Чтение онлайн

Кристиан вздрагивает всем телом, дёргается, чтобы обернуться, но быстро берет себя в руки.

И принимает мою магию.

Впервые я вижу в живую, как взаимодействуют нити наших магий: светло-желтая, цвета солнечных лучей ниточка и синяя, цвета подаренного мною сапфира, переплетаются друг с другом, как канаты, создавая настолько плотную магическую ткань, что в ней почти не остается свободного пространства.

А затем барьер разрастается. Стелется по камню, сжигая по пути разросшуюся как опухоль тьму.

И она отступает. Уходит обратно в свой провал, раздраженно шипя.

И только тихий шепот в самое ухо на прощанье заставляет вздрогнуть:

– Ты все равно придешь к нам… в конце концов придешь…

Несколько секунд мы просто стояли, не шевелясь. Кристиан, опустив руки, смотрел прямо перед собой, а я продолжала крепко его обнимать, вдыхая родной морозный запах, и наслаждалась искрящими мурашками, разбегающимися по телу.

Как невыразимо тепло снова его любить.

– Я думал, ты умрешь, - наконец звучит хриплое.

Неожиданно.

– Почему? – тихо спрашиваю, уткнувшись носом в его спину и совершенно не желая обсуждать что-то плохое.

– Именно так умирали все феи, которые лишались дара. Когда ты у меня появилась, я перечитал все записи предков. Симптомы один в один.

Тяжело вздыхаю, совершенно не зная, что на это ответить.

– Меня не так-то просто прибить, - тяну, постаравшись вложить в голос иронию. – Я очень живучая, как показывает практика.

Кристиан наконец оттаивает и медленно поворачивается ко мне. Но увидеть его лицо я не успеваю - он обнимает меня так крепко, что снова становится тяжело дышать.

– Я так не хочу, чтобы ты умирала, - неестественно ломкий голос. – Живи, Грета, пожалуйста. Я готов удерживать хоть сто Граней всю жизнь, только живи.

– Куда я денусь, - сдавленно ворчу, пытаясь хоть немного отстраниться, чтобы вдохнуть что-то кроме пыли его камзола. Но потом сдаюсь и сама прижимаюсь крепче.

Молчим.

– У тебя кровь, - вдруг проговаривает муж, с тревогой посмотрев на свои испачканные в крови пальцы. А затем быстро отстраняет меня и начинает осматривать.

– Да ерунда, - сама себя начинаю осматривать, ибо на пока еще не выветрившимся адреналине, не чувствую, в каком месте рана.

– Не ерунда, - Кристиан аккуратно приподнимает мою руку, указывая на глубокую царапину, пересекающую всё предплечье. – Где ты успела пораниться? – он довольно бесцеремонно начинает оглядывать остальные части моего тела, а затем, увидев порванный подол, опускается на колени и приподнимает юбку.

– Кристиан! – восклицаю, пятясь. Нет, я, конечно, хотела брачной ночи, но сейчас к ней точно не готова.

– Не шевелись, - суровое. – У тебя все ноги исцарапаны. Что с тобой случилось?!

Кто бы знал, что со мной случилось.

Нет, правда, что со мной случилось?

И только тут я вспомнила путь, который проделала, прежде чем попала к разлому.

– Кажется, я немного ползла, - смущенно сообщаю. – И, кажется, пару раз ударилась в темноте.

– Пару раз?!

– Пару пар раз? – неуверенно тяну.

– Грета… - слова у мужа кончились. Но от слов он перешел к делу: подхватил меня на руки и понес в сторону выхода.

С удовольствием обвиваю его шею руками, жалея, что не могу обвить мужа еще и ногами, а потом не выдерживаю и прижимаюсь лицом к его плечу. Но и этого мне мало, поэтому, замерев лишь на секунду, я провожу кончиком носа вверх-вниз по его шее, наслаждаясь теплом и запахом кожи. Не знаю, что в какой-то момент на меня находит, но высунув кончик языка, я быстро, едва ощутимо провожу им по краю подбородка мужчины.

Мы сели.

В смысле Кристиан, вздрогнув так, будто его ударило током, сел прямо на ступени вместе со мной.

То, что я оказалась на его коленях, меня более, чем устраивало.

– Ты… - у кого-то отказал голос. – Ты…

– Я случайно, - на всякий случай открещиваюсь, немного испугавшись его реакции.

– Случайно, - повторяет муж с неопределимой интонацией. – Понятно.

Мы снова встаем и идем дальше.

Напряжение, установившееся между нами, настолько ощутимо, что кажется, можно потрогать, но я больше ничего вообще не рискую трогать, замерев на руках мужа.

Но стоит только подняться наверх, как от вида когда-то мрачного холла, перехватывает дух.

– Как?.. – шокировано шепчу, оглядывая изящные совсем не жуткие статуи, блестящий от чистоты мраморный пол, резные окна без острых углов и сияющую белизной главную лестницу.

– Ну, хотя бы гостей нам будет, где принимать без стеснения, - усмехается не слишком впечатленный Кристиан, оглядываясь в поисках, видимо, Уилфреда.

Тоже начинаю его искать, не понимая, куда мог запропаститься старик, но дилемма решается почти сразу: на холодном полу около выхода из подвала, он сидит, прислонившись к стене, и смотрит прямо перед собой. Ни единой эмоции не отображается на белом как пергамент лице.

– Уилфред? – с тревогой обращается к нему муж.

– Я… это, - неуклюже запинается тот, почесав бровь, - перенервничал. Вы идите-идите…

Я бы никуда не пошла, но сейчас, впрочем, и как обычно, за нас всё решал Кристиан. И муж предпочел в самом деле оставить старика наедине с собой.

– А вдруг ему станет плохо? – с тревогой верчусь на руках мужчины, пытаясь обернуться.

– Уже стало, - Кристиан странно невозмутим. – Пройдет.

И мне бы вырваться, но чем я могу помочь? Надо найти тетушку Мисси.

– Давай пройдем через кухню? – прошу свой личный транспорт, но тот мотает головой.

– Грета, услышь меня. Оклемается.

– Но…

– Грета.

– Ладно, - вздыхаю, понимая, что Кристиан меня еще ни разу не подводил. – Куда мы идем?

– Лечить твои раны.

– Всего лишь царапины, - закатываю глаза. – И совсем не больно. – Тут я немного лукавлю. – И скоро заживет, ко мне же вернулся дар.

– Надо промыть. Ты вся в пыли и паутине.

– То есть ты несешь меня в ванную? – спрашиваю настолько ровно, насколько вообще возможно.