Чтение онлайн

— Странно… — задумался всадник.

— Да, это странно, — пожал я плечами, слегка расслабившись. Я был уверен, что реши я атаковать сейчас, то смог бы достать мага без особых проблем в один прыжок.

— Я в Ахварок какими судьбами? — продолжал он допрос.

— В Уловине работы совсем нет. Специальной работы, если ты понимаешь, о чём я.

— А что в Лозингар не пошёл?

— Что ж я, сумасшедший, что ли? — хмыкнул я. — Из Лозингара все сейчас бегут.

— Как, говоришь, тебя там? — небрежно переспросил маг.

— Братио.

— Братио… Тут у меня стопка бумаг, и ты на ней кое на кого похож. К примеру, на опасного колдуна и некроманта Райса Бабуина Тулле Зинала из Треста. — Маг смотрел на меня, словно инквизитор, уличивший крестьянина в ереси, или городской стражник, поймавший рыночного сорванца на воровстве.

— Я слышал об этом человеке от беженцев из Лозингара. Но посуди сам, какой из меня некромаг? — Я посмотрел ему в глаза и на мгновение сделал свой взгляд ярким, словно маяк в ночи.

— Вижу, что не некромаг, но святые отцы могут и ошибаться… — протянул он.

— Могут, — согласился я.

— Говорят, — продолжал маг, — что Райс был дуальным культиватором, воином и некромантом. Ты, мил человек, как раз дуальный культиватор, и что-то мне подсказывает, что второй твой талант — как раз воин.

— Ты, милейший, можешь вызвать меня на бой и сразу всё узнаешь: и про воина, и про некромантию или её отсутствие, как в моем случае, — нахмурившись, ответил я в тон ему.

Наши взгляды снова встретились. Неизвестно, чем бы окончилась возникшая напряженная пауза, если бы из теней справа от меня не вынырнул тот самый вор с блокнотом, что разговаривал со мной с крыши. Улыбаясь, он, немолодой уже культиватор, примиряюще развёл руки:

— Ну, право же, мисье Хавиньон, чего же вы набросились на Барио из Уловина? Он же ясно сказал, что это не он. Тем более что он сейчас предъявит свои документы, и всё станет на свои места.

— Я Братио, а не Барио, — обошёл я вторую из видимых мною словесных ловушек. — А документы мои вымокли под дождями по пути, так что месье отчасти прав. Доказательств, что я — это я, у меня и правда нет, кроме того, что во всём Уловине никогда не было Сюзакки, которая разносит овощи.

— Это же чудесно! — воскликнул вор. — У нас в Ахвароке его светлость маркиз Кавиго Митас запретил любые культивационные дуэли под страхом смертной казни, и с каждым новым культиватором, кто прибывает в город, он хочет говорить лично.

— Жамалус, допрос еще не окончен, — со сталью в голосе произнес всадник, обращаясь к вору.

— Ну какой же тут допрос? Человек не некромант и не геомаг. Кроме того, не думаешь ли ты, милейший месье Хавиньон, что поймал того, кто в одиночку уничтожил войско Джастиро или разбил всех святых отцов в Лозингаре? Тогда у меня для тебя, дружище, плохие новости… — И Жамалус закончил шёпотом: — Нас тут явно маловато!

— Может, ты и доложишь тогда маркизу Кавиго Митас о том, что в город прибыл дуальный культиватор? — вскипел маг.

— Почему нет? С удовольствием! — наигранно обрадовался вор.

— Тогда за гостя отвечаешь сам.

С этими словами всадник развернул коня и, махнув рукой солдатам, поскакал прочь. Улица быстро начала пустеть, и вскоре мы оказались вдвоем. Я даже не успел удивиться тому, насколько в Ахвароке всё отлажено.

— Ну-с, пойдёмте к его светлости маркизу Кавиго, а я попутно расскажу, что у нас и как, — дружелюбно улыбнулся вор, оглядываясь на ближайший переулок, откуда к нам молча вышла Филиция, перемещая рюкзак с груди на спину.

— Ну, раз у вас тут так принято… — пожал я плечами.

— Вы, Братио, даже не представляете, как вам повезло и как мы вам тут рады! — заключил наш спутник и изящным жестом пригласил нас с Филицией идти с ним.

— Видишь ли, Братио, — пояснял словоохотливый Жамалус, пока мы шли к дворцу, — мы тут живём как на пороховой бочке. Короля убили, а значит, вот-вот начнётся дележка его, так сказать, наследства среди своих и не без участия чужих. Детей от законного брака у Джастиро не было. Сам понимаешь, нет того, вокруг которого можно было бы сплотиться. Вот маркиз Кавиго и приказал нам готовиться к круговой обороне. С запада нас Лоза защищает, хотя надежды на то, что нежить не умеет плавать, конечно нет, но всё-таки хоть с той стороны ров копать не надо, а вот с востока в Перекат уже вторгся Сапслейн. Там с наследием тоже не всё гладко: принцесса Милософи тринадцати лет от роду и правящий от её имени старик Лофарк. Эти не упустят возможность оттяпать от золото-угольной короны Переката солидный кусок.

Помимо страхов смутного времени лысый вор живописал еще и перспективы бытия в Ахвароке. От него я и узнал, что каждый посетитель должен отработать не менее двух недель на благо общества или заплатить откупную — ни много ни мало один золотой джастир. Услышав сумму, Блик поперхнулся, и старый вор заботливо похлопал его по девичьей спине.

— Ноди, тебе нравится наш город? — спросил он, называя шута именем, которое я придумал в ходе нашей беседы.

По моей наспех сочиненной легенде, я и троица, закованная в теле девочки, были отцом и дочерью, ищущими работу, еду и возможность культивации.

— Да, господин Жамалус, тут очень красиво, — ответила перехватившая контроль над телом Филиция.

— Ну что ты, дитя. Называй меня дядей Жамом. Я — лучший друг детей в Ахвароке. После войны у нас осталось слишком много сирот, — вроде бы искренне вздохнул Жамалус. — Тебе-то повезло с отцом, сразу видно, он настоящий воин и, можно даже сказать, паладин. А вот другим не повезло. — Его устремленный куда-то вдаль взгляд словно остекленел. Жамалус замолчал, но почти сразу же продолжил: — Я содержу два приюта для таких детей, где обучаю их, не позволяю воровать и забочусь, как о своих собственных.

— Ты в бронзовой лиге, на последней ступени, — заметил я. — Я слышал, что в Ахвароке полно серебряных сфер. Почему бы тебе не культивироваться в серебряную лигу?

— Эх, Братио, лучше быть самым сильным в бронзовой лиге, чем никем в серебряной. Ты, я вижу, собираешься культивировать дальше. Тут, в Ахвароке, для этого есть все условия, только нужно сперва помочь городу.

— Я как бы готов. А в чём заключается помощь? Не в таскании же кольев и земли? — как можно дружелюбнее улыбнулся я.

— Все культиваторы и вообще бойцы поступают в один из двух отрядов. Самый многочисленный — это летучий отряд месье Хавиньона. Они патрулируют со всех сторон, чтобы враг не подошел к нам незаметно. А моя скромная группа занимается, как ты сказал, хозяйственной частью, но иногда и нам достаются боевые задачи. Если волей маркиза Кавиго тебя прикрепят ко мне, то у тебя будет время и культивировать, и служить городу. Кстати, знаешь, Братио, почему я не спрашиваю тебя, за кого ты воевал?

— Потому что теперь это бессмысленно. Ни Джастиро, ни графа Ролиза нет в живых.