Чтение онлайн

— Всё в порядке? — спросил Остин.

— Похоже на то. Мы готовы к полёту, — сообщил Эсил.

Спенсер угрюмо кивнул головой. С Ли он дошёл до открытой кабины лифта, нажал на кнопку и поехал наверх. Уже через десять секунд двери открылись, они вышли на жилом этаже, в камбуз. Белые гексагональные стены, в отличие от унылой инженерии, расслабляли, но одна деталь никак не могла давать Остину покоя… Рассыпанные хлопья валялись на полу, и старик покинул их только через силу, решив, что таким должен заниматься Эсил. В камбуз также выходила центральная лестница инженерного коридора (другая лестница позволяла добраться до центрального компьютера в южной части корабля), по ней, судя по громкому и прерывистому шуму снизу, сейчас лезет Эсил. Да, вскоре он показался и вылез вслед за другими. Остин, оставив Ли с Эсилом, вышел из камбуза к камерам гибернации и по ступенчатой лестнице поднялся на мостик.

Толстые старческие руки нажали на несколько кнопок и дернули за центральную ручку. На экране вылезли сообщения компьютера:

"87 %"

"89 %"

"94 %"

"99 %"

Долгая пауза длиной в полминуты.

"100 %"

"Полная готовность"

Остин пододвинул ко рту микрофон и заговорил:

— Отправляемся. Ли, Эсил тебе всё укажет, не волнуйся.

— Я и не волнуюсь! — воскликнул Раймель так громко, что Остин услышал. Старик хохотнул.

— Ну тогда сейчас заволнуешься…

Двигатели включены. Остин определил на навигаторе Каудрин, Борею — это север Рарудрона, несколько тысяч километров полёта. Компьютер выдал оптимальный маршрут. Через пять минут "Цифровая утопия" повисла в воздухе, и посадочные опоры были убраны внутрь корабля. Из сопел вылетели струи раскалённого газа, "Утопия" заревела и вылетела из гаража. Ворота последнего закрылись, корабль резко полетел вверх, от чего Эсил и Ли чуть не свалились со стульев, а затем повис в воздухе над небоскрёбами и пролетающими внизу автоволярами. Затем корабль снова начал набирать скорость и одновременно разворачиваться в обратном направлении. Спенсер расслабленно вздохнул: он давно хотел усесться в своё любимое пилотское кресло.

Человек, вопреки рационализму и достижениям науки, продолжает верить в чудеса. Остаются события и предметы, которые невозможно объяснить с научной точки зрения. Цивилизация Сайры пересекла Внутренние пространства и колонизирует Внешнее кольцо, и ей подвластно всё. Всё, кроме собственных секретов. В глубоких чертогах и руинах лежали объекты, которые скрывались от остального мира. Люди веками не понимали, с чем соседствуют. Те, кто овладели информацией, прознали о Чудесах — предметах, дающих власть над вселенной. Остаётся загадкой, кто их создал и для чего они предназначались. Совершенно случайно одним из артефактов владели Фернандесы. Кханд, заполучив власть над компанией CIMun, нашёл у себя в шкафу запыленный макет глаза и случайно обнаружил в себе дар видеть глазами других людей. Запершись у себя в кабинете, Фернандес не выходил несколько дней, изучая сведения о странных находках. Он убедился — на Сайре полным-полно Чудес, которыми можно овладеть, если приложить усилия.

Он посредством дипломатии и насильственных действий собрал всё, что имелось, и занялся поисками новых артефактов. Кханд верил, что, заполучив самые могущественные Чудеса, он обеспечит себе власть над миром. Чего он добивался, для чего было нужно контролировать CIMun и Сайру? Тешил ли он только свои амбиции? Вс"e так. В истории человечества иногда рождаются гениальные личности, которые достойны называться сверхлюдьми — они обладают необычайной энергией, честолюбивы и могут менять реальность вокруг себя. Эти деятельные эгоисты выделяются из толпы, при возможности контролировать легко ведут её за собой. Те, кому удаётся закрепить за собой власть, переворачивают человечество вверх дном и навсегда остаются в истории.

Всё это относится к Кханду Фернандесу. С ранних лет уверенный в сво"eм всесилии, этот потомок бедного борейского рыбака возомнил себя цесарем. Возможно, он и без принадлежности к разбогатевшему роду смог бы найти себе место под солнцем — настолько Кханд был выдающимся деятелем. И всё же следует признать, что гениальность передалась ему от отца — изворотливого и коварного интригана, которого ненавидели все окружающие. Изначально так же относились к чванливому отпрыску Рибы, пока тот не доказал обратное. Повзрослев, Кханд научился управлять людьми, как Риба. В совокупности с привлекательным внешним видом, положительным образом и скрытой развратностью это создавало уникальную для VI столетия личность. Последний человек, достойный стоять рядом с Кхандом, умер за двести лет до его рождения, и это был Натхен, развязавший Мировую войну.

Кханд в глубине души не доверял своему окружению и хотел заполучить Чудеса, дававшие ему божественную мощь. С этой целью он лично отправлялся в места, где находились артефакты и искал способы достать их. Но среди обычных Чудес, несомненно, находилось самое могущественное, спрятанное древними цивилизациями. Догадки Фернандеса подтвердились, когда снежной зимой 536 года — тогда дороги стали непроходимы, а трёхэтажные дома утонули в огромных сугробах — в тундрах Бореи был найден курган с единственным захоронением. Там лежал знатный вождь, умерший своей смертью. Рядом с ним лежала стрела, оказавшаяся очередным Чудом. Но больше всего исследователей удивил хорошо сохранившийся булыжник в руках у покойника. На нём ножом были нанесены очертания материков и жирные точки. На месте Бореи и кургана находился прямоугольник с маленьким закрашенным охрой кружком. У прочих жирных точек, на других континентах, находились ещё более большие кружки. В углу булыжника, вдали от географических очертания, было маленьким шрифтом вычертано: "Arkanatuuksinemar". Кханд, выехавший к кургану, сразу всё понял: северный мореплаватель Туук Синемар, тоже знавший о чудесах Фарторрии, искал некое Чудо под названием Аркана, нашёл и спрятал на одном из мест, отмеченных огромными кружками. Догадки подтвердились, когда неподалёку, подо льдом, он самолично выкопал сохранившуюся бересту с эскизом шара, который держал в руках схематически изображённый воин.

Фернандес, вернувшись из бесчувственного холода в тёплую квартиру и сменив пушистую шубу на чёрную куртку, перенёс точки на современную карту и определил четыре локации — остров Юсса на севере Оскольда, великая пирамида Ласт в Ластклейре, Лабиринт в Олгении, джунгли в Андаенге. Первая и четвёртая ничем не выделялись, вторая и третья были известны как знаменитые архитектурные комплексы, высочайшие достижения человеческого разума. У Фернандеса возникла восхитительная идея — организовать поиски Арканы и их трансляцию по всему миру в качестве своеобразного реалити-шоу. Это поднимет популярность CIMun и принесёт прибыль даже в том случае, если Аркана окажется лопнувшим мыльным пузырём. Кханд примирился с оскольдской государственной корпорацией O-Search (Oscold-Search) и предложил ей участвовать в поисках. Оскольд пообещал выставить со своей стороны пилота. Кханд лелеял надежду, что он только выиграет от инициативы: Оскольд давно выступал в роли врага CIMun, и такое примирение могло позволить в дальнейшем подчинить непокорное государство власти Фернандесов. Кханд договорился с медиахолдингами о вещании шоу в 142 государствах, он окончательно обсудил с ними формат шоу. Было решено, что в поисках будет участвовать четыре гонщика, среди которых один будет из CIMun, второй из O-Search, а оставшиеся будут приняты из подавших заявки.

Была придумана красивая легенда о священном камне Аркане, на поиски которого отправятся четыре самых талантливых пилота планеты. О его чудесных свойствах, конечно же, не было сказано ни слова. Фернандес заранее подготовил фальшивую Аркану, которой заменят настоящую. Из авантюристов, готовых пересечь полмира ради славы и красивого камушка, руководство CIMun выбрало молодую Венди Салабланку и более опытного пилота, попросившего не раскрывать его личность публике. Для него придумали прозвище "Алхимик". Оскольд длительное время не мог выбрать подходящего пилота, а Кханд после длительного обсуждения остановился на кандидатуре Остина Спенсера из Эстлэнда. У него были личные причины на столь странный выбор. Спенсер был вызван в Борею, куда и отправился на своём корабле "Цифровая утопия"…

Лето в Каудрине было довольно прохладным. С запада, с побережья постоянно дули холодные ветра. Местные жители оделись потеплее, в отличие от пассажиров "Цифровой утопии", ожидавшей разрешения на посадку. Уставший Остин, качая головой, осматривал леса из дубов и берёз, окружавшие резиденцию Фернандесов. Ему нравилось то, с каким уважением главы CIMun относились к окружающей среде — ни единого пня. В корабле постоянно поддерживалась температура в 15 градусов, из-за чего Остин сначала не заметил изменений. Но после остановки транспорта он услышал шум ветра, который не прекратился и как будто только усилился. Спенсер сообщил Ли и Эсилу о смене погодных условий и попросил переодеться, после чего встал из-за штурвала и достал из шкафчика кожаную куртку. Надев её на пиджак, старик вернулся за кресло и принял сообщение диспетчера, разрешившего посадку. Пилот сухо поблагодарил и наконец посадил "Утопию" в самом центре.

Остин спустился к камерам гибернации и дошёл до камбуза, где Ли и Эсил уже были готовы к выходу. Первый надел аналогичную кожаную куртку, второй обошёлся кепкой набекрень. Остин с добродушным смешком поправил андроиду головной убор, все трое через лифт спустились вниз и покинули корабль. Возле входа стоял долговязый администратор, который радушно приветствовал гостей на их родном эстлэндском языке. Он предложил Остину познакомиться с местными ресторанами и заведениями, принадлежащими CIMun и расположенными по обеим сторонам аэропорта. Пилот отказался и попросил сначала привести его к Кханду. Администратор не мог отказать; он вызвал лимузин, на котором все четверо доехали до резиденции. Их сопровождали водитель автоволяра, готовивший всю поездку кофе, и угрюмый охранник рядом с ним. Администратор пребывал в добром расположении духа, поэтому охотно делился с Остином историей дворца, чей фасад был виден издалека. Дескать, в годы поздней империи дворец принадлежал аристократу Теппоеву, известному фавориту. Впоследствии, по причине долгов, роскошная резиденция была продана государству и через него перешла в частные руки. Возрождение было инициировано Рибой Фернандесом, за огромную сумму купившим территорию дворца, и завершено при Кханде.