Чтение онлайн

— Вы об этом пожалеете… — тем временем процедила одна из воспитательниц сквозь зубы, когда проходила мимо Циня. — Это был ваш последний весёлый день, это я вам обещаю.

Цинь, понимая всю абсурдность ситуации, только тяжело вздохнул и оглядел поле боя.

— Если это разминка, то что будет дальше?

Я, всё так же наблюдая с холма, чуть склонил голову набок, с интересом следя за происходящим. К счастью, возможность нападения на воспитателей была высока и в группе были только те, кто согласился подставиться под учебные копья.

Но разминка, в самом деле, закончилась и тихое до сего момента поле боя, огласилось звуковым сопровождением.

Непрекращающийся многоголосый противный вой разносился над полем боя, пробирая до самых кишок. Его источником были несколько спрятанных за пределами игровой площадки собранных нами сирен воздушной тревоги, которые звучали так, словно сами небеса рыдали от ужаса. Вой бил по нервам, вызывал дрожь в копытах, и заставлял многих пони вздрагивать на каждом шагу. Да что там, даже я поежился, хоть слышал эту какафонию не единожды и должен был уже привыкнуть.

— Этот звук… — пробормотал один из жеребцов, с трудом сглатывая. — Они хотят нас сломить…

— Держать строй! — надрывно крикнул Цинь, хотя сам уже едва контролировал ситуацию.

Но к этому моменту строй давно потерял форму. Постоянные подлости и ловушки сделали своё дело: шесть из каждых десяти пони уже «условно» погибли, заляпанные с ног до головы краской. Оставшиеся в живых выглядели, мягко говоря, не лучшим образом.

— Где противник?! — выкрикнул один из офицеров. — Мы потеряли столько бойцов, а они даже не показались!

И тут они, наконец, добрались до бруствера. Того самого, что всё это время мешал им увидеть главную часть поля. Поднявшись на него, пони замерли в полной тишине.

Перед ними открылся вид… который вряд ли кто-то забудет.

Белоснежный снежный городок, который они ожидали увидеть, отсутствовал. Вместо него было жуткое подобие укреплений из тел. Груды мертвых зебр и пони были сложены в хаотичные завалы. Все они лежали в неестественных позах, с пустыми глазами, глядящими в небо.

Всюду виднелись аквилы, нарисованные коричневато-красной краской в таком стиле, будто кто-то рисовал их копытом из последних сил и собственной кровью. Кривые, дрожащие линии придавали этим символам какую-то зловещую, извращённую реальность. А учитывая тот факт, что это был неизвестный лошадкам символ, это вызывало у них не самые радужные ассоциации.

— Это… что это такое… — прошептал один из пони, не в силах отвести взгляд от тела, которое явно насадили на копье, которое в свою очередь вкопали в землю.

И тут сверху, на этих ужасных укреплениях из «плоти», появились зебры. Они стояли на вершине завалов, глядя вниз на нападающих. На их мордах блестели безумные улыбки, а глаза горели каким-то диким огнём.

— За медленную смерть! За вечную боль! — раздался первый речитатив.

— За муки, что освободят плоть! — подхватили другие.

Голоса безумцев сливались в жуткий хор, от которого кровь стыла в жилах. Их слова звучали настолько абсурдно, что ещё вчера любой из пони рассмеялся бы в ответ. Но сейчас это не казалось смешным от слова совсем. Это было каким-то ужасным сюром.

— За Бога-Императора и вечную агонию! — прокричала одна из зебр, поднимая над головой копьё с насаженной на него головой.

— Это же… Это же голова Франца из третьей роты! — взвизгнул кто-то за спиной Циня и последние остатки здравого смысла испарились из голов пони.

— Это уже не игра… — тихо произнёс он, глядя на происходящее расширенными глазами. — Нас предали. Это не игра, это взаправду!

— В атаку! — кто-то из пони, окончательно потеряв связь с реальностью, рванул вперёд с боевым кличем, и толпа покачнулась за ним. — Ынь По! Ынь По!!!

Но с укреплений зебр уже срывались первые росчерки явной магии. Безумие охватило всё поле.

Ошеломлённые пони, уже почти забывшие, что это всего лишь игра, бросились вперёд. Кто-то всерьёз думал, что это диверсия зебрийских войск, кто-то — что они сражаются с древним злом. Все хотели одного: прорваться и покончить с этим безумием при помощи старого доброго копейного удара.

Но стоило им пробежать два десятка шагов, как новая ловушка сработала с ужасающей точностью и расчетливостью. Разогнавшиеся для копейного удара пони влетели в какие-то сети.

— Что это?! — завопил один из бойцов, когда его копыта запутались в сети проволок, которые, при каждом рывке, вспыхивали искрами и очень больно жалили, словно стая взбешенных ос.

— Проклятье, проволока! — выкрикнул Цинь, пытаясь освободиться. Его копыта дёрнулись, и несколько искр ударили прямо в грудь. Он взвыл, но тут же замер, потому что сверху снова началось…

Хлоп-хлоп-хлоп! Кла-кла-кла! Хлоп-хлоп-хлоп!

Потоки красной краски начали выкашивать остатки нераскрашенных пони. Это не было магией, хотя именно так это воспринимали нападающие. На самом деле, это были пневматические пулемёты, стреляющие капсулами с краской. Но в тот момент это казалось концом света. Ведь теперь краска не жгла, о нет, она заставляла лошадок терять сознание. В принципе, это был единственный способ остудить порыв одуревших от происходящего безумия бойцов.

Цинь дёргался в проволоке, заливаемый краской с головы до копыт, его вопли перекрывали вой сирен:

— ОНИ УБИВАЮТ НАС! Вперёд! Любой ценой вперёд! Ааа!!!

Остальные пони, уже практически разбитые и заляпанные с ног до головы, остановились, медленно осознавая, что всё кончено. Они смотрели на укрепления с пустыми глазами, пока последние струи краски покрывали их до кончиков хвостов.

На вершине укреплений началось настоящее безумное представление.

=* Грей *=

Грей, раскрашенный под зебру, с жутким узором на морде и странным головным убором, стоял на самом видном месте. В его копытах жужжал не то меч, не то двуручная пила, а глаза горели безумным огнём.

— СВЕЖАЯ ПЛОТЬ ДЛЯ ГОСПОДИНА БОЛИ! — завопил он, поднимая установку над головой. — ВОССТАНЬТЕ, МОИ ВОИНЫ! НАСЛАЖДАЙТЕСЬ ХАОСОМ!

Сверху ему вторили другие «зебры», их голоса сливались в восторженный вой.

— Вечная боль! Вечное блаженство! — кричали они, размахивая пиками с головами на них.

Внизу пони, застрявшие в проволоке, со стеклянными глазами и красными мордами начали молиться.

— Принцесса… прости нас… спаси нас… — шептал один из них, глядя в небо.

Рядом с ним другой, тяжело дыша, поднял взгляд к небу: