Чтение онлайн

— Ну и веселье, — проворчал один из пони, плюхнувшись в сугроб. — Игры, говорили они. Будет весело, говорили они…

Со стороны отстойника доносился смешок. Группа наблюдателей — пони, которые уже выбыли из игры — весело обсуждали происходящее, переглядываясь между собой.

Я стоял чуть в стороне, лениво наблюдая за этой картиной, и не мог сдержать глумливой улыбки. Мины не были самоцелью, они лишь должны были привить определенные привычки и стереотипы.

— Трудности закаляют, господа, — тихо произнёс я себе под нос, чуть прищурившись. — Ничто так не сближает, как совместное преодоление препятствий.

Нападающие, порядком обескураженные предыдущими сюрпризами, всё же собрались с духом, выстроились, «как положено», и начали продвигаться дальше. Некоторые пони ворчали себе под нос, другие напряжённо молчали, осматриваясь на каждом шагу, ожидая новых ловушек.

— Внимательнее, — скомандовал Цинь, бросая настороженный взгляд на снежные завалы впереди. — Здесь может быть что угодно.

Именно в этот момент воздух прорезал душераздирающий, жалобный вой.

— Мамааааа! — раздались детские голоса, полные боли и отчаянья.

Из-за снежных баррикад выбежала группа зебр-жеребят. Их морды были заплаканными, а на телах виднелись алые отметины и какие-то лохмотья — кто-то явно приложился краской для антуража, но обескураженые началом учений кони поддались стереотипам. Жеребята бежали прямо к нападающим, дрожа и всхлипывая, будто только что вырвались из объятий ужаса.

— Что… что это такое?! — растерялся один из пони и он же первым закричал от неожиданности, когда детишки, бежавшие первыми, попали в изуверские ловушки Грея и их раскидало по сугробам, явно приложив щебнем, так как ребята отчаянно плакали.

— Что тут происходит?! — выкрикнул другой пони. — Дети, какая сволочь вас обидела?

Нападающие потеряли строй, поддавшись родительским чувствам. У многих были и братья и сестры, а кое-кто и сам был родителем. Да и дети, попавшие во взрыв-ловушки, не оставляли иных толкований — что-то во время мероприятия пошло не так и надо принимать меры.

— Эй, малыши! — Цинь шагнул вперёд, пытаясь успокоить детей. — Всё в порядке. Кто вас обидел? Что случилось?

Жеребята остановились в нескольких шагах от него, их заплаканные глаза метались из стороны в сторону. И тут один из них, выпрямившись, словно по команде, поднял голову, его морда исказилась в безумной, неестественной для ребенка гримасе.

— ЗА БОГА-ИМПЕРАТОРА!!! — завопил он так, что эхо прокатилось по всей «арене».

— Что?! — успел только выдохнуть Цинь, прежде чем жеребята словно обезумили и рванули вперёд с неожиданной скоростью и прытью. Где проталкиваясь через строй, где проползая под брюхами воинов, они оказались внутри построения и…

Хлоп! Хлоп! Хлоп!

Детские тела сработали, как живые взрыв-ловушки с которыми пони столкнулись чуть ранее. Облака ярко-красной краски взлетали вверх, окатывая десятки пони, стоявших слишком близко. Многих сбило с копыт, другие пытались отскочить, роняя своих товарищей, но всё было бесполезно.

А ещё краска жглась. Паника началась мгновенно.

— Они взрываются! — завопил кто-то, кубарем откатываясь от очередного жеребёнка, который бросился ему под ноги и с громким хлопком исчез в облаке краски.

— Ноги! Что с моими ногами?! Ааа!!! — в ужасе визжал другой пони, отплёвываясь от краски, непонимающе пялясь на абсолютно целые, но полностью красные ноги.

Цинь, запыхавшийся но чудом не хапнувший краски, едва удерживал строй.

— Держитесь! Это… это всё часть сценария! Не паниковать! — прохрипел он с шоком и сомнением пялясь, как его товарищи катаются в снегу, пытаясь стереть с себя краску, которая нещадно жглась.

Но его слова тонули в общем хаосе. Крики «За Бога-Императора!» звучали то здесь, то там, пока последние «взрывные» жеребята не завершили свой марш самоотверженного безумия.

Когда всё закончилось, на поле осталась лишь кучка запыхавшихся, припылённых красной краской пони. Они растерянно переглядывались, многие тяжело дышали, кто-то беззвучно шевелил губами, пытаясь понять, что только что произошло. А остальные со стонами и проклятиями ковыляли в сторону наблюдателей. Как все знали, там были лекари. Может быть, хоть они сделают что-то с жгучей краской.

— Это была… засада? — спросил один из них, подволакивая заднюю ногу которую недавно чуть не сломал упавший сверху товарищ по несчастью.

— Вот же… вот же… — шипел Цинь, тяжело дыша. — Проклятье! Грей!!!

Я, наблюдая за этим спектаклем с холма, сдерживал смех. Лишь уголки губ предательски дёргались.

Ещё не успели осесть последние облака краски, как из-за ближайшего снежного завала появились воспитатели, перекрашенные под зебр. Они явно спешили забрать «пострадавших» жеребят. На их мордах читалось откровенное раздражение — возможно, это было не совсем то, на что они подписывались.

— Ну что, малыши, хватит шоу! — крикнула одна из кобыл, окидывая взглядом окутанное краской поле. — Пора идти мыться и…

Но её голос утонул в общем гомоне. Нападающие, измотанные и перемазанные красным, увидели их и решили, что это очередной трюк. Их глаза сузились, а кто-то с явным злорадством проговорил:

— Ещё зебры? Думаете, нас снова провести?! Не в этот раз!

— Мы не в игре! — завопила одна из воспитательниц, поднимая копыта вверх. — Мы не участвуем!

— Ловушка! — не слушая её, выкрикнул один из пони, размахивая тренировочным копьём с синим маркером. — Не дайте им уйти!

Хлоп! — первый удар пришёлся прямо по боку. Кобылу окатило синей краской, и она сдавленно охнула шлепнувшись на круп.

— Да что ж вы делаете?! Мы здесь работаем! — яростно завопила другая воспитательница, но уже поздно: толпа понеслась вперёд, и вскоре все «зебры» были густо утыканы синими пятнами.

— По игровым условиям вы уже мертвы, сдавайтесь! — закричал кто-то из жеребцов, явно теряя связь с реальностью.

— Ладно! Мы сдаёмся! СДАЁМСЯ! — истерически выкрикнула старшая из воспитательниц, отплёвываясь от краски.

— Так бы сразу, — мрачно буркнул один из нападающих, размахивая копьём. — В вас никакой чести.

Измученные «зебры»-воспитатели, густо перемазанные синей краской, пялились на этого правдоруба с чувством полного охренения. Они, постанывая, понуро потащились в сторону отстойника, бросая на нападающих убийственные взгляды. А дети? Жеребят явно кто-то грамотно подучил, так как пока суть да дело, абсолютно красные тела тихонечко покинули места своих подрывов. Так что когда остатки войск Циня попытались предъявить что-нибудь мелким шахидам, тех и след простыл.