Чтение онлайн

Послышался звук рвущейся ткани и Злата поняла, что это её рубаха, грудь обдало холодом и жаркая рука коснулась шеи, сжав жёстко и начала опускаться вниз.

В этот момент дверь распахнулась с силой стукнувшись о стене.

— Разве не понятно, что нужно стучать? — Яромир обернулся.

Злата не успела ничего увидеть, слёзы делали картинку размытой, какие-то пятна, она только поняла, что её отпустили, тут же обессилено съехала по стенке, уткнулась себе в ноги и зарыдала. Она слышала возню и крики, какой-то грохот, а затем, запахнув на груди рубаху, давясь слезами, жёстко стала тереть губы, чтобы стереть это ощущение, внутри было мерзко. Злата всхлипывала и ныла.

— Сударушка, — рядом с ней присела Марфа и обняла, эти объятия показались таким тёплыми и заботливыми, что девушка потянулась к женщине, в голос зарыдав у неё на плече.

Хоть и было ощущение, что всё прошло, напряжение чувствовалось внутри сжавшейся пружиной.

Марфа отвела Злату в её комнату и помогла умыться. Девушка успела переодеть рубаху и вправить её в юбку, когда дверь снова резко и без стука открылась.

Чернова резко вздрогнула и обернулась, поправляя головной убор и убирая выбившиеся пряди от лица.

Она нервным взглядом осмотрела незнакомца и отступила к окну, боясь, что на неё снова набросятся. Пережитый ужас никак не отступал, чувствовался комом в горле, напряжением в теле.

— Как она? — спросил блондин, обращаясь не к Черновой, но смотрел очень внимательно на Злату.

— Напугана, княжич, — растерянно сказала Марфа, отступив в сторону и поклонившись.

Чернова лишь нервно сглотнула, рассматривая молодого парня. Хоть высокий и крепкий, но она не могла понять одногодки они или Злата старше. Этот тоже был в дорогих одеждах и держался очень самоуверенно. Красив и явно обаятелен. На такого точно девчонки засматриваются.

— Значит, княжна по живому мужу панихиду носит, — с озорной улыбкой сказал парень и лукаво подмигнул. — Как звать-то хоть, родственница?

Чернова испуганно покосилась на Марфу, встретившись с её недоумённым взглядом. Злата икнула, щёки горели от слёз, глаза пощипывало, она всё ещё была в стрессе.

Но то, что он знает, кто она, вводило в ступор. Да и княжной её называл только священник и никто больше, поэтому Злата и не нашла, что ответить.

— Княжич, — следом влетела Всенежа и Злата впервые у неё на голове увидела головной убор, даже удивилась.

И неприязнь тут же встрепенулась в Злате. Эта дура такого про неё Яромиру наговорила, специально ведь оболгала, из зависти, наверное. И всё же, с Черновой чуть худого не случилось из-за этой дряни! Язык так и чесался обложить её родным трёхэтажным, но ведь не поймёт!

— Вы... Воибор? — робко предположила Злата, сосредоточив всё своё внимание на незнакомом парне.

— Княжич, — вновь влезла в разговор Всенежа, посматривая на блондина с подобострастием. — Вы эту девку не слушайте! Она сама с княжичем Яромиров в комнату пошла, эта блудница его сманила! Она тут всем ходит мужикам глазки строит, сударыней себя мнит. А её княжич Драгомир сослал за такие грехи...

— Рот свой прикрой, — внезапно грубо рявкнул на неё блондин. — Ты как про княжну смеешь гнусные сплетни пускать, девка?

Все женщины испуганно в комнате замолчали. Тишина стала давящей и невыносимой, напряжение повисло в комнате.

— Воибор я, невестушка, — обратился княжич к Черновой уже с ласковой улыбкой, что очень шла его красивому лицу, — угадала. Братец попросил приехать, проведать тебя. Правда сперва… — он умолк, подозрительно глянув на притихших Марфу и Всенежу и решил не договаривать. — Я с Яромиром разобрался, он тебя не побеспокоит, даром его своим приглушил, в сознание не скоро придёт, а как придёт, так уже Драгорад с ним поговорит, сам разберётся.

Злата нервно сглотнула и сжала юбку.

— Ты, милая, повойник-то сними, не гоже братца моего раньше времени хоронить, — весело рассмеялся Воибор.

И Чернова послушно стянула с себя головной убор, прижав его к груди. Запутанные волосы непослушно разметались по плечам, выбившиеся из косы.

— Спасибо, что спасли, — нервно пролепетала девушка.

— Ну так что, как звать тебя, невестушка? — шагнул ближе Воибор, а взгляд его быстро прошёлся по крохотной комнатке.

— Злата я, — доверительно ответила девушка и взволнованно добавила, — Чернова.

Брови блондина удивлённо взметнулись вверх и лицо его сделалось забавным. Злата бы даже рассмеялась, если всё ещё не была напугана. Она не знала, чего ей ожидать.

— Э, нет, милая, Торхова ты теперь, раз жена брата, — сразу оборвал её Воибор и вновь окинул внимательным взглядом и кивнул своим мыслям, а после сказал остальным: — Марфа, организуй нам с княжной чего-нибудь покушать, а ты Всенежка, иди комнаты приготовь. Мне и княжне, а то я посмотрел, куда вы её поселили. Если Драгорад узнает, годков вам накинет.

Всенежа побелела и первой выскочила за дверь, Марфа с тихим причитанием потянулась за ней следом.

Страх охватил Злату, она вновь оставалась с незнакомым мужчиной наедине.

Воибор прошествовал к небольшой кроватке и нагло уселся на неё, весело поглядывая на девушку.

— Он ж предложил мне тебя на дар променять, говорил ты иномирная, обмену подлежишь, — как-то невесело уже сказал блондин. — Да вот только я отказался сразу. Мать у отца истинная. Как представлю, что он её, как корову менять готов, так тошно становится. Я ж приехал на тебя посмотреть, любопытно мне стало, от чего брат отказывается. А ты ладная, да красивая, чем не хорошая жена? Всяко лучше этой его девки!

Злата нервно сглотнула и отступила к стене, вжимаясь в неё.

— Злат, — легко и прямо обратился Воибор, — ты меня не бойся, я чужую истинную в жизни не трону. Сыновья истинных они такие, они понимают в этом толк, ценить умеют. Я Яромиру хорошо врезал, как увидел тебя слабую, беспомощную, бьющуюся у него в руках, так дар толком удержать не смог. Я никогда не думал, что он с женщинами так обходиться может, думал, что враки всё это. Я бы себя не простил, если бы опоздал. Да и Драгорад не простил бы.

— Так он меня сюда и сослал, — горько улыбнулась Злата. — Хотел, чтобы я сгинула, да? Мне священник сказал, что я слаба, не ваша пока. Или что, обменять меня как вещь удобнее?

— Мне тоже не нравятся его мысли, — покачал головой Торхов. — Как он не может осознать, что ты — это сокровище? Я бы рад был, если мне истинная выпала, но боги решили наградить меня другим.

Злата не знала, что на это сказать поэтому решила промолчать. Она продолжала нервно сжимать в руках повойник, не зная, куда его деть.