Дар первой слабости
Шрифт:
— О, ещё как! И я хотел бы, чтобы ты уделила внимание праздничному меню. Быть может, добавила что-то из валесской кухни. Это должно быть не слишком приятно княжне, но ты ведь сделаешь это на правах хозяйки дома?
Он говорил медленно, потому что и правда очень устал. Казалось, он готов был уснуть прямо здесь и сейчас, рядом со мной, ничего не опасаясь.
Я и сама была не прочь провалиться в сон, но лишь до того момента, когда смысл его слов дошёл до меня окончательно.
— Хозяйки дома?
Я села, не думая о том, как выгляжу в полупрозрачной рубашке, а вот Вэйн улыбнулся шире, глядя на меня.
Пытаться прикрыться было глупо, и я предпочла сделать вид, что просто жду от него ответа, и ничто иное меня сейчас не волнует.
По всей видимости, оценив этот ход, он развернулся на живот и тепло и влажно провёл языком по сгибу моего локтя.
— Разумеется. По крайней мере, на ближайший год.
Глава 14
Вэйн не сказал мне больше ничего судьбоносного, не отдал других ошеломительных распоряжений. Он просто остался ночевать в моей постели, а утром целовал до тех пор, пока у меня не начали саднить губы.
Когда он вышел из ванной, умывшись, я отдала ему приготовленную накануне притирку. Чувствуя себя при этом ужасающе неловко, я старалась не смотреть графу в лицо, но он заставил — удержав за затылок, вынудил меня поднять голову и разглядывал так долго и так горячо, что я успела по-настоящему покраснеть.
— Это очень неожиданно, княжна.
Не позволив мне ответить, он завладел моими губами, ласкал так глубоко и сладко, что я почти забыла о там, что пора начинать новый день.
Когда Вэйн пришёл ко мне с вином накануне, я мысленно сделала себе пометку о том, что этого дня мне следует ожидать с содроганием — как и всех последующих, в которые принц Эрвин мог указать своему вассалу его место.
Однако ничего дурного не просто не произошло. Именно с этого дня весь уклад жизни в замке Зейн начал непоправимо меняться.
Ощущая себя откровенно не в своей тарелке, я всё же взялась за праздничное меню. Ожидая от людей графа вполне обоснованного саботажа, я с удивлением обнаружила, что они совсем не против моего участия. На кухне меня встретили с распростёртыми объятиями, экскурсию по амбарам и хозяйственным помещениям провели сразу же, попутно предложив попробовать те фрукты и овощи, которые не росли в Валессе.
В помощницы и сопровождающие непонятно чему обрадовавшаяся Эльвира отдала мне подвижную и миловидную Сильвию. Свои длинные чёрные волосы она носила заплетёнными в толстую косу, а её платье показалось мне чрезмерно открытым для наряда крестьянской девушки. Это стало хорошим поводом напомнить себе о том, как сильно Юг отличается от Валесса. Пусть нас разделяло и совсем небольшое расстояние, пропасть между нашими мирами была огромна.
Наблюдая за тем, как ловко я справляюсь в курятнике, Сильвия чему-то широко и непосредственно улыбалась.
Стоило нам выйти на улицу, она тут же развернулась ко мне, едва не приплясывая от нетерпения.
— Вы удивляете, княжна! Где вы этому научились?
Она даже потянулась, чтобы дотронуться до моего запястья, но вовремя отдёрнул руку, и я невольно улыбнулась в ответ.
— Несколько лет я была старшей женщиной в доме, так что нужно было уметь всё.
— Ну надо же! — очевидно, боясь быть слишком навязчивой и не зная, как правильно держаться с чужестранкой, Сильвия посмотрела в небо. — Это так необычно.
— То, что я умею обращаться с птицами? Или то, что не боюсь грязи? — наблюдая за ней, я отчего-то захотела улыбнуться снова.
— Нет, это-то как раз я поняла. Просто… — раздумывая над ответом, она стушевалась ещё больше. — Вы не рассердитесь, если скажу?
Такая манера вести разговор была для меня непривычна, но, как ни странно, я находила её вполне очаровательной.
— Говори, я не настолько мнительна.
Сильвия кивнула и всё же посмотрела на меня.
— Это удивительно. Я слышала, что о вас говорили. Мы ведь с вами ровесницы, а вы называете себя старшей женщиной. Сколько же всего на вас свалилось?!.
Она сочувствовала мне вполне искренне и пыталась вообразить мою жизнь так старательно, что в любой другой ситуации я нашла бы повод пошутить, сглаживая неудобный для меня момент.
Теперь же я остановилась, глядя на неё с неподдельным изумлением.
— Ровесницы?
— Ну… да, — Сильвия успела сделать ещё несколько шагов вперёд, и теперь ей пришлось разворачиваться ко мне. — Вы не подумайте, я не пытаюсь себя с вами сравнивать…
Я качнула головой, и она поняла меня правильно, умолкла. Только смотрела настороженно, очевидно, перебирая в своих мыслях всё, что могла сказать и сделать не так.
Я же сделала глубокий, но почти незаметный вдох, чтобы голос прозвучал ровно.
— Я думала, ты намного моложе. Минимум лет на пять.
Сильвия прикусила губу, раздумывая над моими словами, а после тряхнула головой.
— Непросто вам придётся в наших краях. По крайней мере, в первое время. Здесь девушки в моём… В нашем с вами возрасте ещё веселы и беззаботны. Да и взрослые женщины редко терпят дурное отношение от своих мужей. Знаете, уже есть те, кому вы кажетесь Ледяной королевой из сказки. Но, мне кажется, это пройдёт, — она снова взглянула на небо и вдруг улыбнулась солнцу. — Посмотрите, как хорошо, княжна. Всё цветёт. А как пахнет! Граф очарован вами. Вам, наверное, сложно радоваться всему этому. Не представляю, как чувствовала бы себя я, если бы была из благородных и мне пришлось выдержать всё, что досталось вам. Но мне и ни к чему об этом думать. Я просто радуюсь новому дню.
Она улыбнулась мне в очередной раз, немного робко, но ласково, и я ответила на эту улыбку, давая понять, что правильно поняла всё, что она хотела мне сказать.
И вместе с тем её простодушная болтовня всколыхнула во мне настоящую бурю чувств, в которых я даже самой себе не хотела признаваться.
Начав смотреть чуть пристальнее, я обнаружила, что девушки моего возраста и правда совсем не походили на женщин в Валессе. Они не просто были веселее и беззаботнее, они чувствовали себя молодыми и полными надежд.
Украдкой наблюдая за Сильвией, увлечённой нашими общими хлопотами, я невольно пыталась примерить её привычки и манеру держаться на себя. Смогла бы я смеяться столь же весело и безоглядно? А разговаривать с людьми, не ожидая от них подвоха?
Не забывая о разнице между её положением и своим, я всё равно не могла отделаться от вопросов, на которые не существовало ответов.
Ледяная королева…
Я помнила эту сказку из детства. Холодная, неприступная, не знающая человеческих чувств женщина.