Дело искривленной свечи
Шрифт:
– Поразительный голос, - согласился Мейсон.
– Мне думается, такой голос свидетельствует о весьма незаурядной личности.
– Этой женщине повезло! Иметь такого преданного друга!
– не без зависти воскликнула Делла.
– Человека, который хорошо понимает ее, сочувствует и пытается спасти.
– Спасти от чего?
– быстро спросил Мейсон.
– От самой себя, конечно!
– Дафна Милфилд определенно не хотела, чтобы ее спасали от нее самой.
– Разумеется. Но ей все же сильно повезло, что у нее есть такой друг, на которого можно положиться без оглядки в трудную минуту... Шеф, когда вы собираетесь читать эти письма?
Мейсон подмигнул:
– Завтра утром.
Они пересекли вестибюль отеля.
– Спокойной ночи!
– пожелал Мейсон клерку. Тот в ответ буркнул что-то неразборчивое.
– Послушайте, шеф, где вы намерены их читать?
– В офисе, конечно.
– Когда?
– Завтра утром, - повторил он.
Делла рассмеялась:
– Так я и поверила... Пойдемте, включим в машине свет на приборной доске.
Они уселись рядышком в автомобиле. Писем было полдесятка, все написаны чернилами. На старых был обозначен обратный адрес: отель в Сан-Франциско, Дугласу Бурвеллу. На отправленных позже стояли лишь инициалы "Д.Б.". Письма охватывали период в шесть недель и говорили о прогрессирующей связи.
– Ну, что скажешь?
– спросил Мейсон Деллу, когда они дочитали последнее.
– На меня он произвел впечатление славного парня!
– уверенно произнесла она.
– Похоже, что он совсем неопытен в амурных делах.
– Почему ты так думаешь?
– Судя по тому, как он ей пишет о своих чувствах... Ну, я не знаю. Он же влюблен в нее без памяти, вот и все. Наивный идеалист. Он никогда не будет с ней счастлив. Ван Ньюис был прав, это стало бы настоящей трагедией, но не для нее, а для него.
– Давай послушаем, что он сам скажет по этому поводу.
– Как это?
– Позвоним ему домой... Ехать в Сан-Франциско для личной беседы нет времени, да это может оказаться бесцельным. А все же надо опередить полицию и послушать мистера Дугласа Бурвелла.
Они позвонили ему по междугородной связи в одном из отелей. В столь поздний час их соединили почти сразу же, но в ответ на свой запрос Мейсон услышал, что мистер Дуглас Бурвелл уехал из города на несколько дней.
– Вы не подскажете, где бы его можно было разыскать по телефону?
– Если желаете, поговорите с клерком в отеле. Мы же можем сообщить только то, что его нет в городе.
– Благодарю!
– сказал Мейсон, потом прошептал: - Могу поспорить, он в Лос-Анджелесе! А ты как думаешь?
Но тут в трубке раздался мужской голос:
– Алло? Мейсон объяснил:
– Я пытаюсь связаться с мистером Дугласом Бурвеллом. Дело крайне важное.
– Вы ведь звоните из Лос-Анджелеса, не так ли?
– Да.
– Так он там, у вас.
– Не могли бы вы мне подсказать, где его искать?
– В отеле "Клеймор".
– Это в двух кварталах отсюда, - сказала Делла и поспешно добавила, заметив, что Мейсон колеблется: - Если я сейчас поеду домой, мне все равно не уснуть.
– Ты должна научиться держать себя в руках, не приходить в такое волнение из-за каждого дела!
– сердито заметил адвокат.
– Не будем спорить! Зачем напрасно тратить время? Поехали!
Глава 10
Дуглас Бурвелл оказался высоким малым лет тридцати с широкими скулами, большими темными глазами и довольно болезненной внешностью: под глазами у него были черные круги, вьющиеся волосы были всклокочены. Пепельница возле кресла переполнена выкуренными лишь до половины сигаретами. По его голосу можно было судить, до чего же он взволнован, а его манеры были полной противоположностью сердечному гостеприимству Харри Ван Ньюиса.
– Ну, в чем дело?
– бросил он отрывисто.
Мейсон, придирчиво осмотрев его и как бы оценив, сразу же приступил к делу, не тратя времени на предварительную беседу:
– Я хочу задать вам несколько вопросов, мистер Бурвелл, о миссис Милфилд.
Если бы адвокат без предупреждения нанес ему удар в солнечное сплетение, его реакция не могла бы быть более красноречивой. Он страшно смутился и растерялся:
– Ох... Я...
– О миссис Милфилд, - отчетливо повторил адвокат, указывая на кресло Делле Стрит: - Садись, пожалуйста.
– Но я ничего не знаю о миссис Милфилд.
– А Фреда Милфилда знаете?
– спросил адвокат.
– С ним я встречался. Да.
– Бизнес?
– Да.
– Когда вы познакомились с его женой?
– Я... Мне кажется, я встречался с ней только раз, мистер... Извините, как вас зовут?
– Мейсон.
– Я встречался с ней один-единственный раз, мистер Мейсон. А не могли бы вы объяснить причину своего визита? Мне совершенно не нравится, что вы ворвались в мою комнату и стали засыпать меня вопросами. Вы связаны с полицией?
– Вы слышали, что ее муж убит?
– Да.
– Откуда вы об этом знаете?
– Она мне сама сказала.
– Значит, вы ее видели?
Теперь его голос звучал настороженно:
– Я позвонил к ним домой, чтобы договориться о встрече с мистером Милфилдом. Она мне рассказала, что случилось.
– Вы звонили к ним домой только с этой целью?
– Да.
– Так что вы не питаете особо дружеских чувств к его супруге?
– Мистер Мейсон, говорю вам, я видел всего один раз эту особу. Она показалась мне исключительно привлекательной женщиной, но при всем желании я не сумел бы вам ее описать. Знаете, как это бывает? Увидел и тут же забыл...
Мейсон одобрительно закивал:
– Вот и прекрасно. Это дает мне превосходное дело.
– Что вы имеете в виду?
– спросил в недоумении Бурвелл.
– Вы можете возбудить судебное дело, а я охотно возьмусь вас представлять в этом процессе.
– Так вы адвокат?
– Да.
– А я решил, что вы связаны с полицией.
– Не непосредственно. Но полиция, естественно, пожелает, чтобы вы обратились в суд, а я смогу защищать ваши интересы.
– Обратиться в суд? Что вы имеете в виду?
– По обвинению в подделке.
– Кого и в какой подделке я должен обвинить? Мейсон запустил руку в карман и вытащил связку из шести почтовых конвертов.
– Лицо, - пояснил он, - которое подделало ваше имя на этих письмах. Лицо, которое писало эти очень интересные, несколько наивные, но пылкие любовные послания миссис Фред Милфилд и подписывало их вашим именем.
Намерение сопротивляться покинуло мистера Бурвелла точно так же, как воздух выходит из проколотого резинового мяча.