Чтение онлайн

– Я думаю, демон внутри меня набирает силу, – поделился опасениями граф, – Раньше я никогда не видел опал таким бледным. Боюсь, что если вы не поспешите с ритуалом, мне снова придётся сделать то, чего я не хочу, чтобы хоть на какое-то время восстановить силу камня.

Я знала, на что он сейчас намекал, не желая даже просто произносить названия того деяния, которое собирался совершить.

Ему была нужна новая девственница. И я должна была во что бы то ни стало это предотвратить, если не хотела лишиться своего демонического заказчика.

О, Таящийся, где же носит Раама, когда он так нужен?

– Нет, Дейран, прошу вас, не делайте этого! Вы не можете поступать так с другими девушками всякий раз, когда камень будет этого требовать, – с надрывом попросила я, как будто меня действительно волновала хоть чья-то судьба, помимо собственной, – Они ни в чём не виноваты, они не должны страдать! Должен быть другой способ…

– Нет другого способа, Алиан! Его нет! – резко перебил меня граф, почти закричав на меня в ответ.

Безнадёжное отчаяние в его голосе будто бы отвесило моему наивному идеализму оглушительную пощёчину.

Мужчина опустился на диван рядом с собой и спрятал голову в руках, зарываясь собственными пальцами в заплетённые от висков до затылка косы, тем самым непроизвольно разрушая их изящный узор. По его телу волнами забегала предательски заметная дрожь, а изо рта то и дело раздавались плохо приглушённые странные всхлипы.

Неужели он… плакал?

Медленно, стараясь не спугнуть его, словно раненого зверя на охоте, я приблизилась и села на противоположный край диванчика, позволяя собеседнику прийти в себя после столь неожиданного высвобождения терзавшей его затаённой горечи. Отсюда мне стало понятно, что в действительности плечи графа подёргивались от колоссального напряжения, в один миг едва не похоронившего его под своей тяжестью, а заметные вдохи происходили от прорывавшегося сквозь крепко сомкнутые зубы лихорадочного дыхания, которое мужчина едва ли мог контролировать.

Прошла, должно быть, минута или две, пока Дейран не справился с неожиданно нахлынувшими на него эмоциями и не вздохнул как можно глубже, сбрасывая остатки своего волнения. И всё же, когда он отнял руки от лица и перевёл взгляд в мою сторону, его глаза выглядели лет на десять старше его истинного возраста.

– Амулет Амелии способен подавить демона на какое-то время, но сдерживать его бесконечно долго он не может. Тот, кто нуждается в его защите, должен быть готов за неё заплатить. Жизнью, болью или хотя бы честью. Я выбрал наименьшую возможную жертву, которую согласился принять камень, и продолжаю раз за разом приносить именно её, потому что лишь так я могу удержать демона ещё на какое-то время. Я должен бы платить амулету своими страданиями, приносить в жертву себя самого, а не чужие мучения, но мне самому просто нечего ему дать, кроме всей моей жизни.

Я опустила голову, с передавшейся мне от графа печалью рассматривая собственные руки. К сожалению, я прекрасно понимала суть того, о чём он сбивчиво пытался мне рассказать.

Боги требуют жертв за всё. Они так работают. У своих жрецов они забирают “мирское”, лишая их едва ли не всех радостей человеческой жизни. От Посвящённых получают бесконечно преданное сердце. Даже у своих слуг, ангелов и демонов, в обмен на могущество они отнимают свободу. Вопрос лишь в том, как относиться к тому, что именно ты отдаёшь и что получаешь взамен. Это обычный контракт. Сделка между тобой и избранным богом.

Правда, моя вот в последнее время не приносила мне ровным счётом никакой выгоды. Скорее, от соблюдения всех установленных ею правил я получала лишь убытки и ограничения. И всё же я ни на секунду не переставала ждать возвращения Ирры, особенно теперь, когда Раам возжёг в моём сердце чуть не было не угасшую надежду. Мои жертвы были вовсе не напрасны…

– Так что да, Алиан, – усталый голос Дейрана выдернул меня из размышлений о собственных потерях, – Если за прошедшее время вы не нашли способа разобраться с демоном, мне придётся снова пойти на это, хотя никто из нас с вами этого не желает. Но то, что сидит внутри меня… Это зло. Чистое, неприкрытое, тёмное зло. И я не могу позволить себе так рисковать.

Уголок моих губ тронула горькая усмешка. Слишком многие из тех людей, кто привык доверять свою судьбу в руки Светлой Троицы, не могли принять их неопровержимо порочные стороны. Не могли даже помыслить о том, что жестокость “добрых” богов порой происходила не от благородных помыслов и непостижимого плана, а от простых и понятных даже людям желаний и страстей. И то же самое было верно для обратной стороны божественной Шестёрки, которую по ошибке называли “тёмной”.

– Зло… Чистое, неприкрытое, – я будто бы попробовала на вкус произнесённые графом слова, – Вам не кажется, что не бывает в нашем мире никого однозначно злого или доброго? Если бы Амелия была абсолютно доброй, разве её амулет стал бы требовать от вас таких жертв, о которых вы говорите? А если Агриф является безусловно злым, почему суды, которые проводят его жрецы, считаются самыми справедливыми из всех людских судов?

Я повернулась к Дейрану и увидела, что тот внимательно слушал мои предположения, однако пока явно не понимал до конца, к чему я клонила.

Пожалуй, с человеком, настолько измученным бесконечным сражением за загадочное добро, стоило говорить более прямо:

– Если даже сами боги не делятся на чёрное и белое, и люди не делятся тоже, почему вы думаете, что их слуги чем-то отличаются? Вы вообще знаете наверняка, чего этот демон от вас хочет? Зачем ему ваше тело?

Если подумать, Рааму однозначно было бы проще договориться непосредственно с графом, нежели со мной, чтобы тот просто купил ему нужный камень. И тогда демон оставил бы Дейрана и его графство в покое, вернувшись к своему хозяину с легко приобретённой добычей.

С другой стороны, купить камень Раам мог бы и сам, успешно прикинувшись графом без лишних договорённостей. И судя по тому, что он этого так и не сделал, с этим заказом всё было намного запутаннее.

Его Высочество тем временем едва ли постарался как следует обдумать мой вопрос:

– Что значит, зачем ему моё тело? Чтобы занять моё место. Править Акросом. Может быть, развязать новую войну, которая обязательно прольёт кровь моего народа. Повторить историю полувековой давности.

– Вы уверены? – поинтересовалась я, прекрасно зная, что догадка Дейрана оказалась ошибочной, – А для чего ему это всё нужно? Вы не пробовали у него просто спросить? Например, через зеркало в вашей спальне? В книгах по демонологии написано, что демоны вполне разумны, и что вы с ним могли бы попробовать договориться.

Кажется, моё предложение неожиданно заставило помрачневшего графа немного развеселиться. Он улыбнулся, а затем устало отвалился на спинку дивана и взглянул на меня словно на ляпнувшего глупость ребёнка:

– Алиан, я ещё не настолько сошёл с ума, чтобы вести беседы с демоном.

А я, похоже, именно настолько.

Впрочем, его опыт взаимодействия с демонами был куда теснее моего, так что обижаться или возражать я не стала. И Дейран, почувствовав, что разговор зашёл в тупик, решил вернуться к изначальному вопросу нашей беседы:

– Так что, расскажите, вам удалось продвинуться в исследованиях экзорцизма или нет? Получилось найти что-нибудь полезное?

Теперь уже я сама замялась, с сомнением окинув взглядом сосредоточенные у диванного подлокотника стопки книг, будто пыталась вспомнить хоть что-нибудь, о чём могла рассказать Ле’Куинду. Однако на ум, как назло, не приходило ни одной здравой мысли, так что мне оставалось лишь признать своё временное поражение.

Ох, Раам, где же ты прохлаждаешься, Ирра тебя подери! Нет бы сейчас вылезти да помочь!