Дело искривленной свечи
Шрифт:
– Мои письма!
– ахнул он.
– Ваши письма?
– Да...
– Мне показалось, вы говорили, что едва знакомы с этой особой?
– Мистер Мейсон, где вы взяли эти письма?
– Разве это так важно?
– спросил Мейсон.
– Да.
– Мне их дали, - ответил Мейсон.
– Кто?
– Это могла сделать полиция. Или же газетный репортер. Или клиент. Какая разница? Я не могу вам сказать, откуда они у меня. Но намерен сообщить, что собираюсь с ними сделать.
– Что?
– Передать полиции.
– Мистер Мейсон, пожалуйста, не делайте этого!
– Почему?
– Они попадут в газеты.
– Тут уж я ничего не могу поделать. Я не имею права скрывать улики от полиции.
– Улики?
– Да.
– Какие улики?
– Связанные с убийством Фреда Милфилда.
– Вы с ума сошли!
– Не думаю.
– Какое отношение имеют эти письма к...
– Послушайте, Бурвелл, ну для чего вы темните? Миссис Милфилд собралась ехать в Сан-Франциско, находилась уже в аэропорту. Она твердо решила сбежать вместе с вами. Ее задержал их общий друг.
– Так ее остановил их друг?
– воскликнул Бурвелл. Мейсон кивнул.
– Нет. Все не так. Она просто передумала. Она сама сказала мне это по телефону. Она...
– Он несколько секунд помолчал, а потом смущенно спросил: - Мистер Мейсон, а это не ловушка? Вы не пытаетесь меня подловить, нет?
Мейсон указал на телефон:
– Позвоните ей и спросите ее сами.
Бурвелл шагнул к аппарату, но тут же передумал:
– Нет, я... Нет, я не стану этого делать... Не сейчас.
– Ол-райт, - сказал Мейсон, - в таком случае поговорите с ней в более подходящее для вас время... Итак, она было отправилась в Сан-Франциско. Друг ее мужа убедил этого не делать, и тогда вы сами прилетели сюда. А Фред Милфилд узнал про всю аферу. Он находился на яхте некоего Бербенка. Вы настолько молоды и настолько очарованы женой Милфилда, что решили отправиться туда и объясниться с ним. Вы там находились вдвоем, без свидетелей, он набросился на вас с кулаками. Вы ударили его и...
– Хватит!
– завопил Бурвелл.
– У вас нет никаких оснований для подобных заявлений. Фред Милфилд для меня ровно ничего не значил, у меня не было причин встречаться с ним. Он был тяжелым человеком, настоящим тираном для своей жены. Черствый грубиян, не считавшийся с ее эмоциональными потребностями. Он не обращал на нее ни малейшего внимания, посвятив себя исключительно погоне за долларами. Он не достоин даже дотрагиваться до подола ее платья, он не...
– Вижу, вы начитались старомодных романов! Почему бы вам не спуститься с заоблачных высот на грешную землю?
У Бурвелла был несчастный вид.
– Ладно, - пробормотал Мейсон, почувствовав жалость к бедняге, - вы приехали в Лос-Анджелес, связались с миссис Милфилд. Что она сказала?
– Она сказала... Ну, сообщила о том, что ее муж убит. И что я не должен даже пытаться с ней встретиться, потому что полиции это покажется подозрительным.
– Когда это было? В котором часу?
– Вскоре после того, как я вышел из вагона.
Мейсон посмотрел на Деллу Стрит и спросил довольно беспечно:
– Вы приехали сюда экспрессом "Ларк", не так ли?
– Совершенно верно.
– Вы звонили ей с вокзала или уже из отеля?
– Из отеля.
– В котором часу?
– Около десяти.
– Понятно, - все так же беспечно продолжал Мейсон.
– И она сказала вам, что ее муж убит?
– Не тогда. Когда я звонил первый раз, ее не было дома.
Мейсон сунул письма в карман.
– Но позднее вы до нее все-таки дозвонились?
– Да. Тогда она и сообщила мне о смерти мужа.
– Сказала вам, что его убили?
– Ну, не так прямо. Сказала, что произошел несчастный случай, он погиб и полиция проводит расследование.
– Что она велела вам делать?
– Держаться подальше от ее дома, не предпринимать никаких попыток встретиться с ней и на первом же поезде возвращаться в Сан-Франциско.
– А вы этого не сделали?
– Да, не сделал.
– Так вы приехали экспрессом "Ларк"? спросил Мейсон.
– Да.
– Как я вас понял, вы позвонили миссис Милфилд сразу же, едва добрались до города.
– Я пытался дозвониться до нее, да, но застал дома ее лишь после полудня.
– Вскоре после полудня, да?
– задумчиво спросил Мейсон. Приблизительно в час дня?
– Нет-нет, в самом начале первого.
Мейсон снова взглянул на Деллу Стрит и как бы между прочим осведомился:
– И вот тогда вы впервые услышали о гибели Милфилда?
– Ну да.
– Она сообщила вам какие-нибудь подробности?
– Сказала, что тело было обнаружено на яхте мистера Бербенка и что я не должен ничего говорить об этом.
– Вы вернулись в Сан-Франциско?
– Нет, конечно. Я должен быть тут. Хочу находиться поблизости на случай, если понадоблюсь ей и смогу хоть чем-то помочь...
– Вам нечем ей помочь!
– покачал головой Мейсон.
– Да. Да, конечно. Умом я это понимаю, но не в силах заставить себя уехать.
– Очевидно, вы все же надеетесь с ней повидаться, не так ли?
– Ну... да.
– Вы знакомы с Роджером Бербенком?
– Нет.
– Может быть, нам предстоит встретиться еще раз. Но пока, будь я на вашем месте, я бы больше не связывался с миссис Милфилд.
– Мистер Мейсон, не можете ли вы мне сказать, как она себя чувствует? Как выглядит? Какое у нее настроение? Такой ужас!
Мейсон прервал его неожиданным вопросом:
– Вы не делаетесь болтливым, когда напьетесь? Бурвелл нервно рассмеялся:
– Нет, у меня начинает кружиться голова, и я заваливаюсь спать.
Это было сказано почти извиняющимся тоном. Мейсон распахнул дверь перед Деллой Стрит.
– В таком случае я советую вам незамедлительно напиться, порекомендовал Мейсон.
– И доброй вам ночи!
Глава 11
Скиннер-Хиллз раскинулся на холмистой местности под теплым калифорнийским солнцем. Ранняя весенняя травка покрывала землю изумрудным ковром, придавая окрестностям нарядный и цветущий вид.
Через месяц, когда начнется сезон засухи, солнце превратит холмы в золотисто-коричневые сухари. Тогда будут красиво смотреться могучие дубы, в тени которых можно спасаться от изнурительного зноя. Пока же эти деревья, разбросанные то тут, то там по зеленому ландшафту, казались случайным добавлением. Глаз радовали пологие изумрудные холмы.