

Как только мы приблизились к воротам, стража, заметив Жамалуса, вытянулась по струнке и дружно стукнула древками алебард о пол. Толстяка явно боялись и уважали.

Внутренний двор дворца напоминал тренировочный лагерь. Всюду упражнялись солдаты, протыкая соломенные чучела копьями и рубя мечами и алебардами. Здесь были даже муляжи пушек, которые на скорость снаряжали два расчёта солдат под бдительным взглядом сержанта, который держал песочные часы и постоянно подгонял их руганью, от которой Филиция закрыла ладонями свои ушки.

— Солдаты дежурят сутки. Потом они день отсыпаются, на следующий день — тренировка и снова служба. Службу несут сутки через двое. В общем, людей очень не хватает, — пояснил Жам.

— Как же вы собрались справиться с целым войском Сапслейна такими скромными силами? — спросил я.

— Силами диверсий таких культиваторов, как ты, например. А через леса от Мрога путь неблизкий, вести армию с обозами еды, зерна и оружия придётся много времени…

— У принцессы Милософи есть свои культиваторы, — возразил я.

— Поэтому маркиз Кавиго и запретил нашим культиваторам драться друг с другом, чтобы нас больше осталось для благого дела. Ты, кстати, так и не ответил, хотел бы повоевать ради своего будущего в Ахвароке?

— Конечно, — согласился я, прикидывая, что если мне не будут мешать культивировать, то можно ещё раз сходить послужить на благо Переката, на этот раз против внешнего врага. — Я сделаю всё для благополучия моей Ноди.

Я очень надеялся, что мои последние слова прозвучали убедительно.

— Ноди у нас и сама культиватор, да? — слегка наклонился Жам к Филиции.

— Да, дядя Жам, мы с папой привыкли работать в паре. От разбойников там или от зверя дикого…

— Чудесно, просто чудесно. Если маркиз вас одобрит, то мои скромные отряды получат в виде вас серьезное подкрепление…

Мы шли по длинным коридорам замка, освещенным лишь узкими бойницами. На каждом углу стража, завидев нас, вытягивалась и ударяла древком оружия о пол. Редкая прислуга вжималась в стены и склоняла перед Жамалусом голову, стараясь смотреть себе под ноги.

И вот, на холодных стенах начали появляться картины и гобелены, а пол вдруг стал мягким от ковров. Висящие пустые подставки для факелов сменились на ярко горящие масляные светильники. Наконец мы подошли к одной из резных дверей, в которую мог бы при желании пройти даже всадник на самом мощном коне, не задев при этом откосов. Помимо обычной стражи тут находился немолодой мужчина в алом кружевном костюме и таком же алом берете, из-под которого ниспадали кудри рыжих с проседью волос.

— Его светлость у себя? — спросил Жам, это был и вопрос и просьба уведомить высокоблагородную особу о нашем прибытии.

— Да. Как вас представить? — холодно произнёс человек.

— Скажи, что прибыл я и ещё двое культиваторов, Братио и Ноди из Уловина.

Мужчина, по всей видимости глашатай, кивнул и, приоткрыв дверь, торжественно и громко объявил:

— Мессир, к вам барон Жамалус и два культиватора, Братио и Ноди из Уловина.

Видимо, получив молчаливое позволение, он попятился и широко распахнул перед нами тяжелую дверь.

Приёмный зал маркиза Кавиго больше напоминал кабинет какого-то чиновника средней руки. На полу лежал круглый, почти во всю ширину зала ковёр, на котором у дальней стены стоял тяжелый письменный стол. По правую руку от нас располагались стеллажи с книгами в толстых деревянных и кожаных переплетах, а всю левую стену занимало панорамное окно. Больше в комнате ничего не было. Казалось, что здешнему правителю совсем чужды присущие знати слабости типа охоты, как и всякие развешивание трофеев из звериных голов по стенам.

Маркиз, сухоплечий и седовласый мужчина, сидевший за своим столом, оторвал взгляд от документов и, перевернув их текстом вниз, пристально посмотрел на нас. Его возраст подчеркивался седыми, редкими волосами, которые прямыми нитями уходили за спину, и глубоко посаженными карими глазами, испещренными глубокими мимическими морщинами. Острые черты лица, вздернутый нос и тонкие длинные губы показались мне очень знакомыми, словно я уже где-то видел этого человека.

— Поклон… — одними губами повелел нам барон Жамалус. Сам он выставил левую ногу вперёд на носок, положил правую руку на грудь и склонился, опустив взгляд и отведя другую руку в сторону.

Я попытался повторить поклон, невольно оглядываясь на Филицию. Там уже принял управление Блик, изображавший самый настоящий реверанс, которому позавидовали бы современные леди.

— Подойдите, — проговорил маркиз, опуская перо в чернильницу.

По привычке я взглянул сквозь тени. Сидевший за массивным резным столом мужчина тоже был культиватором, правда, духовной ступени бронзовой лиги. Я не видел его артефакта, но что-то мне подсказывало, что он был посвящён сферами в убийцы.

— Серебряная лига, первая ступень третьего ранга, да еще и дуальность… — произнёс правитель города. — Ты прямо как мой бастард Хавиньон, только без дуальности, конечно. Что привело тебя в мои владения, Братио из Уловина?

— В Уловине работы нет… — начал было я.

— И мало серебряных сфер, — мысленно подсказал мне Зэр, и я слово в слово повторил за императором.

— О, ну тогда ты по адресу и вовремя. У нас и сфер, и работы для дуального культиватора хоть отбавляй. Вот, к примеру, в подземельях города завелась хищная серебряная сфера. До войны она нам особо не мешала: мы в те подземелья лишь преступников скидывали. Выберется — значит, чист перед Триединым, а нет — значит, туда ему и дорога. — Взгляд маркиза стал вдруг хитрым, и он, прищурившись, посмотрел на меня. — Однако сфера предельная, божественной ступени. В общем, Братио, спустишься в подземелья, побьешь зверей сферы, чтобы она в ступенях подусохла хотя бы — будет тебе и дом, и работа, и культивация. Считай, что хищная сфера — это твоя откупная городу.